Образ врага. Расология и политическая антропология - Савельев Андрей Николаевич - Страница 82

Отчасти «русский вопрос» осознается по информации о нарушении прав русских в соседних странах и по потокам беженцев оттуда. Многие чувствуют неуважение к русским людям со стороны нерусских мигрантов, не способных вести себя скромно в русской стране и захватывающих власть в традиционно русских городах.

«Левые» воспринимают «русский вопрос» через социальное унижение и распад государства. Национальный вопрос их одновременно притягивает и пугает. Необходимо национальное государство, национальный строй, который бы защищал нас от унижений и вымирания — это убеждение с большим трудом пробивается в сознание сквозь «левые» напластования.

В более моложавой среде недообразованцев, оказалось, невозможным выделить какую-либо устойчивую позицию по «русскому вопросу». Ни одна идея не могла встретить очевидного позитива — всегда находились возражения. Лозунг «Россия для русских» отвергался, его смягчение — тоже, затем отвергалось также и собственное отрицание, которое обнаруживалось у интервьюера, но не у самих себя. Высшее образование в сочетании с невежеством во всем, что находится за пределами узкой специализации, как оказалось, формирует из русского человека совершенно аморфную личность, привыкшую брюзжать и ерничать. О том же свидетельствуют форумы в системе Интернет, где публика, полагающая себя патриотичной, изгаляется над русскими патриотическими организациями, а здравая дискуссия практически никогда не возникает.

Обе формы деградации национального сознания встречаются, как это ни странно, прежде всего, вне крупных городов. Село перестало быть надеждой русского возрождения. Напротив, крупный город в России стал источником русского мировоззрения, которое выковывается в противоборстве с либеральной и советской идеологической догматикой. Несмотря на всякого рода третирование, русские националисты в крупных городах уже соединились в устойчивую группу, где сложилось отчетливое понимание тяжкого недуга русского духа и необходимости взять на себя роль защитника русского народа, пребывающего в тяжелом состоянии. В целом же русская ориентация присутствует в значительном слое населения, отражаясь наиболее ярко в протесте против наплыва нерусских мигрантов, который консолидирует нацию не хуже, чем борьба за права на природные ресурсы и антиолигархические настроения.

Российская Федерация сегодня не приспособлена для жизни русских людей. Нынешнее государство не для русских. Поэтому русское национальное самосознание политизируется и выдвигает лозунг «Россия для русских». То есть, прежде всего — для русских, а потом — для всех остальных. Причем «все остальные» обязаны учитывать, что Россия исторически — русское государство. А потому, чтобы выжить, оно должно быть прежде всего для русских. Именно русское большинство должно почувствовать, что государство для него не чужое, власть — не чужая.

Приведенные данные свидетельствуют, что русская национальная идея более всего ясна населению в конкретных предложениях. «Россия как страна русских» — это понятно и поддерживается. А вот антимиграционные настроения или православные позиции принимаются только походом с другими установками.

Социологические опросы говорят о том, что «русские национальные ценности» русским понятны менее всего. За таким пониманием 10 % респондентов. Партийное позиционирование с привлечением православных ценностей дает немногим больше — 12 %. Людям более понятно, что такое «русские интересы» (36 %) и еще понятнее, что главный интерес — это Россия (43 %). Националистическая риторика актуализирует русское национальное самосознание преимущественно в форме обращения к русским по поводу судьбы России.

В целом русское массовое самосознание начала остается достаточно смутным и с трудом находит себя в политических схватках. В особенности эта смутность проявилась в рассуждениях русских людей, случайно собранных в фокус-группы. Оказалось, что русские в простонародной массе вообще не в состоянии обсуждать свои проблемы и все время возвращаются к забитой в сознание риторике советского времени, зацикливаясь на темах, связанных с наплывом мигрантов и несправедливым перераспределением материальных благ.

Мы, русские должны видеть, что вопрос о возрождении России через экономику (или в простонародной интерпретации — через возврат социальных благ) не решается. Путь в экономику (на уровень, где действительно принимаются государствообразующие решения) русским закрыт. Остается единственный путь — политическая организация в русской политической партии, главная идея которой должна состоять не в борьбе за власть, а в спасении русских от геноцида. И это самая жизненная для нас идея, которая вынуждает пренебречь всеми другими ценностями и целями, текущими конъюнктурными соображениями и компромиссами. Любое эволюционное развитие в рамках действующих на сегодня политических и экономических стратегий предопределяют гибель русского народа. Пока в Росси не будет русской власти (пусть даже в условиях самого жестокого диктаторского режима), русское будущее не обеспечено.

Частота ответов на вопрос «Как Вы считаете, следует ли ограничить проживание на территории России…?» (в % к числу опрошенных)

[ИА МИК, Тема дня, 02 марта 2006]

Распределение негативного отношения опрошенных к соседству и к браку с приезжими в зависимости от уровня образования опрошенных (в % к числу опрошенных)

[ИА МИК, Тема дня, 02 марта 2006]

Лозунг «Россия для русских» поддерживает более 50 % населения во всех статусных группах. Только в группе с высшим статусом его оценивают как фашистский заметно больше — 28 % (в сравнении с 18 % в среднем), что прямо связано с большей концентрацией в ней инородцев и либералов, поживившихся на приватизации. Общественный консенсус во всех статусных группах требует ограничений на въезд в Россию инородцев, упрощения процедур их высылки и преференций для русских при назначении на руководящие должности. (Наши против не наших: национальный парадокс. ИА МИК, Тема дня, 02 марта 2006.) Тем не менее, протест против миграционного потопа пассивен, не переходит в политические формы. Не выделяется ведущий слой, отражающий интерес сохранения русской идентичности — в ответах об отношении к инородцам практически нет дифференциации по социальному статусу, возрасту, размеру поселения и т. д. Отношение к инородцам сплошь негативное — без внятного различения своих и чужих, родственников и врагов.

Положение русских в Российской Федерации обусловлено вовсе не нашей слабостью или вялостью, неспособностью защитить себя. Просто для русских признать чужим государство с именем «Россия» крайне тяжело. Русские не кинулись грабить свою родину, когда коммунисты бросили наши богатства на произвол судьбы, на поживу авантюристам. И сегодня русским приходится буквально переламывать себя, чтобы отделить Россию чиновников-либералов от образа исторической России.

Россия расовым инстинктом русского народа стремительно русифицируется, но власть, стоящая над русскими остается чужой, ориентированной на уничтожение русских, а вместе с ними — и России. Русские стремительно и ненасильственно ассимилируют другие народы, но перед ними стоит задача еще более стремительно ассимилировать власть, изгнать из власти заведомых чужаков. Политическая воля должна прийти в соответствии с расовым инстинктом.

Чтобы вновь стать нацией, русским надо отвергнуть второстепенные ценности, которые всегда будут трактоваться не в нашу пользу — ценности демократии, свободы, социальной защищенности, абстрактной справедливости, правового государства, разделения властей и т. п. К любому доводу мы должны прибавлять слово «русский». Если демократия, то русская. Не просто «право», а «русское право». Не солидарность трудящихся, а русская солидарность. И так далее.

Всюду видеть русские интересы и не обсуждать никаких других — вот способ обеспечить в будущем обустройство России для русских. О русской отзывчивости и всемирности мы, конечно, должны вспомнить. Но не раньше, чем будут обеспечены условия выживания русского народа.