Образ врага. Расология и политическая антропология - Савельев Андрей Николаевич - Страница 85

Для преодоления демографической катастрофы русским нужен глубокий и всесторонний пересмотр правовых норм. У нас должно появиться новое семейное право, которое рассматривает семью как самостоятельную и особо ценную для общества единицу, правовой субъект. В том числе и семью большую, род — начиная со старших родственников, прямых родственников, а также проживающих вместе родственников боковых ветвей, и кончая внуками и правнуками. Большой семье необходимы автоматически, без бюрократической волокиты действующие нормы, позволяющие вести хозяйственную деятельность и выступать консолидировано во всех отношениях с государством и прочими субъектами права.

Исполняясь решимости спасти нацию от деградации и исчезновения, следует видеть, что предлагаемые меры находятся в непримиримом противоречии не только с либеральной бюрократией, но и с их главным идеологическим документом — с ельцинской Конституцией, принятой на фальсифицированном референдуме в условиях политических репрессий в 1993 году. Выбирая между судьбой нации и Конституцией, мы, безусловно, выбираем нацию. Рано или поздно мы подойдем к задаче отмены либеральной Конституции, препятствующей нормализации жизни народа и сохранению нашей государственности. Тем более, что нашей тысячелетней Родине не требуется переучреждать себя в качестве «новой России» и декларировать ценности, отличные от тех, которые уже даны в традиции.

Русская правда: право и солидарность

Правовой нигилизм и правовой инфантилизм — две главные болезни, которые поражают нацию в кризисные периоды. Тогда на поверхности общественного сознания доминируют всякого рода «плачи», «заклинания» и т. п., в парламентских дебатах нет содержательной глубины (порой даже представленности альтернативной точки зрения), а общественные науки вырождаются в беспочвенные умствования.

Замечательный русский философ Иван Ильин писал: «Сентиментальный моралист не видит и не разумеет, что право есть необходимый и священный атрибут человеческого духа; что каждое духовное состояние человека есть видоизменение права и правоты; и что ограждать духовный расцвет человечества на земле невозможно вне принудительной общественной организации, вне закона, суда и меча. Здесь его личный духовный опыт молчит, а сострадательная душа впадает в гнев и “пророческое” негодование. И в результате его учение оказывается разновидностью правового, государственного и патриотического нигилизма».

Правосознание — вот главное основание для того, чтобы граждане и государственные мужи формулировали задачи для юристов-профессионалов, обслуживающих политические идеи. Правосознание опирается на обычное право, точнее — на представление о нем, сложившееся в политической элите.

В случае образования химерных государств, национальная элита несет в правовую систему инонациональное право, создает противоестественную ситуацию, когда законы прямо противоречат обычаю. Но есть и еще более глубокий ущерб от инонациональной элиты — ущерб скрытый, незаметный. Ведь в обычае очень много от опыта предков, от предыстории данного народа.

Естественным для каждого народа является сохранение своей этнической обособленности, генетической чистоты. Русские ведь не задумываются о том, чтобы насильственно не допустить смешанных браков, но смешанных браков у русских всегда было мало. Данное обстоятельство является проявившимся в историческом факте охранительным инстинктом. В обычае закрепилось глубинное представлении о том, что потомки русских должны быть русскими. Никто из русских не желает, чтобы его дети становились татарами, чеченцами или, не приведи Господь, неграми. Причем это нежелание было до того ясным и отчетливым, что ни в «Русской правде» Ярослава Мудрого, ни в других русских законах не требовалось закрепления права на защиту от генетической агрессии иноплеменников.

Закрепление указанного обычая в писанном праве — одна из важнейших задач при решении проблемы сохранения русских как культурно своеобразного и генетически обособленного народа. Система законодательства должна остановить разрушение обычая, остановить внедрение в быт и нравы кровосмесительного греха — греха перед своими предками, греха богоборческого, означающего поругание телесности, данной нам Создателем.

Нет смысла выпячивать чисто русские проблемы там, где права русских можно защитить, опираясь на ту правовую ситуацию, которая сложилась в современной России. Русским выгодна любая централизация власти, самое жестокое подавление сепаратизма и т. д. В некоторых случаях для этого стоит выделять региональный аспект проблемы и закреплять правовое регулирование вовсе не на основе принципа этнической принадлежности. Например, русским выгодна сплошная поддержка роста рождаемости в демографически неблагополучных регионах. Для того чтобы этого добиться, нужно преодолеть ориентацию на многодетность везде и всюду. Только по мере становления русской власти можно будет дополнить стимуляционные меры репрессивными — налогом на рождение детей в пухнущих от перенаселенности инородческих окраинах.

Русским было бы выгодно реформировать избирательную систему по правилу «одна семья — один голос», который исторически обоснован не только в русской традиции. Такого рода реформа не вызовет серьезных нареканий в ситуации нарастающего политического абсентизма. Русские семьи малодетны (обычно не более одного ребенка «избирательного» возраста), и таким образом русские получают небольшое, но важное преимущество.

Только поистине русская власть может применить евгеническую практику — преимущественно в тех секторах правового регулирования, где иные методы (штрафы, налоги, административная ответственность и т. п.) неэффективны. Эта практика призвана очистить тело нации от греха отцов и обеспечить соблюдение гигиенических правил в дальнейшем, дабы нашим потомкам не досталась излишне трудная работа по очищению человеческой породы от всякого рода уродств. Нам нужно восстановить древнерусский генотип, который был наименее загрязнен всякого рода примесями, а также выявить все те генетические нарушения, которые носят характер болезней.

Русские к концу XX века пришли разделенным народом, находящимся в условиях катастрофического сокращения численности и утраты контроля над своими исконными землями. Права русских ущемлены не только в иноэтнической среде соседних стран, но и в некоторых субъектах Российской Федерации. Огромно число русских беженцев из зон конфликтов. Всплеск местного этношовинизма, рост антирусских настроений, откровенно антирусская позиция большинства СМИ федерального уровня провоцируют экстремизм в русских политических движениях, который опасен полной утратой перспективы мирного сосуществования народов России. Все это должно побуждать политиков не к пустым призывам и жалобам, а к реальным шагам по восстановлению национального законодательства. Проблемы выживания России должны ставить на повестку дня не только задачи культурного и образовательного направления, закрепляющие национальное единство в стратегической перспективе, но и серьезные правовые реформы в государственном устройстве.

Русских не может быть без русской земли, как и русской земли без русских. В этом смысле «принцип крови» и «принцип почвы» для русских непротиворечивы, а государственные интересы не противоречат национальным. Если противоречие и есть, то только между русскими и бюрократией, между русскими гражданами и нерусской властью, между русскими и русофобами. В этом смысле бюрократ — «малый народ», особая национальность, подобная паразитическому грибку на национальном теле.

Ложным представляется и противоречие между Родиной и Истиной, выдуманное мятежным рассудком Чаадаева. Родина и Истина для русских — одно и то же. Не может быть истинным то, что ущемляет Родину. Ну а Родина для русских — это страна, созданная русскими. Границы ее простираются до тех пределов, где когда-нибудь поднимался русский флаг, где русские когда-либо жили оседло и где есть «малая родина» хотя бы у одного русского человека. Следовательно, правда русского права заключена в создании механизмов воссоединения России как исторического государства, а русских — как разделенного народа. Иначе русским не выжить, иначе России не быть.