Уступить искушению - Монк Карин - Страница 55

— Положи его на кровать, а сам переодевайся и отдай мне свою одежду! — Жаклин протянула ему форму.

Арман быстро снял куртку и Жаклин надела ее на лежащего без сознания охранника, после чего связала ему руки за спиной и засунула в рот кляп. Перевернув охранника лицом вниз, она накрыла его одеялом. Теперь все выглядело так, словно гражданин Мишель Беланже просто спит.

Повернувшись, Жаклин посмотрела на Армана, который уже переоделся в форму охранника. Новая одежда была ему маловата, но выбора все равно не было. Она взяла штаны и рубашку, которые он снял, и быстро привязав их к животу, накрыла юбкой.

— Ты поведешь меня по коридору к выходу. Тебе придется согнуться. — Жаклин критически разглядывала слишком короткие рукава куртки и расползающуюся на груди Армана рубашку.

Он слегка сгорбился.

— Так лучше?

— Пожалуй.

— Тогда начинай стонать, — прошептал он, открывая дверь камеры. Они вышли, и Арман запер камеру на ключ, после чего оба поспешили к выходу. Жаклин периодически начинала стонать и хвататься за живот, а Арман поддерживал ее, громко ругая за то, что нечего было шляться по тюрьмам в такое неподходящее время.

Первый коридор они прошли спокойно и свернули во второй, когда их окликнул охранник.

— Эй, что здесь такое?

— Да вот, ребенок не вовремя собрался появиться на свет, — ответил Арман, не замедляя шаг.

— Веди ее скорее на улицу. Только этого нам тут не хватает, — проворчал охранник.

Они спустились по лестнице и оказались в еще одном длинном и темном коридоре, который Жаклин проходила, когда направлялась в камеру; находившиеся в нем стражники, с интересом наблюдали за проходящей парой и даже отпускали в их адрес соленые шуточки. Арман продолжал ругать женщину за то, что она вознамерилась рожать в неположенном месте, и Жаклин вновь поразилась его способности мгновенно входить в новый образ. Его уверенный начальственный голос, форма и слабое освещение позволили им без всякого труда обмануть многочисленную охрану.

— Давай шевелись. У нас нет помещения, где можно рожать, ты поняла? — Арман грубо толкнул свою спутницу.

— Да, — ответила Жаклин и застонала, как от сильной боли.

— Что здесь происходит? — раздался голос позади них. Арман не останавливался.

— Эта гражданка решила родить ребенка, — ответил он через плечо. — Я веду ее к центральным воротам.

— Давай помогу, — предложил охранник, устремившийся вслед за ними. — Постой, а ты кто такой? — удивленно воскликнул он, пытаясь рассмотреть лицо Армана.

— Я новенький, — ответил Арман. — Меня перевели сюда только сегодня утром.

— Тогда нужно пойти к начальнику тюрьмы, чтобы он подтвердил твою личность. — В тоне охранника сквозило неприкрытое подозрение.

— Потом зайдем обязательно, — согласился Арман. — Только вот отведу девчонку к воротам.

— Нет, сейчас, девчонка подождет.

Арман остановился и, подойдя к солдату, который не спускал с него глаз, схватил его и с силой ударил головой о каменную стену. Охранник безвольно сполз на пол.

— Что это с ним? — спросил заключенный из камеры напротив, прижав лицо к прутьям окошка на двери.

— Напился, — ответил Арман. — А вы лучше ложитесь и не высовывайте носа, гражданин.

Он вернулся к Жаклин, и они продолжили свой путь. У центральных ворот стояли два охранника, те самые, что впустили Жаклин внутрь.

— Уже покидаете нас, гражданка? — спросил один из них.

— О-о-о-о, — застонала в ответ Жаклин.

— Похоже, ее визит не останется безрезультатным, — пошутил другой, открывая створку ворот.

— Пойдем, ты сможешь, — нетерпеливо приговаривал Арман, направляясь вместе с Жаклин к выходу.

— Эй, а ты куда собрался? — остановил его один из стражников.

— Выведу ее на улицу, — сказал Арман. — Там она сможет взять экипаж. Вернусь через минуту.

— Это не входит в твои обязанности, гражданин, — наставительно произнес охранник. — Тебе нельзя покидать место службы. Заходи обратно.

Арман остановился, не выпуская Жаклин из своих объятий.

Они находились так близко. Всего полчаса назад она являлась к нему в его мечтах, а теперь он мог прикоснуться к ней. Ее глаза были наполнены страхом и надеждой. «Сделай что-нибудь», — прочитал он в них. Она безоглядно верила в него.

Он столько хотел ей сказать, но ему уже не суждено этого сделать. Как жестоко обходится с ним судьба, каждый раз забирая то, что ему дорого.

Со смешанным чувством смирения и ужаса Арман отпустил Жаклин и, не оборачиваясь, перешагнул порог тюрьмы.

Жаклин продолжала стоять, пытаясь угадать, что он задумал, но когда охранники начали закрывать дверь, и он обернулся, она увидела в его глазах столько тоски и нежности, что мгновенно все поняла. Он возвращался. Он жертвовал своей свободой, чтобы дать ей возможность беспрепятственно уйти.

— Нет! — закричала она, не в силах совладать с собой. — Не оставляй меня!

С этими словами она протиснулась в полуоткрытые ворота и вцепилась в его рукав.

— Да что здесь происходит? — удивился стоявший у ворот солдат.

Арман посмотрел на Жаклин, Ее глаза переполнились слезами.

— Ты не можешь оставить меня, — тихо сказала она, прижимаясь к его груди.

— Арестовать немедленно обоих! — крикнул второй солдат, хватая Армана сзади.

Арман немедленно выпрямился: удар о стену тюрьмы лишил бдительного стражника сознания. Жаклин в это время прыгнула на спину другого охранника, и тот, пытаясь скинуть ее с себя, не увидел, как Арман подошел сзади, и получил мощный удар по голове.

— Сюда! — указала Жаклин в сторону улицы Сен-Антуан, когда они выбежали за ворота.

К счастью, вокруг было много людей, и им без труда удалось смешаться с толпой. В это время позади раздались выстрелы — видимо, кто-то из солдат пришел в себя и вызвал подмогу. К счастью, Жаклин потеряла свой «живот» — скорее всего когда она боролась с охранником, — и теперь им оказалось это на руку, потому что они могли двигаться быстро, не привлекая к себе внимания.

Жаклин уверенно шла вперед, а Арман послушно следовал за ней. Через некоторое время они свернули в темный переулок, где их ждал экипаж.

Увидев, что беглецы приближаются, кучер постучал по крыше, и дверь экипажа тут же открылась. Жаклин и Арман влезли внутрь, и кучер резко рванул с места, так что Арман, не удержавшись, повалился на место рядом с Жаклин.

— Эй, слезь с меня, — раздался рядом тоненький голосок.

— Извините… — Приглядевшись, Арман с трудом разглядел в темноте подростка. — Кажется, мы раньше не встречались?

— Меня зовут Филипп Мерсье. Это я украл для вас форму, — гордо произнес мальчик.

— А вот за это я крайне тебе признателен.

Филипп независимо пожал плечами, словно похищение формы было для него обычным делом.

— Мы направляемся к побережью, — прервала их Жаклин; она сильно нервничала, так как они еще не покинули Границы города. — «Анжелика» будет ждать нас в Булони завтра вечером.

Арман кивнул.

— У тебя есть документы?

— Да, — ответила Жаклин. — Благодаря Жюстену. — Она нагнулась и достала из-под сиденья кипу одежды и большой плащ. — Надень это. Нужно избавиться от формы, пока мы не доехали до баррикад.

— И кто же я теперь? — спросил Арман, расстегивая куртку.

— Тебя зовут Ролан Моги, ты книготорговец из Амьена и посещал Париж по делам. С тобой путешествуют два твоих сына, которых ты взял с собой, потому что они ни разу не были в столице. Гвардейцы будут искать мужчину и женщину, а не пожилого человека с двумя мальчиками. — Сказав это, Жаклин тоже начала переодеваться; она натянула штаны, заправила в них рубашку, а шляпу сменила на маленькую мальчишескую шапочку, под которую тщательно убрала пряди рыжих волос.

Арман с восхищением наблюдал за ней. Она занималась организацией его побега с такой легкостью, словно каждый день доставала фальшивые документы и проходила посты охраны.

— У вас неплохо получилось, мадемуазель, — сказал он тихо.