Эгейская компания - Блейк Ян - Страница 41

– Да, это можно сделать, – сказал он. – Проблем с взрывчаткой я не предвижу. Трудность в том, чтобы удержать лодку по заданному курсу, когда Тиллер выпрыгнет в воду.

– Если меня спросить, я бы сказал, что это смахивает на самоубийство, – заключил Уоррингтон.

– Но в прошлом это удавалось, – напомнил Тиллер.

– Где?

– В заливе Суда в апреле 1941 года. Макаронники использовали лодки этого типа для подрыва крейсера «Йорк» и танкера.

– А сидевшие в них люди остались в живых?

– Еще как!

– Ну что ж, твоя воля, Тигр, а меня увольте, – заявил Уоррингтон, укоризненно качая головой.

– Ты говорил о трех способах детонации взрывчатки, – напомнил Ларсен.

– Верно. Существуют три способа: ударный, гидростатический и с часовым механизмом. Последний в данном случае не годится, потому что невозможно заранее точно рассчитать время, которое потребуется лодке, чтобы войти в соприкосновение с эсминцами.

– Какой метод применили макаронники в заливе Суда?

– Гидростатический. Он используется при детонации глубинных бомб. Когда давление воды на квадратный дюйм достигает определенного уровня, приводится в действие детонатор. В случае с лодками после удара о борт корабля отделяется носовая часть, содержащая взрывчатку, начинает тонуть и взрывается под действием гидростатического детонатора.

– Да, итальянцы – народ изобретательный, – не преминул вставить Барнсуорт. – Воевать не умеют, но большие выдумщики, нужно отдать им справедливость.

– Тем не менее, – стоял на своем Тиллер, – это самый эффективный метод подрыва кораблей, но у меня нет гидростатических детонаторов. Можно, конечно, сделать нечто подобное, но тогда нужно придумать, каким путем заставить отделиться носовую часть при ударе о борт корабля. Времени у нас для этого нет, да и процесс на редкость сложный.

– Короче, у нас остается единственный способ – взрыв при ударе, – подытожил Ларсен.

– Да, это самый простой способ, и взрывной механизм торпеды можно легко приспособить, чтобы он сработал при ударе.

– Но в таком случае ты сможешь поразить только один эсминец, тот, который стоит мористее, – возразил Барнсуорт.

– Но если он получит в борт заряд от двух торпед и если нам повезет, за первым последует и второй.

– А как тебе удастся спастись?

– Я доплыву до условленного места, где меня будет ждать Билли в нашей лодке, которую доставит туда Бальбао, а потом мы с ним воссоединимся. Мы вернемся задолго до того, как фрицы сообразят, что происходит. В порту воцарится такой хаос, что им понадобится вечность, чтобы понять, что произошло.

Последовала пауза, и каждый перемалывал информацию Тиллера. Первым нарушил молчание Мейген.

– Либо это дьявольски хитрый план, либо самый глупый и самый быстрый путь к тому, чтобы получить крест королевы Виктории посмертно, и я пока не уверен, что из двух вернее, – заключил он. – Мне надо крепко подумать, прежде чем я смогу высказать свое мнение.

– На долгие размышления нет времени, Эндрю, – указал Ларсен. – Может, у кого-то есть лучший план?

Предложений не было.

– Так, все понятно, – подытожил Ларсен. – Тигр, какая тебе нужна помощь?

– Как только мы завершим переоборудование катера, мне нужно выяснить, как он себя поведет без рулевого, и мне потребуется в помощь каик.

– Нет, – твердо возразил Мейген, – здесь нельзя. Слишком рискованно. Завтра вечером отбуксируем катер к материку, а там я знаю место, где абсолютно никого нет.

Ларсен встал, давая понять, что дискуссия закончена и пора приступать к делу, и скомандовал:

– Теперь надо вытащить катер на сушу, чтобы мы могли над ним потрудиться.

Используя тали с каика, подняли катер, поставили на старую тележку и отвезли в здание склада, где Гриффитс и Брайсон могли трудиться без помех и вдали от посторонних глаз. Когда они приступили к работе, Мейген и Тиллер отправились на итальянский корабль, где присоединились к Ларсену и Бальбао, изучавшим навигационные карты северного района у Родоса.

– Мы можем доставить катер и вашу лодку совсем близко к порту, – сообщил Бальбао, – а потом подождать вашего возвращения примерно здесь.

Он показал место на карте.

– Если будет стоять тихая погода, – продолжал капитан, – проблем не предвижу. Возможно, у берега есть течение, но в этом случае придется просто рискнуть.

– Как близко тебе нужно подойти к эсминцам? – спросил Тиллера Ларсен.

– Чем ближе, тем лучше.

– А как тебе удастся подойти близко и в то же время остаться незамеченным?

– А куда деваться? – возразил сержант, пожав плечами. – Придется рискнуть. Другого выхода нет.

– По словам Джока, на малых оборотах мотора катера практически не слышно, – вмешался Мейген. – Но как только поддашь газа, шум будет страшенный. Я думаю, Магнус указал нам на самую слабую сторону нашего плана, и нам нужно как-то отвлечь внимание немцев.

– С моей стороны возражений нет, – согласился Тиллер. – Как вы думаете, ВВС согласятся провести нападение ночью?

– Бомбардировщики есть только в Каире, – стал размышлять вслух Ларсен, – но можно уговорить их выслать пару «бофайтеров» с Кипра. Однако у них ограниченный радиус действия, и задержаться над целью они не смогут. Иными словами, понадобится рассчитать время до секунды, чтобы они оказались над портом точно в нужный момент. Если самолеты прилетят слишком рано, они просто разбудят немцев и заставят их мобилизоваться на оборону. А если опоздают, мы рискуем потерять две машины и экипажи, которые и без того на счету. В общем, мне кажется, что придется обойтись без помощи ВВС.

– А как насчет флота? – спросил Тиллер.

В ответ Ларсен грустно покачал головой и сказал:

– Как ты думаешь, Тигр, а для чего мы здесь сидим и изобретаем наилучший способ, как с ними расправиться?

– Можно пойти туда на каике и обстрелять гавань Мандраки из «солотурна», – с готовностью вызвался Мейген.

– Что-нибудь в этом роде и надо придумать, – согласился Ларсен, – но я не думаю, что пальба из «солотурна» вызовет большую панику на берегу.

Тиллер щелкнул пальцами и выпалил:

– Кажется, я придумал, шкипер. Мы можем прикрепить парочку магнитных мин к катеру гарнизона и послать его в сторону берега. Оборудуем часовой механизм, и взрыв произойдет как раз в тот момент, когда я направлю свой катер на цель.

– Звучит неплохо, – с сомнением в голосе промолвил Ларсен, – но все это может только поднять тревогу, не больше. Нет никакой гарантии, что внимание немцев будет приковано только к этому взрыву.

– Я могу обстрелять гавань, – предложил Бальбао, но эту идею с порога отвергли Ларсен и Мейген, подчеркнув, что итальянский корабль представляет гораздо большую ценность как средство спасения, чем метод для отвлечения внимания немцев.

В конечном счете выработали компромисс, согласно которому в ход пойдет катер гарнизона, а Бальбао откроет огонь лишь в одном случае – если не сработает план использования катера.

Когда они пришли на склад, Гриффитс продемонстрировал откидную доску, которую сам смастерил. Она скользила на полозьях и уходила за кормовой подзор, если снять ее с защелки, что позволяло рулевому в нужный момент покинуть катер. Перед Брайсоном стояла более сложная задача. Ему предстояло изобрести способ управления катером с этой доски, но он не сомневался, что сумеет это сделать.

А Тиллеру нужно было изыскать метод, с помощью которого произойдет взрыв в момент удара катера в цель. Простейшим путем казалось установить взрывной механизм торпеды в носовой части, но сержант заключил, что нельзя добиться абсолютной точности при ударе, и скорее всего катер войдет в соприкосновение с эсминцем не прямо, а стороной. Поэтому он решил оборудовать бампер по образу и подобию того, который видел на итальянской лодке в Саутси. В этом случае взрыв произойдет вне зависимости от того, каким концом ударится о цель катер.

На следующий день вечером прогулочный катер, начиненный взрывчаткой, вновь спустили на воду, но у него загруз нос. Правда, когда Тиллер уселся на корме, судно выправилось, хотя сидело довольно глубоко.