Собрание стихотворений в 3томах. Том 1 - Рубцов Николай Михайлович - Страница 43

43

РОДНОЕ МОРЕ

Я жил у моря с самого рожденья. И с той поры, когда мальчишкой был, С неотразимым чувством восхищенья Я безотчетно море полюбил. Любил я свист кочующего шторма, Картавых птиц над дюнами любил. И говор волн подслушивал упорно, И между дюн мечтательно бродил. Влекли меня матросские дороги С их штормовой романтикой. И вот Районный военком, седой и строгий, Мне коротко сказал: «Пойдешь на флот!» Любить устав, не требовать покоя, В суровых буднях мужественным быть — Не то, что слушать музыку прибоя И между дюн мечтательно бродить. Высокий смысл служения Отчизне Зовет на подвиг смелые сердца. И очень скоро пафос флотской жизни Мне близким стал и ясным до конца. Большое счастье выпало на долю Неповторимой юности моей: Мне по душе все радости и боли, И все тревоги, связанные с ней! …Над морем ночь. Не слышно звуков горна, Лишь громы волн отчетливо слышны. И неумолчный трубный голос шторма Мне навевает радостные сны…

В ПОХОДЕ

В широких щелях утеса Птицы спешат укрыться. С воем многоголосым Шторм возле скал ярится. Слепо во мглу непроглядную Брызгами бьет, как пулями, И волны колются надвое Эсминца стальными скулами. В походе мужают люди, Суровы их лица страстные. …Зрачками стволов орудия Уставились В даль ненастную.

СЕРДЦЕ ГЕРОЯ

Спит герой у холодного моря, Где о подвиге слава родилась. Словно мать, затаившая горе, Над могилой березка склонилась. И под этой березкою низкой При торжественных гимнах прибоя Будто светит звездой с обелиска Неумершее сердце героя. Это сердце под ношею горя Было чистым, как солнце в кристалле. В этом сердце сильнее, чем в море, Гнев и ярость в бою закипали. Ничего нет врага ненавистней! Тот, кто смело врагов истребляет, Никогда не уходит из жизни, Если даже в бою погибает! И у моря холодного близко, Как маяк, негасимой звездою Будет вечно светить с обелиска Неумершее сердце героя.

МОРЕ

Морской простор необычаен: И с ураганною тоской, И с громом волн, и с криком                                         чаек Непобедим простор морской! Куда поплыл, кораблик утлый? Иль самого себя не жаль — Недолго ярким перламутром Играет солнечная даль… Вот он растет, растет из дыма, Из грома, ветра и тоски Девятый вал непобедимый И ни души кругом, ни зги. И вот он, сердце леденящий, Летит на мачты, на тебя Громогрохочущий, кипящий, Все сокрушая и губя! В большой беде                         матросы-братья. Кто их любил? Кто их ласкал? Вот-вот послышатся проклятья Матросов, гибнущих у скал. Сигнал «Спасите наши души!» Кто знает, слышит ли земля? Средь грома волн,                             вдали от суши Ужасна гибель корабля… И все же он необычаен Не только гибелью, — и вот И громом волн, и криком чаек Он все зовет тебя, зовет, Зовет на бой, зовет на волю, Зовет в сто тысяч голосов, И вот кому-то в тихом поле Не даст покоя этот зов, И кто-то смелый, беспокойный Услышит зов — рванется в путь, С достойным встретится                                     достойный, Вот где она, морская суть…

ЖЕЛАНИЕ

Как центростремительная сила, Открывая всей земли красу, Жизнь меня по Северу носила И по рынкам знойного Чор-су. Нахлобучив мичманку на брови, Шел в кино, в контору, на причал: Полный свежей юношеской крови, Вновь куда хотел, туда и мчал! Та пора с ее стихийной силой Встала в ряд положенных потерь. И порою мне того, что было, Не хватает в том, что есть теперь. Но от грустных слов                             мне рот воротит: Тот глубинный пламень есть в душе, Что всегда горит во мне и бродит, Словно хмель в наполненном ковше. Я хочу, чтоб времени фарватер Не оставив где-то в стороне, Жизнь промчалась, как торпедный катер Мчит навстречу взмыленной волне!

ГЕРОЙ

Снова к горлу приставив штык, Продолжает фашист допрос. Снова в этот жестокий миг, Стиснув зубы, молчит матрос! Скрывший волей жестокость мук Взгляд лишь ненависть означал, И, не выдержав взгляда, вдруг: — Сжечь его! — фашист закричал. …Злые тени сползали с крыш, Мгла моталась во все края. Гневный голос прорезал тишь: — Отомстите… друзья! И когда моряки в село Ворвались сквозь огонь и смерть, О, как яростно и тяжело На врагов обрушилась месть! Горько было: погиб герой. И по-воински как с родным, С обнаженною головой Каждый молча простился с ним. Все друзьям рассказал о нем Лучше слов и любых примет Обожженный с краев огнем Комсомольский его билет! Над могилою у берез, Где так ласков русский пейзаж, Баянист, не скрывая слез, Сыграл похоронный марш! А когда, будто кровь с земли, Встало утро в красных лучах, Моряки из села ушли С пулеметами на плечах. Плакал ветер над пеплом нив, А матросы спешили в бой С гневным сердцем. Каждый                                            из них Был таким же, как тот герой.