Самурай. Трилогия - Оловянная Ирина - Страница 66

Утром в субботу я выбрался на свою любимую полянку, чтобы сделать зарядку. Полянка оказалась занята: прямо на проплешине, образовавшейся в результате моих интенсивных занятий, стоял катер. Мечта, а не катер: боевой «Феррари-2978-66» серебрился на утреннем солнышке. Кто это приехал и нахально занял мою полянку? Я прикинул, сколько мне надо угробить корпоративных боссов, чтобы завести себе такой: ох, столько их и нет. По крайней мере, в больших корпорациях. Этот красавец стоит не меньше четверти миллиона. А после капитуляции Трапани больших корпораций осталось только пять, и в одной из них я работаю.

— Нравится? — спросил незаметно подошедший сзади проф.

— Как он может не понравиться? — удивился я. — Чей он? (Вдруг мне дадут попилотировать хоть полчасика?)

— Твой.

Проф прихлопнул снизу мою отвисшую челюсть, подмигнул и ушел в дом. Выслушивать благодарности он любит не больше, чем я — благодарить.

Первое побуждение — полетать в свое удовольствие — я подавил: авиасалоны прямо над городом никем не одобряются. Кто-то пустится меня перехватывать, свои бросятся защищать — зачем мне такая каша? Тем не менее я сел в пилотское кресло и изучил пульт управления. Новый антигравитационный двигатель. Шесть боевых бластеров новейшей модели с гелиевым охлаждением. Энергетическая ПРО и военные экраны, пятнадцать ракет… Хм, у недавно поставленных на вооружение «Сеттер-77» — тридцать шесть. Бортовой компьютер признал меня хозяином и предложил сменить пароль код-ключа. Так, систему автоматического наведения бластеров я перепрограммирую: кое-какие идеи появились у меня еще во время последнего боя. А в мирное время у нас что? Шесть пассажирских кресел в салоне с возможностью перекинуть на них управление бластерами и ракетами; все удобства, включая душ: можно сесть в лесу и несколько дней спокойно жить на природе. Старый катер таких размеров когда-то служил мне домом. «А какой ты маневренный, мы скоро узнаем», — сказал я своему «Феррари», щелкнул его в нос и побежал завтракать — и так уже опоздал. Когда-то давно проф полгода чуть ли не каждый день читал мне нотации, чтобы я никогда никуда не опаздывал.

Проф посмотрел на часы, усмехнулся, но замечаний делать не стал: не при гостях. А в гостях у нас был синьор Мигель собственной персоной.

— А, дважды студент, — приветствовал он меня, — поздравляю!

— Спасибо.

— Теперь не станешь говорить, что не в первый раз?!

Я закатил глаза.

— Когда-то давно, в прошлой жизни, — взвыл я замогильным голосом, — я уже учился в пещерном университете, изучал новейшие методы охоты на мамонтов.

Синьор Мигель улыбнулся. Почему он всегда улыбается как по обязанности?

— Тебе, наверное, нужны каникулы перед грядущим учебным годом?

— Конечно, мне вообще всегда нужны каникулы, на них происходит все самое интересное.

— Отлично, значит, мое предложение тебе понравится.

Синьор Мигель полностью завладел моим вниманием. Заметив это, он продолжил:

— Легенда такая: ты, сын моего учителя, почти что мой племянник, по моему приглашению проводишь каникулы на моем новом конезаводе Тортоли на Ористано.

— Это не там, где кофейные плантации Каникатти?

— Там, только они уже не Каникатти.

— Знаю, сам купил кучу акций в надежде, что вы их оттяпаете.

— Та-ак, — вмешался проф, — и что ты взломал, чтобы это узнать?

Проговорился…

— Бизнес-форум Каникатти-Джела.

Я надулся. Это было давно, и вообще так нечестно!

— Как ты его нашел? — поинтересовался синьор Мигель.

— Сейчас уже не помню, но адрес и способ взлома у меня записаны.

Нет, кажется, проф не сердится: чужие сайты взламывать можно — правила игры с врагами.

— Думаю, синьор Арциньяно с интересом бы почитал эту твою записную книжку.

— Хм, прислать?

— Пришли. Синьор Арциньяно за это неплохо платит.

Раскрылась еще одна тайна — источник опыта и доходов Алекса. И ведь он у синьора Арциньяно не один такой. Дешевая и эффективная разведка плюс кадровый резерв на будущее. А Алекс, наверное, думает, что я самый успешный хакер на службе у СБ, поэтому никогда, в отличие от Ларисы, не удивлялся моим бешеным, по понятиям наших ровесников, расходам.

— Мы отвлеклись, — заметил проф.

— Да, Энрик, ты поедешь с охраной, но без синьора Галларате, он очень нужен здесь.

— Ясно.

— На Ористано единственный племенной конезавод на Этне. На Земле и на других планетах бывают конные скачки — там таких заводов много и специалистов тоже. А у нас пока ничего подобного нет. Весь персонал завода остался старый, а лошади стали болеть и умирать. Можно, конечно, послать туда оперативников СБ с бластерами и пентатолом, но мне не кажется, что это хорошее решение. Других специалистов по лошадям взять неоткуда.

— Понятно.

— Твоя задача: разобраться в причинах этого мора, устранить их и при этом по возможности не восстановить против Кальтаниссетта компанию уникальных специалистов.

— Понятно, — повторил я, — когда я должен ехать?

— Хочешь покатать девочку на катере? — усмехнулся синьор Мигель. — Ну покатай. Поедешь завтра с утра.

— А уже можно покатать? — спросил я. — То есть я имею в виду, что воздушный бой — это здорово, но не в такой компании.

— Можно. Ближе чем в тысяче километров нет никого, кто бы сейчас мог рискнуть напасть на тебя.

— Ого! Есть где порезвиться.

Проф переглянулся с синьором Мигелем:

— Ладно, беги погуляй.

Два старых мудрых циника отпустили меня с богом, чтобы на свободе порешать свои мудреные циничные проблемы. Вот и хорошо.

Я позвонил Ларисе, пригласил ее на свидание, но сюрприза ей не обещал — иначе какой же это сюрприз?!

Катер я оставил на стоянке около нашего любимого парка: мы, как всегда, пойдем погулять, и вдруг… А у нас в кустах «Феррари».

Лариса была потрясена:

— Не может быть!

— Очень даже может. В честь поступления в университет, — пояснил я.

— Здорово! — Вдруг ее улыбка погасла. — А можно…

— Час назад синьор Мигель сказал, что можно.

— А? Понятно.

— Ну, полетели?

— Полетели.

Я сделал пару кругов над заливом, мы полюбовались Палермо, морем и горами.

— Ну что? — спросил я. — Выйдем в космос или высший пилотаж?

— М-мм, а и то и другое не получится?

— Получится, но, может, тебе не понравится крутиться, как горошине в банке?

— Я же еще не пробовала!

— Ну смотри! Пристегнись как следует.

Я помог Ларисе разобраться с ремнями, подогнал ей амортизаторы — и внезапно бросил катер вниз. Ах, она еще и не визжит! Ну, значит, можно покувыркаться. Только взлетим повыше. Сделав пару «бочек» и «мертвых петель», я взглянул на свою спутницу:

— Ну как?

— Отлично.

Она не испугалась, и ее не укачало. Значит, можно еще серпантинчик. Интересно, а такое уже кто-нибудь делал? Я вообразил в небе такую пружину — серпантин — и заставил катер навиваться на нее, дополнительно вращаясь вокруг продольной оси. Может, кто-нибудь подобное уже и делал, но меня этому не учили. Бортовой компьютер показывал нашу траекторию — просто кружева.

Когда мне надоело вертеться, мы уже были в космосе. Я быстро рассчитал нам низкую орбиту — через пару часов мы опять окажемся над Палермо, — установил правильную скорость и направление и выключил двигатели. «Включить гравитатор?» — спросил меня компьютер.

— Как тебе невесомость? Убрать?

— Нет, не надо. — Лариса блаженствовала.

— Можно отстегнуться и полетать по салону, — заметил я.

Так мы и сделали, я только предусмотрительно привязал себя и Ларису на длинные веревочки к креслам: рассказов о дураках, вечно висящих в салонах своих вечно кружащихся по орбитам катеров, я наслушался достаточно. Вранье, конечно — но зачем нам неприятные минуты ожидания спасателей и насмешки.

Через час нам надоело летать, и мы опять устроились в креслах. Когда-то Шекспир писал, Луна покровительствует влюбленным — что тогда говорить об Эрато, да еще наблюдаемой из космоса?