Хроники Элении (сборник) - Эддингс Дэвид - Страница 51

У дверей огромной тенью возвышался Фарэн, как бы прикрывая собой лошадку Сефрении от ночного холода и тьмы. Под его тяжелым копытом с шипастой подковой на мостовой валялся отодранный кусок грубой материи.

— Что-то случилось, пока нас не было? — спросил его Спархок.

В ответ Фарэн насмешливо фыркнул.

— Ясно, — сказал Спархок.

— О чем это вы? — тихо спросила Сефрения, когда Спархок помогал ей забраться на лошадь.

— Кто-то пытался украсть твою лошадь. А Фарэн отговорил его.

— Ты и вправду можешь разговаривать с ним?

— Я более-менее улавливаю его мысли. Мы ведь давно друг друга знаем. — Спархок вспрыгнул в седло и они направились к Замку.

Когда они проехали примерно с пол-мили по улицам города, Спархока внезапно охватило чувство близкой опасности. Повинуясь инстинкту, он натянул поводья Фарэна так, что тот, повернувшись, толкнул плечом маленькую лошадку Сефрении, заставив ее испуганно шарахнуться в сторону. И тут же в ночной темноте свистнула арбалетная стрела, пролетев там, где мгновенье спустя была Сефрения.

— Поезжай, Сефрения! — крикнул Спархок. Впереди них стрела выбила искры из каменной стены какого-то дома. Он выхватил меч и оглянулся назад, но невозможно было разглядеть что-то в кромешной ночной тьме. Сефрения пустила Ч'ель быстрым галопом, и Спархок поскакал за ней, прикрывая ее сзади собственным телом.

Проехав несколько улиц, Сефрения замедлила бег своей лошади.

— Ты видел его? — спросила она. В ее руке поблескивал меч Лакуса.

— Я не видел его, но могу сказать, что это — лэморкандец. Никто больше не пользуется арбалетами.

— Тот самый, что был в доме стириков?

— Может быть. А мог Азеш или кто-нибудь из стириков почуять твое присутствие там?

— Всякое могло быть. Когда имеешь дело со Старшими Богами, ничего нельзя сказать наверное. Откуда ты узнал, что на нас сейчас нападут?

— Чутье. Я обычно чувствую направленное на меня оружие.

— Но оно сейчас было направлено не тебя.

— Это одно и то же, Сефрения.

— Хорошо, что он промахнулся, — сказал Спархок. — Надо поговорить с Нэшаном, чтобы подыскал тебе кольчугу.

— Ты с ума сошел, Спархок, — запротестовала Сефрения. — Я от одного веса ее свалюсь с ног, не говоря уже об ужасном запахе.

— Лучше терпеть тяжесть и запах, чем получить стрелу меж лопаток.

— Нет, Спархок, и не уговаривай.

— Там посмотрим. Давай поедем побыстрее. Тебе нужно отдохнуть, да и когда ты окажешься в Замке, в безопасности, мне будет как-то спокойнее.

14

Утром следующего дня к воротам Замка прибыл посланец Ордена Сириник в Арсиуме сэр Бевьер. Доспехи его сияли серебряным блеском, с плеч ниспадала белая накидка. Шлем был без забрала, но загнутые боковины прикрывали щеки, а стреловидная стальная полоска — нос. Он спешился во дворе замка, привязал щит и свой боевой топор Локабер к луке седла и снял шлем. Он был строен, черные как вороново крыло вьющиеся волосы обрамляли оливково-смуглое лицо.

Нэшан, Спархок и Келтэн спустились во двор приветствовать его.

— Нашему дому оказана большая честь, — церемонно сказал Нэшан.

Бевьер сдержано поклонился.

— Мой Лорд. Магистр моего Ордена передает вам свои приветствия.

— Благодарю тебя, сэр Бевьер, — в тон ему ответил Нэшан.

— Сэр Спархок, — снова поклонился Бевьер.

— Мы знаем друг друга, сэр Бевьер?

— Мой Магистр описал мне тебя, сэр Спархок, и твоего друга, сэра Келтэна. Другие рыцари еще не прибыли?

— Нет, — покачал головой Спархок. — Ты первый.

— Входи же, сэр Бевьер, — сказал Нэшан. — Тебе покажут твою келью, а я пока распоряжусь насчет горячей пищи.

— Простите, сэр Командор, но сначала не проводите ли вы меня в часовню? Я был в дороге несколько дней и чувствую необходимость обратиться к Всевышнему в Его доме.

— Конечно, — ответил Нэшан.

— Мы позаботимся о твоей лошади, — сказал Спархок молодому рыцарю.

— Благодарю тебя, сэр Спархок, — сказал Бевьер, слегка наклонив голову и направился вслед за Нэшаном вверх по лестнице.

— Да, — протянул Келтэн, — он будет веселым спутником.

— Ничего, пообвыкнется, перестанет быть таким церемонным.

— Дай-то Бог. Говорят, сириникийцы всегда отличаются чрезмерной церемонностью, но у этого молодого человека, боюсь, все зашло слишком далеко, — сказал Келтэн, отцепляя Локабер от седла. — Ты можешь себе представить, как дерутся такой штукой? — У топора было тяжелое двухфутовое лезвие с остро отточенным краями в форме ястребиных когтей, венчавшее деревянную рукоять пяти футов длиной.

— Страшная штука, — сказал Спархок. — Но повесь-ка его на место, нечего играть чужими игрушками.

Они снова встретились с Бевьером в кабинете Нэшана. Бевьер уже покончил с молитвами и освободился от доспехов.

— Ты уже поел, сэр Бевьер? — поинтересовался Нэшан.

— В этом нет необходимости, сэр Командор. Если вы позволите, я присоединюсь ко всем в трапезной во время обеда.

— Конечно, — ответил Нэшан, — мы с радостью приглашаем тебя присоединиться к нам, сэр Бевьер.

Спархок представил Бевьера Сефрении. Молодой человек низко поклонился.

— Наши наставники очень уважают вас, госпожа.

— Мне приятно слышать это, сэр, хотя в моем искусстве нет ничего необычного, это все — годы практики.

— Годы, госпожа? Может, вы и немного старше меня, ибо тридцать мне исполнится еще лишь через несколько месяцев. Румянец молодости не покинул вашего лица, а глаза чаруют своим блеском…

Сефрения тепло улыбнулась ему и критически взглянула на Келтэна и Спархока.

— Я надеюсь, вы внимали словам сэра Бевьера? Урок галантности, преподнесенный им, будет не лишним для вас обоих.

— Это всегда было моей слабой стороной, — вздохнув, признался Келтэн.

— Я успела заметить это за годы нашего знакомства, — сказала Сефрения. — Флейта, положи на место эту книгу! — воскликнула она, и добавила несколько мягче: — Ну сколько можно тебя просить, никогда не трогай книг.

Спустя несколько дней еще двое прибыли из Дэйры. Тиниэн, добродушный, краснолицый любитель посмеяться, с мощным торсом и огромными плечами — от долгих лет ратного труда в дэйранских доспехах, самых тяжелых во всей Эозии. Доспехи эти прикрывал небесно-голубой плащ. Улэф, Рыцарь Генидиана, громадный, немного неуклюжий воин, который обходился, как и его собратья в Талесии, без лат — на нем была кольчуга и простой конический шлем, на плечи накинут зеленый плащ. Круглый щит и боевой топор довершали его снаряжение. Он был задумчив и говорил редко и неохотно. Светлые волосы спадали из-под шлема на спину, внося в его облик неожиданную мягкие черты.

— Приветствую вас, мои Лорды! — громогласно возгласил Тиниэн, спешиваясь во дворе замка. Он пристально оглядел встречающих. — Ты, наверно, сэр Спархок. Наш Магистр сказал мне, что у тебя когда-то был сломан нос. — Тиниэн усмехнулся. — Не печалься, сэр Спархок, сломанный нос не помеха тому типу красоты, каким наградил тебя Всевышний.

— Он начинает мне нравиться, — шепотом сообщил Спархоку Келтэн.

— А ты, видно, сэр Келтэн, — сказал Тиниэн, протягивая руку, которую Келтэн с жаром схватил, не заметив спрятанную в ладони альсионца дохлую мышь. С испуганным ругательством он отдернул руку, а Тиниэн густо расхохотался.

— Похоже, он понравится и мне, — заметил Спархок.

— Меня зовут Тиниэн, — представил сам себя альсионец. — А моего молчаливого друга — Улэф из Талесии. Он нагнал меня несколько дней назад, и с тех пор сказал не больше десятка слов.

— Ты достаточно говорил за нас обоих, — ухмыльнулся Улэф, слезая с седла.

— Истинная правда, — улыбаясь согласился Тиниэн. — Есть у меня такой грех — всепоглощающая любовь к звукам собственного голоса.

Улэф протянул свою огромную руку.

— Сэр, Спархок? — сказал он.

— Мыши нет? — поинтересовался Спархок.

Слабая улыбка тронула губы талесийца и они пожали друг другу руки. Потом он поздоровался с Келтэном, и все четверо направились вверх по ступеням ко входу в Замок.