Лига «Ночь и туман» - Моррелл Дэвид - Страница 60

— Он, наверное, разрывался на части.

— Поверь, так оно и было. Но сейчас он обрел покой.

— Как?

— Его убили, — сказал Сол. Дрю прищурился.

— Зарезали насмерть. Это случилось потому, что Элиот стал против нас. Чтобы не выдать свои секреты, он предал нас. Ноя рассчитался за Криса.

— Как?

— Убил Элиота… А ты?

— Не совсем понимаю, о чем ты, — сказал Дрю.

— Почему ты ушел от картезианцев?

— На монастырь напала команда уничтожения. — Сол изумленно заморгал.

17

Дрю почувствовал, как Арлен напряглась, удивленная его откровенностью.

— Напали на монастырь?

— Я тоже сирота. Мои родители погибли, когда мне было десять, — сказал Дрю. — В Токио. Мой отец работал там на Госдепартамент США. В тысяча девятьсот шестидесятом году он и моя мать погибли от взрыва бомбы, подложенной террористами. Властям так и не удалось узнать, на ком лежит ответственность за их смерть. Мне было только десять, и я поклялся найти убийц своих родителей или, если мне это не удастся, наказать таких же, как они. Меня отправили в Америку, к дяде. Из этого ничего хорошего не вышло. Меня усыновил лучший друг отца. Так же, как и отец, он работал на Госдепартамент, и, куда бы его ни посылали, он всегда брал меня с собой. Где бы мы ни были, он заставлял меня изучать военное искусство этой страны. Я все еще намеревался сдержать свою клятву и отомстить за родителей, и Рей завербовал меня в секретную группу Госдепартамента по борьбе с террористами, — она называлась “Скальпель”. Я прошел подготовку и стал наемным убийцей. Десять лет я убивал.

— Десять лет? Что тебя остановило? Почему ты ушел в монастырь?

— Та же причина, что и у твоего друга. Меня преследовали ночные кошмары. В тысяча девятьсот семьдесят девятом мне дали задание. Миссия кончилась гибелью невинных женщины и мужчины. Я взорвал их, так же как кто-то взорвал моих родителей. Их сын видел, как это произошло, он видел это, как и я когда-то.

— Ты сказал, эти женщина и мужчина были невинны? Ты не ошибся?

— Нет. “Скальпель” по политическим причинам хотел, чтобы они были убиты. Но я не мог найти оправданий тому, что сделал. Я стал таким же, как те, кто убили моих родителей. Я превратился в того, за кем охотился, стал сам своим врагом. Я… сломался, так, кажется, ты это называешь. Я отчаянно хотел искупить вину, понести наказание за свои грехи, и тогда я стал картезианцем. За шесть лет, проведенных в покаянии и молитве, я постепенно обрел покой.

— И тогда на монастырь напали?

— Девятнадцать монахов отравили. Двух других застрелили. Главной целью был я, но я сбежал. Я поклялся найти того, кто убил моих братьев монахов. В конце концов, я выяснил, что человеком, который отдал приказ напасть на монастырь, был Рей. Он боялся, что в один прекрасный день из-за моего срыва я выдам его секреты. Все эти годы он искал меня и, когда узнал, где я нашел пристанище… Ну, как ты сказал о человеке, который приказал убить твоего приемного брата, — я нашел и убил его.

18

Сола потряс рассказ Дрю. Параллели между их историями выбивали из колеи.

Но Криса убили.

А Дрю, так напоминавший Криса своими светлыми волосами, яркими глазами, чуть заметными веснушками и скуластым, прямоугольным лицом, — Дрю выжил. У Сола было ощущение, что пустая ниша в его жизни заполнилась.

— Ты не сказал, были ли у тебя братья, — сказал Сол.

— Нет, я единственный ребенок. Сол улыбнулся:

— Если тебе нужен брат, теперь он у тебя есть. Ты бы не стал рассказывать мне о своем прошлом, если бы не заметил сходства между… Это невероятно.

— Я заметил параллели, — сказал Дрю, — но тоже не могу объяснить их.

— Столкнулись друг с другом. Как?.. Не верится, что это просто совпадение.

— Вопрос в том, — прервала его Арлен, — сколько здесь еще параллелей?

19

Мужчины повернулись в ее сторону.

Пока Арлен слушала разговор Сола и Дрю, ее беспокойство все больше и больше возрастало. Удивительно, что два человека, ни разу до этого не встречавшиеся, так быстро открылись друг другу. Еще более удивительным было сходство между Дрю и погибшим братом Сола. Это действительно было, как сказал Сол, невероятно. И Арлен не думала, что на этом сюрпризы закончатся, — это ее волновало больше всего.

— Еще? — спросил Сол.

— Чтобы получить информацию от Дуссэлта, вы оказались в садах Ватикана в то же время, что и мы, — сказала Арлен. — Это тебя не удивляет? Тебе должно быть интересно, что мы там делали. Мне-то уж точно любопытно, что вы там делали. Мы пришли туда разными путями по одной причине?

— Пропал отец твоей жены, так, по-моему, ты сказал? — произнес Дрю. — И трое мужчин пытались убить вас. Они носили такие же перстни, как у отца Дуссэлта.

Какое-то время Сол не отвечал. Потом он вздрогнул и, как показалось Арлен, приложил определенные усилия, чтобы вернуться к беседе. Она понимала, что исчезновение его жены связано со всем, о чем они говорили.

— Правильно, — сказал Сол. — И эти три наемника вывели вас на отца Дуссэлта. На организацию, которую ты называешь Братством Камня. Что это такое?

— Солдаты Господа, — сказал Дрю. — Воины церкви.

— Объясни.

— Орден организовался в двенадцатом веке, во время Третьего Крестового похода, — сказал Дрю. — Они следуют традициям, установленным арабом, обращенным в католицизм. Он стал священником, и, используя свои знания об арабах, помогал крестоносцам освобождать Святую землю от мусульман.

— Помогал крестоносцам? Как?

— Как убийца. Арабу легко проникнуть в стан врага. Ему было предписано убивать лидеров мусульман с той же жестокостью, с какой они убивали лидеров крестоносцев. Он подкрадывался к спящей жертве и отрезал ей голову.

— Наглядно, — сухо сказал Сол. — И, без сомнений, эффективно.

— Идея была такова — террором бороться с террором. Конечно, крестоносцы свой террор считали святым.

— И церковь допускала это?

— В то время, — сказал Дрю, — ты должен помнить, каким религиозным пылом был вдохновлен Крестовый поход. Папа отпускал все грехи, совершенные во время, как тогда считалось, благословенной Богом войны с язычниками.

— Однако времена меняются.

— Да, но орден, основанный священником-убийцей, — нет. Неизвестный церкви орден Братства Камня продолжал веками святой террор. Им казалось, что церковь нуждается в защите.

— А перстень?

— По нему они узнают друг друга. Это копия перстня, который во времена Третьего Крестового похода носил король Ричард. Рубин символизирует кровь Христа.

— Но почему они хотели помешать мне и Эрике найти ее отца? — спросил Сол. — Виновны ли они в исчезновении Эрики?

— Может, на этот счет ответит отец Дуссэлт, — сказала Арлен. — Причина, по которой мы пришли с ним на встречу, также связана с исчезновением. С исчезновением кардинала Крунослава Павелика. Отец Дуссэлт — его помощник.

— Я слышал о том, что он исчез. Но почему вы его ищете?

— Чтобы вернуть долг, — сказал Дрю. — Священник из Братства пытался завербовать меня в орден. Когда я отказался, он попытался меня убить, чтобы защитить тайну Братства. Спасая меня, брат Арлен застрелил его.

— В Братстве подумали, что священника убил Дрю, — сказала Арлен. — Чтобы защитить жизнь моего брата в благодарность за то, что он спас ему жизнь, Дрю бежал и тем самым взял вину на себя. Последний год он жил в Египте. Три недели назад в Нью-Йорке ко мне пришел священник из Братства. Он сказал, что орден узнал, где прячется Дрю, и просил меня поехать к нему и убедить его оказать Братству услугу. В обмен Братство сочтет долг за смерть их человека оплаченным.

— О какой услуге они просили?

— Дрю должен найти пропавшего кардинала.

— Они не могли справиться с этой работой?

— Мы тоже этим поинтересовались, — сказал Дрю. — Священник, с которым мы встретились в Каире, сказал нам, что кто-то из ордена пытается разрушить его изнутри, и, если мы выясним причину исчезновения кардинала, у нас будет ключ к этой загадке. Если мы с Арлен хотим жить спокойно, нам надо найти кардинала и таким образом узнать, кто в Братстве предатель. У меня есть подозрение, что это отец Дуссэлт. Но меня интересуют двое, которые тоже ищут кардинала. Двое наемных убийц, сыновья нацистских наемников.