100 великих катастроф (с илл.) - Кубеев Михаил Николаевич - Страница 81

Когда на место аварии прибыли спасатели, то спасать было уже нечего: от Ту-144 остались дымящиеся обломки, повсюду валялись разломанные части самолета.

Западная пресса, подробно описывая происшедшее, называла в качестве причины катастрофы технические неполадки самого самолета и плохую подготовку летчиков. Говорилось также и о том, что виновен в катастрофе французский истребитель «Мираж», который помешал посадке Ту-144.

В советской стране некоторые специалисты говорили о том, что ошибку допустили летчики, которые на свой страх и риск задумали совершить посадку и взлет на свой манер, что и привело к трагедии.

Тем не менее в Советском Союзе не собирались отказываться от идеи создания сверхзвукового самолета. Учитывая, что в его разработку было вложено много сил, энергии, времени и средств, было решено использовать Ту-144 на внутренних рейсах в качестве обычного транспортного средства (в частности, для перевозки почты и небольших грузов). Производство таких машин продолжалось, всего было изготовлено двенадцать самолетов такого класса. Маршрут их движения был определен прежний – Москва – Алма-Ата.

Начала действовать эта линия 1 ноября 1977 года. Вскоре, однако, возникли проблемы не только технического отставания от общего развития авиации, но и экономического характера. Ту-144 сжирал огромное количество топлива и создавал невероятный шум. Не было никакого смысла использовать его только для перевозки почты, и в конечном итоге самолет оказался неперспективной моделью. Уже в августе 1984 года его полеты были официально запрещены.

Правда, в настоящее время Ту-144 обрел свою новую жизнь. Его превратили в летающую лабораторию, и в подготовке к новым полетам этого сверхзвукового пассажирского лайнера участвует ряд американских фирм.

Катастрофа в «Мешке бурь»

В конце 1950-х годов на Темзе, близ лондонского пригорода Баттерси, затонула мотобаржа, которая везла двести тонн нефти. Сотни лебедей, плавающих по реке, пропитались жирной черной жидкостью. Птицам угрожала смерть.

Спасательные операции начали Общество покровительства животным и речная полиция. По Темзе сновали катера и лодки, подгоняя птиц к берегу, где их уже поджидали сотрудники спасательной службы. Они вытаскивали птиц из воды и отправляли на машинах «скорой помощи» в клинику. Но многих лебедей уже нельзя было спасти: пытаясь очистить перья, лебеди наглотались нефти и теперь умирали.

Оставшихся в живых обрабатывали специальным аппаратом, который высасывал нефть из их перьев. Затем птицам делали мыльную ванну, но, несмотря на все старания и усилия людей, 100 птиц из 350 погибли.

Супертанкер «Амоко Кадис» терпит бедствие

Норвежский путешественник Тур Хейердал, руководитель научных экспедиций на кораблях «Ра-1» и «Ра-2», писал, что во время путешествия в течение 43 дней (на протяжении 4350 километров) он плыл по загрязненному нефтью океану. Причем нередко загрязнение воды было очень большим. Нефтяная пленка толщиной в два сантиметра покрыла площадь океана в пятьсот квадратных километров. Потом нефть расплылась еще шире.

На оживленных морских дорогах нередко можно встретить суда, которые по внешнему виду заметно отличаются от всех остальных. У них длинный корпус и сравнительно небольшая надстройка над палубой, обычно смещенная к корме. Это танкеры, предназначенные для перевозки нефти и нефтепродуктов. Среди них встречаются и настоящие гиганты грузоподъемностью в сотни тысяч тонн.

Свои рейсы танкеры часто совершают без захода в попутные порты. Моряки по длительности нахождения в море вполне могут соперничать с китобоями старых времен, которые месяцами не сходили с палубы своих суденышек. Да и зачем матросам танкеров сходить на берег?! Бортовые опреснители дают в сутки до сорока тонн пресной воды, провизию не один раз во время пути доставляют вертолеты. Таким образом, моряк супертанкера чуть ли не все время рейса видит однообразные просторы океана. Конечно, здесь имеются киносалоны, бассейны, бары, чтобы скрасить отрезанность экипажа от внешнего мира.

К сожалению, несмотря на суперсовременное оборудование и технику, аварии танкеров не всегда удается избежать. Авторы А.С. Монин и В.И. Войтов написали книгу «Черные приливы», которая является своего рода энциклопедией на эту тему. В частности, они рассказывают о трагедии 1978 года, которая произошла на курортных берегах Франции. Супертанкер «Амоко Кадис» принял на борт на иранском острове Харк в Персидском заливе 100 тысяч тонн легкой арабской и 123 тысячи тонн легкой сырой иранской нефти. Он следовал в голландский порт Роттердам. Около полудня 16 марта вахтенный штурман доложил капитану, что судно плохо слушается руля. В это время супертанкер, приближаясь к входу в Ла-Манш, находился еще во внешней части Бискайского залива (именно его моряки и называют «Мешком бурь»). Здесь бушевал шторм силой не менее десяти баллов. Огромные волны перехлестывали палубу, норовя опрокинуть стальную громадину.

Вызванные капитаном ремонтные механики нашли неполадки в гидравлической системе рулевого управления и заверили, что они быстро устранят неисправность. Но время шло, а исправить неполадки никак не удавалось. Фактически не управляемый «Амоко Кадис» продолжал свое шальное плавание в бурном океане. Вблизи острова Уэссан тяжело нагруженный супертанкер окончательно сбился с курса и начал разворачиваться.

Всерьез обеспокоенный капитан «Амоко Кадиса» Паскаль Бердари связался по радио с судовладельцами и сообщил им о бедственном положении судна. Этот разговор подслушал радиооператор с мощного западногерманского спасательного буксира «Пацифик».

Спасательные буксиры западных стран обычно отсиживаются в «засаде» в опасных для мореплавателей районах в надежде получить большую премию за спасение судна, терпящего крушение. А район у северо-западного побережья полуострова Бретань пользуется дурной славой у моряков из-за многочисленных подводных скал и мелей. Неудивительно, что именно здесь и находился спасательный буксир «Пацифик».

Капитан буксира доложил своим хозяевам о бедственном положении «Амоко Кадиса» и отправился на сближение. Туда же был направлен и другой спасатель – западногерманский буксир «Симезон».

Капитан «Пацифика» вызвал по радио капитана «Амоко Кадиса» и предложил спасательный контракт. Однако Паскаль Бердари отвечал, что пока для такого контракта нет оснований, другое дело – обычная буксировка. Пока шел торг, «Амоко Кадис» еще более приблизился к подводным скалам у острова Уэссан. Прикинув расстояние, Бердари почувствовал безвыходность своего положения и дал согласие на контракт.

С огромным трудом в условиях штормовой погоды «Пацифик» взял супертанкер на буксир и удерживал его против ветра и волн почти три часа, после чего буксирный конец лопнул. Еще три часа ушло, чтобы завести новый конец. За это время неуправляемый «Амоко Кадис» уже вплотную приблизился к скалам. И когда второй конец разорвался, словно это была всего лишь тонкая нить, супертанкер понесло на скалы.

Раздался страшный скрежет, и супертанкер сел на камни. Яростные волны сотрясали корпус судна, намертво захваченного подводной западней. Капитан «Амоко Кадиса» приказал подать сигнал бедствия сигнальными ракетами, но было уже слишком поздно. «Амоко Кадис» медленно кренился и оседал на корму. Огромные волны хозяйничали на палубе, разбиваясь о надстройку. В воздухе стоял сплошной туман из леденящих брызг.

Спасательные буксиры и подошедшие к танкеру рыболовецкие сейнеры и боты были бессильны что-либо сделать для спасения «Амоко Кадиса». С помощью французских вертолетов началась операция по спасению экипажа, и удалось спасти всех его членов.

Утром 17 марта опустевший супертанкер переломился у надстройки. В море хлынула нефть, быстро растекаясь на запад и юго-запад по направлению к берегу. По ориентировочным расчетам специалистов, к концу суток вытекло ее восемьдесят тысяч тонн. Французское и английское правительства приняли экстренные меры и направили сюда военные корабли с химикатами, концентрирующими и осаждающими нефть. В ночь на 18 марта, когда ветер начал стихать, к «Амоко Кадису» подошел танкер «Дарина», чтобы перекачать оставшуюся нефть, но все попытки сделать это были безуспешны. А между тем «черный прилив», накатываясь на берег, покрывал пляжи и загрязнял прибрежные утесы. В деревушке Портсалле, откуда еще и теперь хорошо видны возвышающиеся над водой три палубы, труба и надстройка растерзанного океаном супертанкера, рыбаки оцепенело смотрели на коричневую масляную пленку, колыхающуюся в океане, и на загрязненные берега.