День рождения ведьмы - Кащеев Кирилл - Страница 114

   – Танго! – немедленно потребовал Вук и светски склонился к Оксане Тарасовне. Богатырь повел ведьму в танце, с неожиданным изяществом двигаясь на крохотном свободном пятачке кухни под тягучие жаркие переборы струн. Вовкулаки и молодые богатыри расхватали робленных и утащили в коридор. Еруслан протянул руку Ирке, но она только покачала головой и даже отвернулась. После бала чертей танго навеивало ей исключительно неприятные чувства.

   – Эх, жги в честь покойничков! – заорала окончательно разгулявшаяся Стелла. – Щоб живым икалось, а мертвым в гробу крутилось, нибы вентиляторы! – и Стелла принялась наяривать на гитаре гопака, правда, с отчетливым латиноамериканским уклоном. – Libertad o Muerte! [24]А лучше – и то и другое! – пропела она на мотивчик старого мюзикла.

   – Зачем вы это делаете? – произнес тихий, словно порыв ветра в камышах, шелестящий голос. – Мы же вас предали.

   Над кухонным столом парил заложный в роговых очках. За окном стоял вечер, а кухня наполнилась отчетливым перламутровым мерцанием. Почти растворяясь в свете электрической лампы, сквозь кухонный шкафчик проступил силуэт женщины в платье в горошек, полковника, Галстука-Штопором. Постепенно кухня начала наполняться призраками – они возникали один за другим, реяли под потолком, прозрачными занавесками висели на окнах, сквозняком скользили у пола. Плясавшие в коридоре робленные с вовкулаками заглядывали в дверь кухни, но внутрь не совались – призраки хоть и не занимали места, но проходить сквозь них было неприятно.

   – Раньше мы не могли покинуть наш завод, – с любопытством оглядываясь по сторонам, вздохнула женщина.

   – Ваши задушные поминки, – отворачиваясь, чтобы даже не глядеть на этих предателей, ответила Ирка. – Обряд в честь вас, на мягкое развеивание. Хотя я искренне надеюсь, что вы не найдете в себе сил простить и застрянете тут на всю вечность! – злобно добавила она.

   – Поверьте, мы ей все предлагали на вас наплевать! – ядовито-любезным тоном сообщила Танька. – Что поделаешь, Слово рожденной ведьмы стоит немножко больше, чем слово советского офицера, ученого и строителя коммунизма.

   По призракам прокатился тихий замученный стон.

   – Мы не хотели… – наматывая галстук на кулак и дергая за него, будто сам себе хотел оторвать голову, пробормотал Галстук-Штопором. – Я прекрасно понимаю, что мы не имеем права оправдываться… просто хочу, чтобы вы всё знали, как есть. Как было!

   – Это странное серое существо и человек с завода, которого вы зовете Аристархом, пришли к нам на следующий день… – вмешалась женщина.

   – Он нас видел – серокожий! – влез полковник.

   – Мы его забавляли, – скривился призрак в роговых очках. – Он сказал, что мертвые не должны вмешиваться в дела живых. На нас не обращали внимания, пока мы сидели тихо, а раз мы «высунулись», то теперь подлежим уничтожению как вредоносные заложные.

   – Естественно, мы не поддались! – горячо вмешался Галстук-Штопором. – Мы специалисты советской оборонной промышленности, нас всегда предупреждали, что мы можем стать объектом провокации иностранных спецслужб. Нас учили, как реагировать!

   – Сложно вас учили, – буркнул полковник. – Проще надо! Послали мы его – простым солдатским загибом.

   – Товарищ полковник лично взял на себя, – насмешливо добавила женщина.

   Даже по полупрозрачному силуэту на фоне окна видно было, что полковник смутился:

   – Я ж просил товарищей женщин заткнуть уши.

   – Вы знаете… – задумчиво добавил призрак в роговых очках. – Мне показалось, что они испугались.

   – Еще бы! – Ментовский Вовкулака вздернул верхнюю губу в злой волчьей усмешке. – Простой солдатский загиб имеет определенную силу. Особенно если сказано с душой.

   – И тогда явился он, – вздохнул призрак в роговых очках и тут же протестующе поднял ладони. – Нет-нет, я вовсе не стараюсь вас заинтриговать, просто не вполне понимаю, как его описать.

   – Мы его толком не рассмотрели, – пробурчал Галстук-Штопором. – Вроде… вроде телевизионного изображения.

   – Цветное и со звуком? – недоуменно уточнил Богдан.

   Призрак погибшего в 1960 году конструктора посмотрел на него как на идиота.

   – Дергается и пропадает! – презрительно пояснил он.

   – Темный силуэт, как будто в длинном плаще – ни головы не видно, ни фигуры, – явно стараясь вспомнить хоть что-то, начала перечислять женщина. – Непонятно, какого он пола. Если бы не одежда, я бы даже не смогла сказать, человек это или животное!

   – Ну чего… – тихо пробормотал Вовкулака. – Бывает, что и волки штаны носят. – Подумал и добавил: – В зубах.

   – Только голос… – взволнованно продолжала женщина. – Такой звучный, завораживающий… Будто не человек говорит, а… гул ветра в пещере!

   – Мне он больше показался похожим на звон колокола, – вмешался призрак в роговых очках. – Очень впечатляюще.

   – Вот этим своим голосом он нас буквально… заворожил! – с ненавистью процедил Галстук-Штопором, и было видно, как ему неприятно говорить о таких антинаучных материях, как завораживание. – Преступный гипнотизер какой-то!

   – Произошел прорыв пространства в виде вспышки света, – принялся монотонно перечислять призрак в роговых очках. – Из этого прорыва вышли существа, вероятно, являющиеся результатами преступных биологических экспериментов, поскольку в них соседствовали человеческие и звериные черты. Некоторые из этих существ, вероятно, тоже путем внушения, приняли вид опустившихся пьяниц и забрали настоящее оружие, оставив фальшивые ящики. От нас потребовали, чтобы мы помогли человеку с завода спрятать их и остальных на складе в непосредственной близости от ворот строительной площадки. Затем нам велели сообщить вам время и место передачи оружия, а также проследить, чтобы вы погнались за тем серокожим и не потеряли его из вида… до самого конца. До того как они… захватили вашего молодого друга.