День рождения ведьмы - Кащеев Кирилл - Страница 118

   Ирка распахнула створки шкафа. Айтов кожаный мешочек лежал там, где она его оставила. Рядом стоял резной сундучок и… тихонько шумел, как шумит поднесенная к уху раковина. Шум морского прибоя сменился грохотом горной реки на перекатах, потом далеким, едва слышным ревом громадного водопада, ударами сталкивающихся льдин на ледоходе и тихим, вкрадчивым шепотом воды в нагретых на солнце камышах. Резьба на крышке вела неистовую пляску: лес и потаенное озеро исчезли, сменившись стеной водопада. Среди его струй кувыркался дракон. Широкая, беспредельная река – и по ее глади плыл змей. Бурное море, и над ним, в грозовых облаках, то взлетая ввысь, то камнем падая к пенным верхушкам волн, мчался дракон. Айт! Он должен был подарить это сам! Он бы дразнился – наверняка дразнился! Заставлял ее гадать, что внутри, приговаривая: «Ого, ну у тебя и фантазия!» или «Запомним на следующий раз!», смеялся и отрицательно качал головой. Поглаживал крышку сундучка, заставляя меняться картинки, а когда Ирка уже пищала бы от нетерпения, они вместе открыли бы крышку и, дрожа от предчувствия чего-то… вовсе необыкновенного, она заглянула бы внутрь…

   Ирка поставила сундучок на ладонь. Исходящий от него шум стих. Из тонкой, в волос шириной щели под крышкой брызнул серебристый свет и… крышка откинулась.

   Из сундучка, такого крохотного, хлынул, кажется, нескончаемый поток серебристо-стальной чешуи. Комната наполнилась отчетливым, свежим запахом моря.

   – Лучший мой подарочек – это ты! Лучший мой подарочек… – смеясь и плача, повторяла Ирка. Силы оставили ее, она опустилась на пол, потянув за собой шершавую, чуть-чуть, едва слышно похрустывающую, как льдинка на морозе… ткань? кожу? Плащ из шкуры дракона обрушился ей на плечи, обернул ее всю, покрыл скорчившуюся на полу девочку непроницаемой защитной броней, обнял ароматом воды и соли, йода и песка. Она говорила Айту, что никогда не была на море – и море само пришло к ней: море и река, тихое озеро и бурный водопад. Айт, Великий Дракон Вод.

   Ирка решительно вытерла слезы и прижалась щекой к шершавой чешуе плаща:

   – Спасибо, Айт! Это и правда лучший подарок.

   Она встала. Сняла ветровку и бросила ее на диван. Шагнула к зеркалу и накинула драконий плащ на плечи. Просунула руки в специальные прорези… Пару секунд плащ висел на ней как мешок, волочась по полу… Потом зашевелился, будто живой, зашуршал чешуйками. Подол пополз вверх, теперь доходя Ирке до щиколоток. Она нетерпеливо топнула ногой – плащ послушно укоротился до длины чуть ниже колен. Аккуратно обтянул плечи, глубокий капюшон лег изящными складками, позволяя полностью скрыть лицо. Ирка высвободила из-под капюшона две пряди и торжествующе посмотрела на себя в зеркало.

   – Любишь ты дарить мне шмотки, – словно разговаривая с отсутствующим Айтом, сказала она в зеркало. – Ну да, я их тоже люблю! Но сейчас ты даже не представляешь, как ты удачно попал! Нет, не представляешь! – снова повторила она.

   Она сгребла сундучок и Айтов мешочек в свою сумку и, отстукивая каблуками каждый шаг, вышла. Бабка стояла в дверях комнаты и глядела на нее. На миг Ирка дрогнула. Звонкая дробь каблуков сбилась. Она шагнула к бабке и сцепила руки у нее на шее. Уткнулась лицом ей в грудь:

   – Скажи, что все будет хорошо, бабушка! Скажи, что будет!

   – Я не могу сказать тебе этого, дитя мое! Я не знаю! Я ничего не знаю! – стискивая Иркины плечи, почти в отчаянии прошептала бабка.

   Не поднимая головы, Ирка кивнула и бросилась к выходу. На пороге она остановилась и оглянулась. Капюшон плаща упал ей на плечи. Посмотрела на бабку еще раз. И выскочила за дверь.

   – Храни тебя Господь и все Силы его, дитя мое! – прошептала ей вслед бабка. – Храни тебя Господь.

   Чеканя шаг, Ирка подошла к мини-вэну.

   Сидящий за рулем Ментовский Вовкулака повернулся к ней:

   – Ну наконе…

   И чуть не вывалился из-за руля. Глаза его выпучились, как у сумасшедшего, а челюсть отвисла.

   – Он… – даже не прошептал, а прохрипел Вовкулака. – Он подарил тебе плащ… из своей старой шкуры? Вот так взял и подарил – себя?

   В минивэне воцарилась тишина, а потом раздался топот, и в раскрытую дверь ломанулись все – ведьмы, вовкулаки, Танька с Богданом… Молчаливым кружком встали вокруг Ирки, не отрывая от нее потрясенных глаз.

   – Такой плащ только босоркани-паучихи могли сшить, и то за страшную цену… – наконец пробормотала Оксана Тарасовна.

   – Я ж казала – повертатыся погана примета! – выкрикнула Стелла. – За цей плащ навить в нашем мире вбьють, ти, хто хоть щось понимают!

   – В нем же сквозь огонь ходить можно, и прямое попадание пули он держит и… Кто его знает, что еще! – восхищенно выдохнул Рудый.

   – Вот он меня и будет защищать! – надменно бросила Ирка и легко впорхнула по ступеньке в мини-вэн.

Глава 43

Русалии – праздник Симаргла

   – До Запорожья ехать сорок минут. Ну максимум – час! – сказала Ирка. – Чего мы кружим?

   Минивэн уже часа три скакал по проселочным дорогам. Ямы и колдобины больно отзывались в позвоночнике, когда минивэн проваливался в них колесом, от слалома между лужами основательно тошнило. Горы подарков рассыпались. Когда Ирку во второй раз навернуло по голове каким-то твердым свертком, она постаралась запомнить коробку. Вряд ли она будет сильно благодарна дарителю! Одно удовольствие – на очередном прыжке минивэна Маринка основательно прикусила язык и теперь надуто молчала. Не выдержала уже Ирка.

   – Не хочу тебя пугать… – Ментовский Вовкулака вцепился в баранку напряженными до белизны пальцами. – Но возле твоего дома мы опять нашли следы мертвяка. Как будто он всю ночь там кружил, искал способ перебраться через забор. Хорошо, что ты защиту восстановила. Все другие заложные пропали после задушных поминок, а этот шастает! – полковник зло пристукнул кулаком по рулю. – Ничто его не берет! Поэтому мы решили подстраховаться. – Он бросил быстрый и какой-то завороженный взгляд на ее плащ. – Хотя в этой штуке тебе, может, и мертвяк не страшен.