Военная мысль в СССР и в Германии - Мухин Юрий Игнатьевич - Страница 73

Какое такое «стратегическое руководство фронтами», если фронт – это объединение, способное победить только во фронтовой операции? Видимо, для Квашнина и Гареева стратегия, оперативное искусство и тактика одно и то же. А вероятнее всего для них «стратегия» – это такое умное военное слово, которое генерал тем чаще должен употреблять, чем больше звезд у него на погонах.

Кстати, упомянутые генералами «направления» были импровизацией от безвыходности – оттого, что Генеральный штаб во главе с Жуковым явил стране свой полный маразм и неспособность руководить фронтами. Существовали они до тех пор, пока Сталин не подобрал в Генштаб более-менее толковых генералов. До этого момента направления себя полностью оправдали. Осенью 1941 г. именно направления, а не Генштаб, добивались основных успехов: Северо-Западное направление под командованием Ворошилова под Сольцами и Юго-Западное под командованием Тимошенко под Ростовом и Ельцом. Тимошенко, аккумулировав силы Юго-Западного и Южного фронтов, сумел разгромить 1-ю танковую армию Клейста группы немецких армий «Юг», освободив Ростов, а под Ельцом окружил и полностью уничтожил пехотный корпус группы немецких армий «Центр». Этот опыт был настолько хорош, что одно время и в послевоенном СССР были попытки создать штабы таких направлений заранее, в мирное время.

Генералы Квашнин и Гареев упрекают Сталина в том, что он, дескать, не дал располагать войска далеко-далеко от границы. В этой критике весь «стратегический талант» генералов, как на ладони. Ведь стратегия – это наука и искусство выиграть войну. Но чтобы ее выиграть, нужны люди в армию и в военную экономику, нужно оборудование и сырье для этой экономики. Да как же вы выиграете войну, если вы заведомо без боя отдаете врагу и людей, и сырье, и оборудование?! Я уже не говорю о том, о чем сказал Сталин – о морально-политических последствиях.

Но главное, при заданном Сталиным расположении наших войск план немцев «Барбаросса» получился только в центре советско-германского фронта – там, где немцев ждал предатель Павлов. Ни на юге, ни на севере немцы не смогли, как планировали, ни окружить, ни нанести более-менее решающее поражение нашим войскам. Наши войска отступали, эвакуируя людей, заводы, скот.

Как при таких «военных открытиях» оценить двух главных теоретиков, двух стратегов нынешней Эрэфии?

Связь

Попробую похвалить. С 1996 г. «Дуэль» активно пытается привлечь внимание военных историков к тому, что главная техническая причина тяжелых потерь в той войне – отсутствие радиосвязи в современном для того времени виде и качестве. 

Лед тронулся: Квашнин и Гареев, наконец, помянули о связи, но не как об основной технической причине поражений начала войны, а как о незначительном недостатке. Да военные ли они? Ну чего стоят все их многословные разговоры об управлении войсками, если о взятии немцами Минска советское правительство узнало из сообщений зарубежных радиостанций, а начальник Генштаба Жуков на тот момент и этого не знал?

И ведь эта причина и по сей день не исправлена, этот урок до сих пор в голову московских генералов не вошел. Сегодня положение со связью в Чечне у нас чуть ли не такое же, как и в 1941 г.

Статьи в «Дуэли» на военные темы не обсуждаются ни военными, ни историками в остальных СМИ. Но «Дуэль» очень популярна в бесцензурном Интернете, там эти статьи обсуждают очень живо. Вот образец; на конференции по обсуждению проекта сборника «Дуэли» под условным названием «Para bellum» выступает некто Павел Павлов: «А что взять с Мухина – он, блин, публицист, но по поводу роли связи в армии правильно написал. Без взаимодействия подразделений на войне делать нечего. Тут познакомился с одним парнем, который воевал в первую чеченскую в спецназе ВВ, так он рассказывал, что, например, у разведгрупп, уходивших в горы, связи толком не было с командованием. И уходят ребята в неизвестность. Случись что – только на себя надеются.

Или еще случай: сидят ВВ-шники на позициях, вдруг в нескольких километрах стрельба, ничего непонятно. Командир со штабом связался – там ничего не знают. Штаб говорит (стрельба под вечер разыгралась): завтра с утра вышлите разведку, может, два тейпа чего не поделили (рассказывал, что и такое там бывало). А оказалось, что «чехи» мотострелков в засаду поймали и разнесли к чертовой матери. А у них ни с кем связи толком не было, они даже не знали, что рядом с ними ВВ-шники были, а те не знали, что колонна мотострелков там пойдет, думали, там наших нет. Наутро разведка только трупы и считала.

Вот и роль связи на войне. Просто у меня сложилось впечатление по нашим историческим книгам – роль связи историками как-то обходится. Столько-то немцы побили, столько-то мы бросили, а почему не оборонились? Все лепечут заученное – «внезапность, внезапность"… А потому и не оборонились, что правая рука не ведала, что делает левая». 

До солдат роль связи, как видите, доходит, осталось посадить в Москве вместо Квашнина и Гареева таких генералов, чтобы и до них дошло.

Не чета вам

И еще хотел бы остановиться на моральной беспринципности Квашнина и Гареева. Вот они упомянули о некой «записке Берия» Сталину о том, что немцы, якобы, в 1941 г. не нападут. Эта записка – очень старая и тупая фальшивка, сфабрикованная, видимо, еще Волкогоновым. Квашнин с Гареевым даже постеснялись привести ее полностью. Выглядит эта фальшивка в воспроизведении писателя В. Карпова так:

«21 июня 1941 года. …Я вновь настаиваю на отзыве и наказании нашего посла в Берлине, который по-прежнему бомбардирует меня дезинформацией о якобы готовящемся Гитлером нападении на СССР. Он сообщил, что это «нападение» начнется завтра…

То же радировал и генерал-майор В. И. Тупиков, военный атташе в Берлине. Этот тупой генерал утверждает, что три группы армий вермахта будут наступать на Москву, Ленинград и Киев, ссылаясь на свою берлинскую агентуру. Он нагло требует, чтобы мы снабдили этих врунов рацией…

Начальник разведуправления, где еще недавно действовала банда Берзина, генерал-лейтенант Ф. И. Голиков жалуется на посла и на своего подполковника Новобранца, который тоже врет, будто Гитлер сосредоточил 170 дивизий против нас на нашей западной границе…

Но я и мои люди, Иосиф Виссарионович, твердо помним Ваше мудрое предначертание: в 1941 году Гитлер на нас не нападет!..»

Во-первых. Берия был наркомом внутренних дел, а послы подчинялись наркому иностранных дел – очень жестокому с подчиненными человеку – В. М. Молотову. Исключено, чтобы послы напрямую переписывались с чужим ведомством, да и любое другое ведомство информирует кого-либо вовне только через первых руководителей. Вот я приводил доклады разведчиков Берия и пограничников, – тех, кто в фальшивке названы «мои люди», – о начале войны 20—25 июня, переданные Тимошенко и в Генштаб. Но эти сведения были переданы в наркомат обороны не самими разведчиками и пограничниками, а замом Берия. Фальсификатор, когда стряпал эту записку, этого не понимал.

Л. П. Берия

Второе. Это «руководитель государства» Путин может держать в начальниках Генштаба и президентах военной академии людей, которые, читая второй абзац, не помнят, что читали в первом. Но как Сталин мог держать на посту наркома ВД человека, который утром отправил в Генштаб предупреждение своих разведчиков и пограничников о нападении немцев, а в обед – записку Сталину с просьбой наказать тех, кто об этом предупреждает?

И, наконец, о стиле записки. Да, эта записка в стиле Волкогонова, Гареева, Квашнина, готовых заискивать по очереди перед всеми: Брежневым, Горбачевым, Ельциным и т. д. Но ведь Берия – не они. Он Сталину в деловых бумагах никогда не льстил, никогда не употреблял даже общепринятых оборотов типа «уважаемый товарищ…»