Коготь Харона - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 97

Дриззт зарычал и отбил хорошо скоординированную атаку двоих перед собой.

— Сам беги, — закричал на него Энтрери. — Мне лучше умереть, чем снова попасться этому проклятому клинку!

Но Дриззт думал, что, если Энтрери действительно убежит, он смог бы сдерживать этих четырех несколько секунд, а затем побежал бы следом, с его поножами, дающими преимущество, ему нужно быть подальше. — Беги! — крикнул он Энтрери, как раз когда убийца кричал то же самое ему.

Крики их обоих были прерваны визгом гигантской птицы, быстро приближающейся сзади!

Оба упали на колени и бросились вперед, поскольку отвлеклись от клинков противников.

Далия-ворон взлетела над ними и ударила в линию шейдов, разбросала этих четырех и сбила Дриззта и Энтрери с ног.

— О, хорошая девочка, — сказал Дриззт, вскакивая на ноги рядом с Энтрери, пока у них было преимущество, вся целостность оборонительного рубежа перед ними нарушена.

Возможно, на мгновение, но мгновение было всем, в чем будут когда-либо нуждаться Дриззт До'Урден и Артемис Энтрери, сражаясь сообща.

Глаза Херцго Алегни расширились в ужасе, когда он увидел, что Эффрон вышел из пола далеко в стороне, и дварфу Кавус Дуна, несущуюся на колдуна с булавой в руке.

— Предательство, — выдохнул военачальник и начал понимать, что к чему.

Монах по-прежнему не двигался, очевидно, удерживаемый каким-то заклинанием. И Глорфателя нигде не было видно.

А эта дварфа напала на Эффрона.

Алегни нырнул в сторону и на пол, уловив внезапное и подавляющее движение краем глаза. Он оттолкнулся когтями, чтобы совершить кувырок и вернуться на ноги. Тифлинг потрясенно смотрел, как гигантская птица Далия нырнула за пределы видимости, по выступу и вниз в туман.

Где же подкрепление?

Алегни думал, что дварфа бежит в коридор, чтобы их привести.

А затем понял, что предательство было полным.

Алегни вздрогнул, поскольку Эффрон пустил заклинание в дварфу, но его встретила магическая защита, и заклинание едва замедлило ее атаку. Эффрон снова в последний момент проскользнул в трещину в полу.

Но дварфа резко остановилась, самоуверенно смеясь.

— Ты не можешь сматываться вечно, маленький трус! — объявила она, и казалась довольной собой.

Военачальник снова повернулся к туннелю, где из четырех шейдов осталось только два, и где превосходное умение и координация Баррабуса Серого и этого следопыта-дроу скоро победят.

И не придет никакое подкрепление.

— Будьте вы прокляты, — прошептал он Амбре, Баррабусу, Далии, им всем, поскольку он снова проиграл. Он крикнул Эффрону, который возвращался к своей материальной форме далеко в другой стороне палаты, спиной к коридору, ведущему в кузню: — Эффрон, уходи! В Царство Теней! Прочь!

Он обернулся к туннелю и увидел, что его последний воин-шейд пал от смертоносного меча Баррабуса, видел следопыта-дроу, уже идущего за ним.

Горько, но Херцго Алегни должен был принять правду: его сторона потерпела неудачу.

— Эффрон, уходи! — крикнул он снова, и начал уходить в тень, думая обо всех проклятиях, которые он будет выкрикивать в адрес Дрейго Проворного и предательского Кавус Дуна перед Советом Нетерезов.

Мир начал исчезать в тени.

Но затем в его голове возник образ, который действительно его покоробил. Херцго Алегни видел, что его любимый меч с красным лезвием летел вниз в утробу предтечи, на съедение пламенной твари.

Меч закричал в его сознании, прося его сражаться, обещая, что поможет ему, что он может управлять Баррабусом.

Обещая Херцго Алегни, что вместе с Когтем он победит.

Тифлинг-военачальник закончил свой пространственный шаг и полностью вернулся на Торил, тени вокруг него рассеялись.

Следопыт Дриззт стоял на расстоянии всего десяти шагов, вытянув Коготь перед собой. Этот опасный враг потянулся к Херцго Алегни через телепатическую силу этого меча, обещая, уговаривая и принуждая его.

Ворона бросилась вниз.

Огромная птица перевернулась в воздухе и стала эльфийкой, летя с высоты вниз на спину отвлекшегося Алегни, сверкая искрящимися шарами скопленной магии молнии, ее лицо застыло в жестоком выражении.

— Отец! — закричал Эффрон, видя все это перед собой, видя ее падение на ничего не подозревающего тифлинга сзади, ее мышцы работали в прекрасной координации и это был идеальный момент для того, чтобы сделать огромную отбивную своим волшебным посохом.

Херцго Алегни взглянул на Эффрона, своего кривого сына, и обнаружил на его лице выражение глубокой скорби.

Взрыв от посоха Далии, высвобождение молнии, которая прошла через его рога и кости, импульс ее безумной атаки, когда она обрушилась на него, поджег волосы и плоть, его отбросило в сторону, и могучий тифлинг оказался на коленях.

— Отец! — снова крикнул Эффрон, слезы текли из его странных глаз, красного и голубого.

— Иди сюда, крысеныш! — закричала на него Амбра, и свирепая дварфа приблизилась, неистово размахивая булавой, готовая расколоть его череп.

Глава 25

Глупость или надежда?

— Почему, Дриззт, насколько умно и в то же время безнравственно, — сказал Артемис Энтрери, поднимаясь мимо спокойно стоящего дроу, державшего вертикально перед сбой Коготь.

Он был полностью погружен в телепатический бой с умным живым мечом.

— Я верю, что у тебя есть шанс, — добавил убийца.

Такие слова, от этого человека, проникли сквозь телепатическую связь и больно кольнули Дриззта прямо в сердце. В момент гнева и отрицания он уступил требованиям меча и отправил ментальный укол боли в Энтрери.

Когда убийца согнулся от боли, дроу начал сопротивляться мерзким и мучительным импульсам злого меча.

Энтрери с ненавистью повернулся к нему, его глаза угрожали расплатой. Коготь предупредил Дриззта, чтобы тот возобновил атаку и заставил склониться этого опасного врага.

Но следопыт зарычал и убрал меч в ножны. Глядя на Энтрери, он продолжал сопротивляться и рычать.

Энтрери хотел броситься на него, это ясно читалось на лице взбешенного убийцы, но Дриззт не вынимал скимитары.

Донесшийся со стороны крик отвлек убийцу и прервал этот напряженный момент.

Это был крик Далии. После боя с Алегни она, повалив его на колени, яростно отскочила и откатилась в сторону. Но ни ранения, ни боль от наказания абсолютно не тревожили ее, так как она сразу вернулась в боевую стойку позади военачальника, который уже был мертв, и разбив свое оружие на цепы, принялась наносить удар за ударом по Алегни. Эльфийка била по голове и лицу тифлинга, и с каждым ударом она выплевывала проклятия в его адрес. Казалось, эти слова и дикие крики приходили из какого-то далекого от ее сознания места.

Неожиданное изменение выражения лица Энтрери толкнуло Дриззта к понимаю того, что это за место и что это были за звуки. Дроу пришлось признать, что такая реакция убийцы задела его.

Энтрери отвернулся от дроу и понесся в комнату. Там он навалился на Далию и, прижав ее руки к бокам, начал оттаскивать прочь, но даже в таком положении Далия ухитрилась поднять ногу и пнуть Алегни в то, что осталось от его лица.

Дриззт отошел в угол комнаты и попытался разобраться в любопытном зрелище, открывшимся перед ним. Алегни был мертв, в этом не могло быть никаких сомнений. Он стоял на одном колене, но только потому, что яростные удары слева и справа не давали ему упасть. Его голова превратилась в кровавое месиво, в глазах не было ни капли жизни, лишь серая пелена смерти.

Слева от Дриззта Энтрери продолжал оттаскивать Далию. Знакомая дварфа продолжала метаться за ними, смеясь как сумасшедшая и постоянно ударяя о каменный пол массивной булавой. Она пронеслась мимо другого шейда, в котором Дриззт признал недавнего противника, напавшего на него в лесу. Магически обездвиженный, он стоял совершенно неподвижно.