Студентус вульгарис - Кощиенко Андрей Геннадьевич - Страница 105

Как меня распирает! «Прах»! А может, развеять «заем»? «Прах»! Хватит мне «заема».

«Прах»! А куда я, собственно, стреляю? Нет же там никого…

Выпучив глаза, смотрю на то место, где должен был быть отряд вражеской конницы. Не-а! Пусто…

— Урра-а-а! — заорали внизу. — Уррра-а!

Наклоняюсь. Смотрю. Ликующая пехота, тыкающая в небо мечами и подпрыгивающая на месте.

Вот… дураки, медленно думаю я, мимоходом отмечая, что мир как-то наклоняется и темнеет. Темнеет, темнеет и становится совсем темно…

Бум! У-у! Голова… Иде я? Какая-то доска надо мной… Разводы дерева… сучок…

Как-то все покачивается… И мутит… Шум, кто-то вопит, звон железа… Ба! Так это мой фургон! А я лежу на полу, под креслом. Почему я лежу на полу? Я хозяин фургона и лежу на полу? Точно! Буквально… валяюсь! И кто там так кричит? Просто невероятный шум! Так больно в голове отдается. Нужно сходить посмотреть…

Ловко встаю на ноги. Ха-ха! Я гибкий тигр! Нет, ягуар! Да, я ягуар. Пятнистая кошка! Но кто же там так шумит?

Распахиваю дверь наружу — кто все эти люди? Нашли место, где устроить драку!

— А ну! Тихо! — кричу им я.

Ноль эмоций. Продолжают драться и орать.

— Ти-хо! Ти-хо! Ти-хо! — с минуту, надрываясь, кричу я, помогая себе взмахами руки сверху вниз. Даже горло заболело. Но на меня не обращают внимания. Занимаются своими делами. — Ах так?! Щас я вас успокою! «Прах»! «Прах»! «Прах»! «Прах»!

Сихот! Как болит голова! Прямо разламывается! Но хоть тихо стало… Будете знать, как не обращать внимания на того, кто к вам вежливо обращается… Так. А это что капает? Кровь? Ага, она… Откуда? Че-еррт, из носа! Что вообще, Сихот меня побери, происходит? Где-то был платок… Спускаюсь по лесенке вниз, на землю, с намерением прояснить, что происходит.

— Господин ранен?

Поворачиваю голову — варги! Две. Нет, четыре… Снова две!

— А ну, прекратите!

— Что?

— Хватит этих ваших штучек! А ну, брысь отсюда! Кому сказал!

Варги секунду мнутся, потом исчезают, оставив в ментале отголосок страха.

Так-то лучше. Ишь ты, придумали с двумя головами ходить! Я вас научу правилам хорошего тона! А почему стоим? Почему никуда не едем? Я же собирался давно отсюда уехать?

Обхожу фургон, иду у тому концу, где, помнится, крепились лошади. Почему они все лежат? И Кений лежит! Дрыхнет, скотина! Тут ехать нужно, а он спит!

— Кений, а ну вставай!

Подхожу сзади и отвешиваю ему пинок: вставай, скотина!

Как меня качнуло! Чуть не упал!

— Вставай, гад! Поехали!

Еще пинок!

— Эри! Что ты делаешь?

Оборачиваюсь на испуганный голос — Ирина. Смотрит на меня расширенными глазами.

— Вот, — качнувшись, указываю на него вниз рукой, — лежит, скотина! Не встает!

— Он же мертвый!

— Мертвый? Как… мертвый?

— Они их убили… И его убили…

— Убили?

— Да. Кени убили. Не бей его, пожалуйста…

Смотрю на него. Действительно мертвый! И стрелы из него торчат… Вот гадство!

— Они убили Кени! Сволочи! — с возмущением говорю я, указывая на него рукой. — Ты только посмотри!

Говорю и сам не узнаю своего голоса. Какое-то эхо…

А кто нас повезет, приходит в голову мысль. Я, что ли? На себе? Не… я это так не оставлю! Я с ними разберусь!

— Кто это сделал? Кто его убил? — грозно спрашиваю я Ирину, нахмурив брови.

— Враги…

— Где они?

Ирина неуверенно машет мне за спину.

Там? Отлично! Щас пойду посмотрю, кто это там такой наглый? Убить моих коней! Тяжеловозов редкой породы! Гаа-дыы. Теперь нужно лошадей где-то искать… Как же голова болит! А чего их искать? Вон они лежат!

— Ши-и-и… ма-а-а… р-рр! «Поднять»! «Поднять»! «Поднять»! «Поднять»! О! Лошадки на ногах! Кто так визжит? Ирина? Ну и чего она упала? Дура…

Так. Сейчас схожу разберусь с теми, кто убил моих лошадей, и поеду по своим делам.

— Господин, куда вы?

Опять эти варги! Но у этих по одной голове. Эти приличные! А те были — неприличные!

— Воевать пойду! — покачиваясь, говорю я. — А что?

— Вам нельзя…

— Почему?

— Одному нельзя воевать. У вас нет войска…

— Не проблема! Найдем.

— Прошу вас, Эриадор, не нужно. Давайте мы вас лучше отвезем…

— Отвезем? Куда это?

— Куда захотите. В безопасное место…

— Нет! Я пошел воевать! Прочь с дороги!

— Господин…

— Прочь!

Я отмахнулся от них и пошел искать врагов.

Сколько камней под ногами! Аж качает… Кто их тут понакидал? Враги? Внезапно ощущаю опасность. Кто-то хочет напасть на меня со спины! Резко оборачиваюсь. Варги. Расходятся в стороны с явным намерением окружить! Это они зря… Нападать на меня? А как вам это? «Прах»! Сихот! Чуть в фургон не попал! Так, варги попадали и не шевелятся… Это хорошо… Мешать не будут. Надоели! Да! Что-то говорили про то, что у меня нет солдат… А это кто валяется? «Поднять»! О! Солдат! Только без руки… Ты чего такой смешной? Где рука-то? Ладно… сойдет! Как голова болит… «Поднять»! «Поднять»! «Поднять»! А-а! Надоело! Всех поднять! Убейте всех!

И тут моя вселенная сжалась до одной точки.

— Господин магистр, а что теперь с ним будет?

Целительница-первокурсница с опаской заглядывала через край телеги, в которой на сене, сомкнув веки, лежал Эриадор.

— Мм… — оттопырив нижнюю губу, задумчиво посмотрел на него маг и произнес, пожав плечами: — Судить его будут. Что еще?