Том 2. Белая гвардия - Булгаков Михаил Афанасьевич - Страница 118

118

Эта публицистическая статья (ранее она называлась газетным фельетоном) получила известность сравнительно недавно, но привлекла внимание и булгаковедов, и читателей. В ней предельно обнажена гражданская позиция автора. Мысль о будущем России — вот главный мотив статьи, вот что не давало покоя Булгакову в эти тяжкие годы.

Булгаков не сводит беды «великой социальной революции» к «безумию дней октябрьских». Он видит их органическую связь с «безумием мартовских дней». Именно буржуазная революция с ее анархией и неспособностью либералов, оказавшихся у власти, управлять огромной разлаженной страной, привела Россию в пропасть дальнейшего позора и бедствия.

Несмотря на «страшный путь» Гражданской войны, в статье звучит вера в светлые грядущие дни, когда несчастная родина, окровавленная, разрушенная, начнет вставать…

Но и тогда она еще очень долго должна помнить свои «безумия» и дорого платить за них. Обращаясь к грядущим поколениям, Булгаков призывает: «Платите, платите честно и вечно помните социальную революцию!»

…всем, кто не верит жалкому бреду, что наша злостная болезнь перекинется на Запад и поразит его… — В начале 1920-х гг. писатель стал менее решительно высказываться на эту тему. В его дневниках сквозят уже иные мысли, он опасается, что «злостная болезнь», если с ней не бороться, может распространиться и на другие страны. Вот его записи по этому поводу.

18 сентября 1923 г.: «…что происходит в Германии… Возможное: победа коммунистов — и тогда наша война с Польшей и Францией… Во всяком случае, мы накануне больших событий». 30 сентября 1923 г.: «…в Болгарии идет междоусобица. Идут бои с… коммунистами!.. Для меня нет никаких сомнений в том, что эти второстепенные славянские государства, столь же дикие, как и Россия, представляют великолепную почву для коммунизма». 18 октября 1923 г.: «В Германии Бавария является центром фашизма, Саксония — коммунизма. О, конечно, не может быть и речи о том, чтобы это был коммунизм нашего типа… Возможно, что мир действительно накануне генеральной схватки между коммунизмом и фашизмом». 16 августа 1924 г.: «В Англии пишут то, что должно бы выходить по здравому английскому смыслу — нельзя же дать большевикам деньги, когда эти большевики только и мечтают что о разрушении Англии! Резон. Доиграются англичане!» В ночь с 20 на 21 декабря 1924 г.: «Тупые и медленные бритты, хоть и с опозданием, но все же начинают соображать о том, что в Москве, в мосье Раковском[51] и курьерах, приезжающих с запечатанными пакетами, таится некая весьма грозная опасность разложения Британии.

Теперь очередь французов. Мосье Красин с шиком поднял… красный флаг на посольстве. Вопрос ставится остро и ясно: или Красин со своим полпредством разведет бешеную пропаганду во Франции… или французы раскусят, что сулит флаг с серпом и молотом в тихом квартале Парижа…» 23 декабря 1924 г.: «Позволительно маленькое самомнение. Относительно Франции — совершеннейший пророк. Под Парижем полиция произвела налет на комшколу… Кроме того, где-то уже стачка рыбаков… Кажется, в Амьене, если не ошибаюсь, уже началось какое-то смятение. Первую ставку Красин выиграл у французов. Начался бардак».

В кафе*

Впервые — Кавказская газета. Владикавказ. 1920. № 4 (84). 5/18 января. Затем — журнал «Москва». 1933. № 4 С 120–123.

Печатается по тексту «Кавказской газеты».

Очерк «В кафе» важен прежде всего как свидетельство того, что Булгаков широко публиковался в белогвардейских газетах в конце 1919 — начале 1920 г., о чем он сообщал в своих письмах родственникам. Пока этот значительный пласт творческого наследия писателя остается почти неизвестным.

Посвящен очерк одному важному для того времени вопросу — кто же защитит Россию от посягательств «безумцев»? Кто защитит ее в час смертельной опасности? Не случайно этот вопрос стал впоследствии одним из главных мотивов романа «Белая гвардия», пьесы «Бег» и других сочинений писателя.

Печален ответ на этот главный вопрос: сражаться за Россию придется горстке отчаянных храбрецов. Основная же масса «тыловиков» не пойдет воевать, не будет рисковать своей жизнью… Гибель России их не трогает, они пекутся о своих личных интересах. В сущности, ответ на этот важный вопрос является одновременно ответом и на более общий вопрос: почему в Гражданской войне белые потерпели поражение.

В ночь на 3-е число*

Впервые — «Литературное приложение» к газете «Накануне». 1922. 10 декабря. Рукопись рассказа не сохранилась.

Печатается по тексту «Литературного приложения».

Творческая история рассказа чрезвычайно интересна. Рассказ этот, как и другие («Налет», «Я убил», «Необыкновенные приключения доктора» и др.), свидетельствует о значительной работе, проведенной автором по написанию именно трилогии «Белая гвардия». Автобиографичность рассказа подтверждена и самим автором, и его женой Т. Н. Лаппа. Название «Алый мах» едва ли можно отнести ко всей трилогии, скорее всего это название ее второй части, в которой предполагался рассказ о Красной армии.

Пан куренный — командир куреня, пехотного батальона.

Сечевики. — Сечевые стрельцы — воинские формирования из Западной Украины (Галиции), названные так в подражание Запорожской Сечи. Находились под прямым влиянием австрийцев. И не случайно сечевики были опорой во время восстания Петлюры против гетмана П. П. Скоропадского.

Черные халаты стали полукругом. — Имеется в виду темно-синяя экипировка солдат из «синей» галицийской дивизии.

Хлопцы в тазах на головах… — Немецкая и австрийская армии помогали петлюровцам в снабжении и обмундировании, в том числе и стальными касками.

…и гайдамаков… — Гайдамаками называли в XVIII в. участников народно-освободительного движения на Украине в борьбе против польских захватчиков. В данном случае имеются в виду солдаты-петлюровцы.

Колька Бакалейников и Юрий Леонидович… — Очевидно, имеются в виду брат Булгакова Николай («Николка») и друг Булгакова — Юрий Леонидович Гладыревский.

«Голярня» — парикмахерская (укр.).

Город прекрасный… — ария Веденецкого гостя из оперы Н. А. Римского-Корсакова «Садко» (1896).

Historia morbi*

Впервые — «Литературное приложение» к газете «Накануне». 1922. 22 октября. Рукопись рассказа не сохранилась.

Печатается по тексту «Литературного приложения».

Дата написания рассказа неизвестна, но совершенно ясно, что писатель в нем пытается осмыслить итоги прошедших потрясений как в масштабах страны, так и в масштабах семьи (и отдельной личности). Победа в Гражданской войне большевиков, которых он прежде всего рассматривал как силу антинациональную и всесторонне разрушительную, была величайшей трагедией для писателя. Сохранялись, правда, надежды на возможность изменений в политической физиономии России, но реалии были малоутешительными.

Что касается булгаковской семьи, то и здесь было много печали: мать писателя, хранительница семейного очага, внезапно умерла, младшие братья, Николай и Иван, которых Булгаков одно время считал погибшими, оказались на чужбине, а сестры, как и полагается, потихонечку разбрелись по своим новым семейным углам.

Самому Булгакову приходилось начинать все сначала — в неизвестном ему городе, без достойного места работы, без квартиры. В сущности, они с женой были нищими. Страна разрушена, семья разметана, кругом запустение и мрак. И при мысли, что жить и служить придется под зорким оком самих разрушителей, становилось жутко.

вернуться

51

Раковский Христиан Владимирович (1873–1941) — революционер, государственный деятель

вернутьсявернутьсявернуться