Сказки (200 сказок) - Гримм братья Якоб и Вильгельм - Страница 114

Спросила она у него, откуда он и куда направляется; он сказал ей:

– Я странствую по свету.

Спросила она, откуда у него эта сабля, ведь на ней вырезано имя её отца. А он говорит:

– А не дочь ли ты короля?

– Да, – отвечала она.

– Этой саблей, – сказал он, – я отрубил головы троим великанам, – и он достал из сумки в знак доказательства их языки; потом он показал ей туфлю, кусок платка и кусок рубашки. Тут обрадовалась она очень и сказала, что он и есть тот самый, кто её спас. И они отправились вместе к старому королю и привели его в лес; повела она короля к себе в горницу и сказала ему, что вот этот, мол, охотник и спас её от великанов. Как увидел король все знаки доказательства, он уж сомневаться в этом не мог, и сказал, что ему радостно знать, как всё это случилось, и что теперь может охотник на ней жениться; и девушка обрадовалась этому от всего сердца. Потом они переодели его, будто он знатный иноземный вельможа, и велел король устроить свадебный пир. Когда гости стали садиться за стол, военачальника посадили по левую руку от королевны, а охотника по правую; и военачальник подумал, что это, должно быть, явился в гости какой-то иноземный вельможа. Вот поели они, попили, и говорит тогда старый король военачальнику, что он загадает ему загадку, которую тот должен разгадать:

– Если кто говорит, что будто убил трёх великанов, но, будучи спрошен, где ж их языки, ответит, что у тех великанов языков во рту не было, то как это понять?

Военачальник ответил:

– Значит, что их вовсе и не было.

– Нет, – сказал король, – у каждой живой твари язык имеется.

Стал он спрашивать его дальше: а чего, мол, заслуживает тот, кто стал бы ему перечить?

Ответил военачальник:

– Надо того изрубить на куски.

И сказал король, что он сам себе вынес приговор, – и посадили военачальника в темницу, четвертовали его, а королевну выдали замуж за охотника. После того привёз охотник в замок своих отца и мать, и стали они жить счастливо и радостно у своего сына; а после смерти старого короля получил охотник всё королевство.

112. Цеп с неба

Выехал раз крестьянин на паре волов землю пахать. Только выехал он на поле – начали рога у волов расти. Растут и растут. Собрался крестьянин домой ехать, и стали рога такие большие, что и в ворота не въехать. Но, к счастью, повстречался ему мясник, и уступил крестьянин ему своих волов; сошлись на том, что он даст мяснику меру репного семени, а тот заплатит ему за каждое семя по брабантскому талеру. Что и говорить, хорошо продал!

Пришёл крестьянин домой и понёс мяснику на спине целую меру репного семени. Но по дороге он выронил из мешка одно семечко.

Уплатил ему мясник, как они сторговались, всё как полагается; а не выронил бы крестьянин того семечка, было бы у него ещё одним брабантским талером больше. Вот возвращается он домой, а за это время выросло из того семени дерево вышиной до самого неба. Крестьянин подумал: «Раз случай такой подвернулся, дай-ка погляжу, что там наверху ангелы делают; посмотрю на них хоть разок».

Вот взобрался он на самую макушку, видит – ангелы там наверху овёс молотят, загляделся он на них; смотрит и вдруг видит, что дерево, на котором стоял он, начинает покачиваться; глянул он вниз и увидел, что кто-то его подрубливает. «Если придётся мне вниз падать, то дело будет плохо», – подумал крестьянин, и не мог ничего лучшего придумать, как набрать овсяной соломы, что лежала в стогу, и скрутить из неё верёвку. Взял он с собой мотыгу и цеп с неба и стал спускаться вниз по верёвке. Попал он на земле как раз в глубокую-преглубокую яму, но, по счастью, захватил с собой мотыгу, вырубил он себе ступеньки, поднялся по ним наверх и принёс с собой цеп, чтобы никто не мог сомневаться, что всё, о чём рассказал он, есть самая настоящая правда.

113. Королевские дети

Жил давно тому назад один король; родился у него младенец, и был на нём знак, что когда ему исполнится пятнадцать лет, он должен будет погибнуть от оленя. Когда он достиг этого возраста, однажды отправились с ним егеря на охоту. В лесу королевич отъехал от других в сторону и вдруг заметил большого оленя, он хотел его застрелить, но нагнать его никак не мог. Мчался олень до тех пор, пока не заманил королевича в самую чащу лесную, глядь – вместо оленя стоит перед ним огромный, высокий человек и говорит:

– Вот и хорошо, что я тебя захватил! Я уже шесть пар стеклянных лыж из-за тебя загубил, а поймать тебя никак не мог.

Он взял королевича с собой, перетащил его через озеро, привёл в большой королевский замок, усадил с собой за стол, и стали они вместе ужинать. Вот поели они, и говорит тогда король королевичу:

– Есть у меня трое дочерей; и ты должен простоять в опочивальне у старшей на страже с девяти вечера до шести утра. Я буду являться к тебе всякий раз, когда будет звонить колокол, буду тебя окликать, и если ты хоть раз не отзовёшься, будешь утром казнён; а если каждый раз будешь откликаться, то получишь дочь мою в жёны.

Вот вошёл молодой королевич с королевною в опочивальню, где стоял каменный истукан, и сказала королевна истукану:

– Мой отец будет являться сюда каждый час, начиная с девяти часов вечера, пока не пробьёт три часа; если он будет окликать, ты отзывайся вместо королевича.

Закивал головой каменный истукан и кивал всё тише и тише, пока, наконец, его голова стала по-прежнему неподвижна. На другое утро говорит король королевичу:

– Ты своё дело выполнил хорошо, но выдать за тебя замуж старшую дочь я не могу. Ты должен прежде простоять на страже всю ночь у второй дочери, а там я подумаю, можно ли тебе на моей старшей дочери жениться. Я буду являться к тебе каждый час, и если я тебя позову, ты откликайся, а если я окликну тебя, а ты не отзовёшься, то кровью своей за это расплатишься.

Направился королевич с королевною в опочивальню, и стоял там каменный истукан ещё повыше того, и сказала ему королевна:

– Если мой отец будет окликать, то отвечай ты. – Закивал молча головой большой каменный истукан, а потом стал раскачивать головой всё тише и тише, пока голова, наконец, стала неподвижна.

Улёгся королевич у порога опочивальни, подложил себе руку под голову и уснул. На другое утро говорит ему король:

– Хотя ты с делом управился хорошо, но выдать за тебя замуж вторую дочь я не могу. Ты должен простоять ещё ночь на страже у младшей королевны, а там я подумаю, можно ли выдать за тебя среднюю дочь. Я буду являться к тебе каждый час, и если тебя окликну, ты мне отзывайся; а если я окликну тебя, а ты не отзовёшься, то кровью своей за это расплатишься.

Вот вошёл королевич с младшей королевной в опочивальню, и стоял там истукан куда побольше и повыше, чем в опочивальне у первых двух королевен. И молвила истукану королевна:

– Если мой отец будет окликать, то отвечай ты. – И в ответ на это большой, высокий каменный истукан кивал головой чуть не целых полчаса, пока его голова стала опять неподвижна.

А королевич улёгся у порога и уснул.

Говорит на другое утро ему король:

– Хотя ты стражу нёс хорошо, а всё-таки выдать за тебя замуж свою дочь я не могу. Есть у меня дремучий лес, если ты мне его с шести часов утра до шести вечера весь дочиста вырубишь, то я тогда о том пораздумаю.

И дал он ему стеклянный топор, стеклянный клин и стеклянный колун. Только пришёл королевич в лес, ударил раз топором – а топор пополам и раскололся. Взял он клин, ударил по нему колуном, а тот на мелкие осколки рассыпался. Он был этим так поражён, что подумал: «Вот смерть уж моя пришла». Он сел и заплакал.

Наступил полдень, и говорит король:

– Дочки милые, кто-нибудь из вас должен ему отнести поесть.

– Нет, – сказали обе старшие, – ничего мы ему относить не станем. Пускай та, у которой он сторожил последнюю ночь, и отнесёт ему.

Пришлось тогда младшей отнести ему поесть. Пришла она в лес и спрашивает его, как подвигается у него работа.