Сказки (200 сказок) - Гримм братья Якоб и Вильгельм - Страница 134

Подумал королевич: «Это задача лёгкая, уж я и глаз не сомкну», но он всё-таки кликнул своих слуг, рассказал им, что задала старуха, и говорит:

– Кто знает, какая за этим хитрость кроется; нужна осторожность, – вы стойте на страже и следите, чтоб девушка из моей спальни не вышла.

Наступила ночь, и явилась старуха со своей дочерью и передала её в руки королевичу. Протянулся тогда Долговязый вокруг них кольцом, а Толстяк стал у дверей, и ни одна живая душа проникнуть туда не могла бы. Сидели они там вдвоём, девушка и слова не молвила, светила луна в окно ей прямо в лицо, чтобы мог он видеть её чудесную красоту. Он только и делал, что глядел на неё, был полон радости и любви, и глаза его не знали усталости. Так продолжалось до одиннадцати часов; но вот старуха напустила на всех свои чары, и все вдруг уснули, и в этот миг девушка была похищена.

Проспали они крепким сном до без четверти двенадцать, и потеряло тогда колдовство свою силу, и они все проснулись опять.

– Ох, какое несчастье! – воскликнул королевич. – Теперь я погиб!

Верные слуги начали тоже причитать, но Слухач сказал:

– Тише, дайте мне прислушаться.

Послушал он чуть и говорит:

– Она сидит на утёсе, в трёхстах часах ходу отсюда, и оплакивает там свою судьбу. Ты, Долговязый, только один и мог бы помочь, если бы протянулся во весь свой рост, – стоит тебе сделать несколько шагов, и ты будешь там.

– Да, – ответил Долговязый, – но пускай идёт вместе со мной Остроглазый, чтоб могли мы убрать скалу.

Посмотрел Долговязый на того, кто был с завязанными глазами, и в тот же миг, точно по мановенью руки, очутились они перед заколдованною скалой. Снял Долговязый у Остроглазого повязку с глаз, и только тот оглянулся, как развалилась скала на тысячи кусков. Взял Долговязый девушку к себе на руки и принёс её вмиг назад, он принёс так же быстро и своего товарища; и не успело пробить двенадцать часов, как сидели они по-прежнему и были весёлые и бодрые. Вот пробило полночь, и подкралась старая колдунья, усмехнулась, будто желая сказать: «Теперь уж ты мой!» – она знала, что дочь её сидит на скале, в трёхстах часах ходу отсюда. Но как увидела она свою дочь в объятьях у королевича, испугалась и сказала:

– Этот будет посильнее меня!

Теперь уж отговариваться ей было нельзя и ей пришлось дать согласие выдать её за него замуж. Но она успела шепнуть ей на ухо: «Стыдно тебе, что приходится простых людей слушаться и брать себе мужа не по любви».

Тогда исполнилось гордое сердце девушки гневом, и она решила отомстить. Она велела на следующее утро привезти триста вязанок дров и объявила королевичу, что хоть он и выполнил три задачи, но она не станет его женой до тех пор, пока кто-нибудь из них не согласится сесть на костёр и выдержать испытание огнём. Она думала, что никто из его слуг не согласится сгореть ради него и что из-за любви к ней он сам будет готов взойти на костёр, – а тогда уж она от него избавится. Но слуги сказали:

– Мы все кое-что сделали, только один Мерзляк ничего не сделал, пускай он усядется на костёр, – и они посадили его посреди сложенных дров и подожгли их. Запылало пламя, оно горело целых три дня, пока все дрова не сгорели, и когда пламя погасло, видят – стоит Мерзляк на пепле, дрожа как осиновый лист, и говорит:

– Ни разу за всю свою жизнь не испытывал я такого холода; если б это продолжалось дольше, я бы совсем окоченел!

И нечего было делать – пришлось прекрасной девушке взять в мужья неизвестного юношу. Вот поехали они в церковь, и говорит старуха: «Я не в силах вынести такого позора», и выслала вслед за ними своё войско, оно должно было уничтожить всё, что встретится ему на пути, и вернуть ей назад её дочь. Но насторожил уши Слухач и услышал тайные речи старухи.

– Как нам теперь быть? – спросил он у Толстяка.

Но тот уже знал, что делать: он плюнул раз-другой – и разлилось позади кареты почти море, которое он когда-то выпил, и сделалось большое озеро, и войско в том озере и утонуло. Как доведалась о том колдунья, выслала она своих закованных в броню всадников, но Слухач услышал звон и лязг их доспехов и снял у слуги с глаз повязку; и только глянул тот на врагов, как полопались всадники, точно стекло. И поехал жених с невестой спокойно дальше; и когда их обвенчали в церкви, слуги решили получить расчёт и говорят своему господину:

– Ваши желанья исполнились, мы вам теперь больше не нужны, мы пойдём странствовать дальше и попытаем себе счастья.

А была в получасе ходьбы от замка деревня, и пас вблизи неё своё стадо свинопас; подъехали они туда, и говорит королевич своей жене:

– А ты знаешь, кто я такой? Я вовсе не королевич, а свинопас, а тот вон, кто пасёт стадо, родной мой отец: нам надо пойти и помочь пасти ему стадо.

Вышел он с ней из кареты, зашёл в харчевню и тайно шепнул хозяевам, чтобы те отобрали у неё ночью королевское платье. Проснулась она утром, и не во что ей было одеться; дала ей хозяйка харчевни старую юбку да шерстяные чулки и сделала вид, будто это большой подарок, и сказала:

– Если бы не ваш муж, я не дала бы вам ничего.

И поверила королевна, что он и вправду свинопас, и начала пасти с ним вместе стадо, а сама думала: «Я это заслужила за своё высокомерие и гордость». Так продолжалось восемь дней; но больше выдержать она не могла, и все ноги покрылись у неё ранами. Пришли к ней тогда двое крестьян и спрашивают её, знает ли она, кто её муж.

– Знаю, – говорит, – он свинопас; он только что ушёл, чтоб выручить немного денег за свясла и бечёвки.

А они и говорят ей:

– Пойдём с нами, мы отведём вас к нему, – и привели её наверх в замок. Вошла она в зал, видит – стоит там её муж в королевских одеждах. Но она его не узнала, пока он не бросился к ней на шею, поцеловал её и сказал:

– Я так много из-за тебя выстрадал, что и ты должна была тоже ради меня пострадать.

Отпраздновали они тогда по-настоящему свадьбу, а кто эту сказку сказывал, тот был бы тоже не прочь на свадьбе у них побывать.

135. Белая и чёрная невеста

Вышла раз одна женщина со своей дочкою и падчерицей на поле – травы нарезать, и явился к ним господь бог в образе нищего и спрашивает:

– Как мне ближе пройти в деревню?

– Коль хотите узнать дорогу, – ответила мать, – сами её и ищите.

А дочка добавила:

– А если вы беспокоитесь, что дороги вам не найти, то возьмите себе провожатого.

А падчерица, та сказала:

– Бедный человек, я тебя провожу, ступай вместе со мной.

Разгневался господь бог на мать и на дочку, отвернулся от них и околдовал их: сделались они черны, как ночь, и безобразны, как грех. А к бедной падчерице был господь милостив, – он пошёл вместе с нею и, когда они подходили к деревне, дал ей своё благословение и сказал:

– Загадай себе три желанья, и я их исполню.

И сказала девушка:

– Хотелось бы мне стать такой же прекрасной и светлой, как солнышко, – и вдруг сделалась она светлой и прекрасной, как день.

– А ещё мне хотелось бы иметь кошелёк с деньгами, который бы никогда не пустел, – и дал ей господь бог такой кошелёк, но сказал:

– Не забывай о самом главном.

Девушка сказала:

– А в-третьих, хотелось бы мне, когда я умру, иметь на небесах вечный покой.

И это было тоже обещано, а затем господь бог с ней расстался.

Только пришла мачеха со своей дочкой домой, видит – сделались они обе чёрные, как уголь, да к тому же уродливые, а падчерица стала светлая и прекрасная; и стала тогда мачеха сердцем ещё злее, и было у неё одно только в мыслях, как бы причинить падчерице обиду какую и горе.

А был у падчерицы брат, звали его Регинер; она сильно его любила и рассказала ему всё, что случилось. Вот однажды Регинер ей и говорит:

– Милая сестра, я хочу написать твой портрет, чтоб я мог тебя всегда видеть: ведь любовь моя к тебе так велика, что мне хотелось бы на тебя смотреть беспрестанно.

И она ответила: