Алмазная маска - Мэй Джулиан - Страница 124

24

Сектор 12: звезда 12-337-010 (Гриан)

Планета 4 (Каледония)

17 — 18 ан джиблеан

25 — 29 ноября 2077 года

В тот день с утра опять полил дождь.

Десять человек в серебристых обтягивающих тело скафандрах стояли у входа в брюхо огромной бурильной самоходной машины. Никто не удосужился раскрыть зонтик — все внимательно слушали последние инструкции Джека.

— Если все пойдет согласно плану, то, по расчетам, мы должны управиться за пятьдесят часов, включая четырнадцать часов, которые уйдут на погружение и подъем. Машины будут работать на пределе зоны безопасности. Еще раз хочу напомнить, что единственный способ добиться успеха, — суметь удержать крышку на газовом котле. Работа трудная, поэтому первое: не терять бдительность. Ни на мгновение!.. Второе: работать четко, по графику, времени на размышления нет. Надеюсь на вашу инициативу и опыт… Третье: все зависит от синхронности действий, иначе газы опять начнут растворяться в магме. Этого допустить нельзя — на повторную операцию у нас с Председательницей не хватит сил.

— Все понятно, Джек, — отозвался Маккилви — Мы все провернем за один раз. Иначе катастрофы не избежать.

Другие участники экспедиции дружно поддержали его. Всем было известно, что жители планеты с тревожным нетерпением ждут вестей с плато Вайндлестроу Мюир. Люди на Каледонии, особенно на материке Клайд, были готовы ко всему. Было сделано все, чтобы груз ответственности не придавил членов метаконцерта — теперь каждый был настроен на работу. На достойное исполнение своих обязанностей. Всю остальную — могильную и фанфарную лирику они отмели.

— Ну что, ребята, — сказал Джек. — Начали…

Приблизившись к своей машине, Джек мысленно связался с членами других экипажей и командным пунктом, расположенным в бетонном бункере километрах в двадцати от старта.

До свидания, дядя Роги.

Удачи, Ти-Жан! Удачи, Доротея! Да пребудет с вами Бог!..

—  После вас, госпожа Председательница. — Джек отступил от лестницы, ведущей к люку, пропуская вперед Доротею Макдональд. Девушка быстро взобралась в самоходную буровую машину, молча прошла в рубку, устроилась в единственном рабочем кресле. Рядом возвышалась небольшая тумба, на ней покоилось нечто, подобное сферическому аквариуму с открытой сверху крышкой.

— Прошу простить, — сказал Джек, в полный рост вставая над ней. — Я забыл предупредить вас, что вынужден полностью разоблачиться… Ну, стать бестелесным, чтобы сохранить метапсихическую энергию. Я обычно не очень-то люблю распространяться об этой своей… способности. Случалось, что на людей, с которыми мне доводилось работать, это производило жуткое впечатление.

— Я… понимаю.

Доротея побледнела, вжалась в кресло, поставила мощный защитный экран, чтобы ни единая мыслишка — пугливая, гнусная, брезгливая — не выскочила наружу. Джек тем временем деловито скинул ботинки, потом принялся за скафандр — расстегнул молнию и начал стаскивать его с плеч… Неожиданно пол и стены вздрогнули — самодвижущаяся буровая машина ожила. Спуск под землю всех четырех аппаратов производился под командой Джима Маккилви.

— Внимание, — ожил динамик. Голос водителя-робота звучал с сильным шотландским акцентом. Объявив о предстартовой готовности, электронный разум занялся проверкой систем управления, контроля и защиты от воздействия внешней среды. Джек между тем, стащив комбинезон, перешагнул через груду оранжевой, защищающей от огня оболочки. С помощью метапсихической силы он аккуратно сложил скафандр — ровно спрессованная пачка медленно уплыла в коридор через распахнутый люк и там покорно легла на полку для головных уборов. Следом в коридор умчались ботинки, носки, белье — все тщательно упакованное, отутюженное, чистое… Одежда легла на предназначенные ей места.

Доротея закрыла глаза — неужели он решится разоблачиться до конца? Джек, уловив ее мысли через защитный экран, пожал плечами. В ответ Доротея храбро взяла себя в руки и заставила внимательно наблюдать за неслыханным физическим экспериментом. Ведь это был эксперимент, не более того…

Только руки, шея и голова Джека точно соответствовали человеческим. Тело его было совершенно гладким, без всяких следов волосяного покрова, морщин, складок, родимых пятен, родинок, пупка. В меру натянутая, гигиенически чистая пластмассовая пленка… У него не было гениталий, на пальцах ног — ногтей… Девушка невольно вскрикнула.

Он жалко и робко глянул на нее.

— Все нормально, — через мгновение, с прежней уверенностью в себе заявил он. — Я обычно стараюсь не смущать других людей конструктивными особенностями своего… э-э, тела. Только когда это абсолютно необходимо. Как видишь, мне приходится пользоваться обычным… плотским оборудованием, правда, в несколько усредненной форме.

Она открыла рот от изумления. В какую-то долю секунды тело Джека покрылось коротким, шелковистым, шоколадного цвета с подпалинами мехом, а между руками и грудной клеткой соткались из воздуха перепончатые мембраны. Фантастическое чудище исчезло так же быстро, как появилось — потом явился прежний — человеческий? — образ, контуры которого заколебались, затуманились… Вот уже плотное белесое облако повисло над металлическим полом. Следом что-то хлопнуло, и плоть обратилась в желатинообразную округлость, напоминающую дыню. Она вслед за одеждой скользнула в коридор и заняла место на полке. Уже в полете — Доротея невольно отметила это обстоятельство — биомасса покрылась плотной, словно бы подрумяненной коркой.

Дверь в коридор плавно закрылась.

Теперь в рубке висело что-то серебристое, бесформенное, напоминающее и облачко, и ломоть ясного неба перед рассветом, когда гаснут звезды и светлеет горизонт.

В динамике раздался голос:

— Проверка закончена. Приготовиться к инерционному погружению.

Доротея между тем все так же завороженно, не отрываясь, продолжала наблюдать, как светящееся нечто, только что именовавшееся гражданином Джеком Ремилардом, вплыло в сферический аквариум и уютно там разместилось.

Изображение дождливого утра, болотистой равнины, застывшее на экране дисплея, неожиданно дрогнуло. На находящуюся в рубке Доротею плеснула волна — аппарат погрузился в воды залива Вайндлестроу.

Смену изображений на экране дисплея Доротея отмечала краешком сознания, она по-прежнему во все глаза смотрела на хрустальный сосуд.

— Твое физическое тело, — наконец вымолвила она, — ни капельки не внушает отвращения.

В рубке сам по себе раздался добродушный смех.

— Надеюсь, что так. В детстве, когда я обнаружил, какую удивительно злую шутку сыграла со мной природа — в смысле мутаций — я много дров наломал. В какие только обличия не превращался — даже котом разгуливал. Потом Марк и дядя Роги объяснили мне, что к чему. Что не стоит дразнить людей, что надо беречь мой дар и не использовать его для наживания врагов, тем более для пробуждения в окружающих самых древних и темных инстинктов. Ну, насчет колдунов, чудищ, злых духов и тому подобной ерунды… Вот такая философия.

— Ты испытываешь боль, когда освобождаешься от тела?

— Нет. Я же сам создал свое тело, сам регулирую ощущения.

— И твой голос?

— Всего лишь колебания молекул, которые я привожу в движение посредством сокрушительной силы. Когда я принимаю телесную форму, то обычно создаю речевой аппарат и легкие — это придает голосу натуральный тембр. Частично леплю что-то напоминающее пищеварительный тракт, иначе как общаться с людьми за столом. Случается мне и мужской туалет посещать по, так сказать, социальным причинам. Вы же знаете, что представляют из себя мужчины Братство фанфаронов!

Она рассмеялась и невольно отвела взгляд в сторону.

Экран быстро темнел. Машина устремилась ко дну под углом в шестьдесят градусов, однако члены экипажа не ощущали падения.

— Включить пронзающий луч, задействовать защитное сигма-поле. — В рубке раздался механический голос электронного мозга, управляющего машиной.