Золотой торквес - Мэй Джулиан - Страница 86

— Начинается Поединок Героев! — объявил Маршал Спорта.

В публике вновь поднялся гомон: все делали ставки. Из-за комбинации Эйкен Драм — Ноданн бедный Карбри оказался лишним; его убрали с поля, чтобы с каждой стороны осталось по восемь героев. Тагдалу, как хранителю Меча, принадлежала честь распределить чемпионов попарно. Для этого ему потребовалось несколько секунд напряженных раздумий. Поддастся ли он соблазну обеспечить преимущество группе Ноданна? Рискнет ли потерять Меч, лишь бы побить маленького нахала? Во всех прошлых матчах между Поданном и Пейлолом счет был почти равным. Возможно ли, чтобы золотой коротышка обладал более сильными метафункциями, чем славный Аполлон? (Физически-то даже сравнивать нельзя.) И все же что-то, видно, есть в этом сопляке, раз он вообще дошел до вызова. С поры смутных времен Великая Битва не знала столь дикого завихрения, да и тогда ничего подобного не было: ведь одно дело еретик на троне Многоцветной Земли, другое — человек…

Тагдал поднял руки, сияющие, как две радуги.

— Против Фафнора Ледяные Челюсти — Куллукет Дознаватель! — (Ничего себе, новичок фирвулаг против рыцаря, неизменно возглавляющего турнирные таблицы, известного своими умственными трюками, что маскируют сомнительную отвагу!) — Против Бетуларна Белой Руки — Селадейр Афалийский! — (Оба хороши, старик Село, пожалуй, покруче будет.) — Против Тетрола Костоправа

— Альборан — Пожиратель Умов! — (Кивок в сторону фирвулагов: Тагдал, видно, какую-то хитрость замыслил.) — Против Галбора Красного Колпака — Тагал Меченосец! — (Тут, скорей всего, прокол. Тагал и раньше бивал этого парня.) — Против Скейты — Воительница Бунона! — (Шансы равные. Попробуй разбери дерущихся баб!) — Против Айфы — Блейн! — (Ну, тут говорить нечего! Женушка Шарна разделает этого гибрида, как жареного цыпленка. Она и Эйкена Драма приложила бы.) — Против Медора — Кугал — Сотрясатель Земли! — (Оба бравые, ребята. Почти равны, правда, у этого тану дьявольский психокинез.)

— И против Шарна Меса — лорд Принудитель Имидол! — (Трудно сказать: Имидол еще зеленый, но с этими принудителями всегда надо быть начеку, а парень, видать, в своем ремесле здорово поднаторел.) — Вы будете сражаться точно отведенное время, — пояснил Тагдал. — А потом без промедления уступите место следующей паре. И пусть Богиня оценит вашу доблесть и вынесет свое решение!..

— Эй, брат-принудитель! — взывал Властелин Ремесел. — Неужто не слышишь: земля дрожит! В коре какие-то электромагнитные изменения!

Жизнерадостный парень в золотом торквесе пожал плечами.

— Еще б ей, черт побери, не дрожать, когда болельщики чуть с ума не сходят! В группе Эйкена Драма два проигрыша, две победы, а у Ноданна одна победа, одно поражение и ничья между Кугалом и Медором. Последняя схватка Имидола и Шарна-Меса станет определяющей не только в состязании Стратегов, но и во всей Битве! И отстань от меня, я при исполнении, из-за тебя самое интересное пропущу!

Серые солдаты загнали под стеклянный колпак новую колонну мужчин и женщин, вытащенных из узилищ и темниц Мюрии и доставленных на Серебристо-Белую равнину на заклание. Это были уже не аристократы и не струсившие бойцы, а отбросы общества: изменники, воры, бандиты, чьи преступления не подлежат амнистии, мятежные голошеие, слишком хилые, чтобы находить удовольствие в Охотах, женщины, истощенные деторождением, а главное — бедняги, потерявшие разум из-за серых, серебряных или золотых торквесов; стоя вдоль стеклянных стен Великой Реторты, они глядели пустыми глазами на залитое лунным светом поле Битвы.

— Прочти мои мысли! — крикнул Алутейн капитану стражи. — Обследуй мой ум! Что-то неладное творится, говорю тебе! Разреши мне вызвать на связь короля или Идону — Покровительницу Гильдий!

— Хватит, навызывался! — отрезал принудитель. — Теперь отдыхай, дружище. Умей умереть достойно. — Он отдал умственное распоряжение солдатам и поспешил вон, к ожидавшему его иноходцу.

— Говорил, ничего не выйдет! — проворчал Раймо. — Но все ж таки ты молодчага, Ал!

Алутейн заскрежетал зубами и уставился в толстое незамутненное стекло Реторты.

— Черт бы их всех побрал! Проклятье! Средиземноморский бассейн колеблется! Там, на востоке, между Керсиком и архипелагом, который люди вашего будущего назовут Италией, есть зона нестабильности коры, я уж двести лет за ней наблюдаю. Что, если потрясение сильнее обычного? В лагуне может быть сейш!

— А что это — сейш? — заинтересовался Раймо.

— Да так, небольшая стоячая волна. — Один из золотых дезертиров поцокал языком. — Вот она и даст хорошего пинка под зад храбрым гладиаторам! Уж мы-то знаем, как тану боятся ноги промочить!

— В такой мелкой лагуне особо не промочишь, — возразил кто-то.

— Однако же соль может отсыреть, и огонь под Ретортой не загорится! — предположил другой.

— Это вряд ли. Ты что, никогда большого пожара не видал, приятель? Так спроси Ала — Властелина Хреновых Ремесел — он тебе разобъяснит! Поди, сам каждый год запаливал поленницу из трупов. Психоэнергия всей Гильдии Творцов вскипятит наш чайник, даже если дождь будет хлестать вовсю.

— Я обязан их предупредить! — вскричал Алутейн. — Это мой долг! О, если б я только мог связаться…

— А ты шифрованную телеграмму пошли, — посоветовал чей-то хриплый голос.

— Нет, давай мы разыграем твое послание в шарадах, когда они придут зажигать костер! — предложила женщина.

Ее истеричный смех был очень заразителен. Вся Реторта огласилась хохотом обреченных на смерть.

Тем временем Алутейн — Властелин Ремесел, бывший лорд Творец, употреблял остатки своих метапсихических сил, чтобы направить послание через гладкую панель Реторты. Скорее всего, ничего не выйдет, но он все же должен попытаться.

— Ты продул!

— Но он применил против меня гнусный прием! — горячо возразил Имидол.

— Я основательно потрепал Шарна и его проклятый скорпионовый костюм! Если бы у меня было еще хоть три секунды…

— Ты продул, твое бахвальство и неопытность могут стоить нам Великой Битвы!

Сапфировый титан снял шлем и вылил ведро холодной воды на дымящиеся волосы.

— Отчего? Ведь ты в первом же раунде приложишь Эйкена Драма!

— Дурак! — взъярился Стратег. — Ты что, забыл про фирвулагов? Они теперь поведут в счете!

В умах всех восьмерых чемпионов засияла вывешенная Ноданном турнирная таблица:

КУЛЛУКЕТ (ПРОИГР.) ФАФНОР СЕЛАДЕЙР (ВЫИГР.) БЕТУЛАРН АЛЬБОРАН (ВЫИГР.) ТЕТРОЛ ТАГАЛ (ВЫИГР.) ГАЛБОР БУНОНА (ПРОИГР.) СКЕЙТА БЛЕЙН (ПРОИГР.) АЙФА КУГАЛ (НИЧЬЯ) МЕДОР ИМИДОЛ (ПРОИГР.) ШАРН-МЕС

Стратег кивнул в сторону четверых союзников Эйкена Драма, что столпились вокруг опозорившегося героя-принудителя.

— Благодари наших братьев и сестру! Теперь придется послать тщедушного пройдоху на Поединок с Пейлолом Одноглазым!

Над ними взвилось облако фиолетового дыма.

— По-моему, кто-то упомянул мое имя всуе! — усмехнулся Эйкен. — Неужто, солнцевеликий брат, ты сомневаешься в том, что я выбью Одноглазому оставшийся глаз!

— Он в тысячу раз сильнее своего кровного брата Делбета, который когда-то изрядно погонял нас, — заметил Стратег. — Причем Пейлол не из тех, кто ударит и бежит. Думаешь, твой умишко защитит тебя от этого глаза? Да пока ты до него дотянешься, юноша, он шарахнет тебе кулаком по башке — и нет тебя.

— Как вы предпочитаете, чтоб я его убил?

Восемь чемпионов и Стратег невесело рассмеялись.

Эйкен скривил губу.

— Нет, серьезно? Я могу его убить. Как Делбета. По-человечески. Но только чтоб потом Высокий Стол не пришил мне нарушение ваших паршивых правил.

Под роскошным золотисто-розовым шлемом засветилась презрительная улыбка.

— Ты не можешь использовать Копье против Пейлола, первобытный. Только против меня.

— Я не о том, — заявил Эйкен. — Не гони коней, солнцевеликий. Твоя очередь еще придет. — Он ухмыльнулся, обвел взглядом всех чемпионов. — Ну так что? Спасать мне ваши задницы или нет? Моя тактика не более бесчестна, чем та, которую они применили против ваших парней в Финии. Давайте, совещайтесь, а то ведь взлечу в небо, как ракета, и останетесь на бобах!