Т. 11 Угроза с Земли - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 181

— Никак. Он сам подумал и передумал, — сухо ответил Граймс. — Поехали отсюда.

Доставив доктора Огастеса Граймса на порог его дома, Стивенс направился к себе в отдел. И только поставил «помело» на стоянку и вошел в туннель, ведущий к местной энергоцентрали, как буквально налетел на своего заместителя. Маклеод хватал воздух ртом, как рыба на песке.

— Шеф! Вы! Я так и подумал! Я тут вас жду! Вы мне нужны!

— А теперь что погорело? — подозрительно спросил Стивенс. — Город какой-нибудь?

— Нет! Почему вы так решили?

— Оставь. Дело говори.

— Насколько я знаю, городская подача течет, как светлый ручеек. Никаких сюрпризов. А я вам вот что должен сказать: я свой драндулет отремонтировал.

— Что-о? Ты хочешь сказать, что отремонтировал машину, в которой хлопнулся?

— Не так чтобы уж хлопнулся. В резервной батарее мощи было до упора. Когда отказал прием, я просто включил аварийное питание и сел чин-чинарем.

— И отремонтировал? В чем было дело? В декальбах или в чем-нибудь другом.

— В декальбах, в декальбах. Но теперь они в ажуре. Но я не сам ремонтировал. Мне помогли. Понимаете ли…

— Так что же с ними стряслось?

— Толком не знаю. Понимаете, я решил, что не стоит брать авиатакси, чтобы не рисковать еще раз хлопнуться на обратном пути. И кроме того, я же на своей таратайке летел, и мне не улы-бал ось распатронить ее, чтобы вытащить декальбы. Так что я на* нял тягача. Мысль была какая? Приволочь ее сюда целиком. Договорился с парнем, у которого был двенадцатитонный гусеничный трактор с платформой, и мы…

— Не зли, а то и убить могу! Говори, что случилось!

— Так я как раз о том. Доволоклись до Пенсильвании, и тут буксировщик киксанул. Правая ведущая звездочка накрылась. Красота! Джим, верьте слову, эти дороги — сплошной кошмар!

— Забудь. Кто будет тратить содранные налоги на дорожные работы, когда девяносто процентов перевозок идет по воздуху? Ну полетела у вас звездочка. И что потом?

— Все равно не дороги, а жуть, — гнул свое Маклеод. — Я как раз рос в тех краях. Когда я был пацан, там шла шестиполоска, гладкая, как детская попка. И содержать такие в порядке не мешало бы. Вдруг да пригодятся в один прекрасный день.

Видя, что промелькнуло в глазах начальства, Маклеод зачастил:

— Водила сконтачился со своей конторой, там обещали прислать аварийку из ближайшего городка. Чую, все ясно: три или четыре часа куковать, а то и больше. А мы как раз в местах, где я рос. Ну и говорю себе: «Мак, у тебя чудный случай повидать родное захолустье и каморку, куда по утрам заглядывало солнышко». Ну это фигурально выражаясь. Если взаправду, то в нашем доме никаких окон не было.

— Родись ты хоть в бочке, мне-то что за дело!

— Начальник, без нервов, — отозвался Маклеод. — Я гну к тому, чтобы вы поняли, как да что. Но не рассчитывайте, что это вам понравится.

— Уже не нравится.

— Это все цветочки. Вылезаю я из кабины и смотрю по сторонам. До моего родного городка — миль пять, так что пехом брести неохота. Гляжу, а примерно в четверти мили от дороги у пригорка деревья такие пышные, и кажется мне, что место-то знакомое. Ну и почапал посмотреть поближе. Вижу, все верно: при том пригорке должна быть хибара, где жил-поживал Грэмпс Шнайдер.

— Грэмпс Снайдер?

— Не Снайдер, а Шнайдер. Дед, с которым наша пацанва дружила. На девяносто лет старше любого в округе. Я думал, он помер, однако сходить да глянуть — это не в тягость. А оказывается, не помер. «Привет, Грэмпс», — говорю. «Заходи, Хью Доналд, — отвечает. — Только ноги не забудь вытереть. Там подстилка есть». Захожу, присаживаюсь. А он хлопочет, что-то кипятит в кастрюльке на плите. «От утренней хворобы», — говорит. По-настоя-щему-то он не совсем колдун.

— То есть?

— Я имею в виду, этим не кормится. Курей разводит, огород держит, и сектанты, большей частью менониты, кое-чем делятся, подкидывают. Но в травах и прочем он с понятием. Кончил кипятить — отрезал мне ломоть сладкой коврижки. «Благодарю», — говорю, а он толкует: «Хью Доналд, да ты подрос», и как у меня с ученьем дела, интересуется. Отвечаю, мол, наилучшим образом. А он зырк на меня опять и говорит: «А однако что-то тебя донимает». Не спрашивает, а отмечает факт. Жую, значит, коврижку, а сам, не знаю с чего, пытаюсь растолковать ему, что меня мает. Ведь непростое дело. Грэмпс всю жизнь поближе к земле держался. А нынешнюю теорию поля в двух словах не объяснишь. Путался я, путался, и тут он встает, надевает шляпу и говорит: «Пошли-ка, глянем на твою машину». Ну, бредем к шоссейке. Вижу, ремонтники прибыли, но тягач еще не на ходу. Помог Грэмпсу залезть на платформу, забираемся в мой рыдван. Показываю ему декальбы, силюсь объяснить, что они делают. Вернее, что должны делать. Так, абы время прошло. А он тычет в связку антенн и спрашивает: «Вот эти пальцы, что ли, энергию ловят?» Объяснение ничем не хуже прочих, так что я поддакнул. «Понял», — говорит, лезет в карман брюк, достает кусок мела и давай линии метить на каждой антенне спереди назад. Тут я сунулся глянуть, что там ремонтники поделывают. Минуты не прошло, подходит ко мне Грэмпс. «Хью Доналд, — говорит, — эти пальцы, они теперь будут действовать». Мне смешно стало, но, думаю, зачем старика обижать — поблагодарил его горячо. А тут и тягач наладили. Так что распрощались мы с ним, побрел он к себе в развалюху, а я в машину на всякий случай заглянул. Не было мысли, что он что-нибудь напортил, а просто для верности. Просто для порядка. Глядь на декальбы — а они работают!

— То есть как это! — оторопел Стивенс. — Ты хочешь навесить мне, что какой-то ветхий знахарь отремонтировал тебе декальбы?

— Не знахарь, а колдун. Но в целом — так и есть.

Стивенс тряхнул головой.

— Просто совпадение. Иногда они сами собой восстанавливаются так же ни с того ни с сего, как выходят из строя.

— Это по-вашему. Не тот случай. Я все это вам рассказал, только чтобы вас удар не хватил при взгляде. А теперь пойдемте да глянем.

— На что? Куда?

— Во внутренний гараж.

Пока шли в гараж, где Маклеод оставил свое «помело», тот продолжал частить:

— Я подписал водиле платежку и улетел. И об этом никому ни-ни. Ногти сгрыз до локтей, все вас дожидался, чтобы вы первым полюбовались.

«Помело» выглядело вполне обычно. Стивенс осмотрел декальбы и увидел по бокам антенн черточки, кое-как проведенные мелом. Ничего необычного.

— Погодите. Сейчас включу прием мощи, — сказал Маклеод.

Стивенс подождал, пока послышался шумок включенных контуров, и глянул.

Антенны декальбов, жесткие металлические трубки, изогнулись, они извивались, как черви, они тянулись куда-то, будто пальцы.

Сидя на корточках, Стивенс глаз не мог отвести от этого устрашающего зрелища. Маклеод слез с водительского седла и присел рядом.

— Вот так, шеф, — сказал он. — А теперь что будем делать?

— Сигарета найдется?

— А что у вас из кармана торчит?

— Ой! Да, действительно.

Стивенс вынул из пачки сигарету, зажег и — такого за ним не водилось — в две затяжки вытянул наполовину.

— Что молчите? — не отступался Маклеод. — Скажите свое слово. С какого рая они так себя ведут?

— Три мысли есть насчет что делать, — чуть запинаясь, сказал Стивенс.

— Я весь внимание.

— Первая: уволить ко всем чертям доктора Рэмбо и взять на его место Грэмпса Шнайдера.

— А что? Независимо от прочего — неплохая идея.

— Вторая: тихо сидеть здесь, пока не явятся ребята со спец-медупаковкой и не заберут нас, куда след.

— А третья?

— А третья, — свирепо сказал Стивенс, — третья — это выволочь отсюда этот чертов гроб с музыкой, утопить в самом глубоком месте Атлантики и сделать вид, что ничего такого не было.

Дверца машины распахнулась, сунулся какой-то слесарь.

— Доктор Стивенс! Вы здесь?

— Убирайся вон!

Слесарь отлетел в сторону. Послышался его обиженный голос.

— Вам телефонограмма из главного управления.