Т. 06 Кот, проходящий сквозь стены - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 110

110

В сумочке у меня было еще одно патентованное средство — вазелин, чтобы смазаться в случае надобности. Надобности не возникло — я была скользкая, точно от льняного семени. И все же:

— Чарльз! Дорогой! Осторожней, пожалуйста! Не так быстро.

— В первый раз надо быстро, Мо. Тебе будет не так больно. Это все знают.

— Чарльз, я не все. Я — это я. Делай это медленно, и мне совсем не будет больно — я так думаю.

Мне, возбужденной и взволнованной, хотелось, чтобы Чак проник в меня поглубже, но он и в самом деле оказался больше, чем я ожидала. По-настоящему больно мне не было, но я знала, что будет очень больно, если мы поторопимся.

Милый мой Чарльз сосредоточился и придерживал себя. Я закусила губу и подалась ему навстречу — еще и еще. Наконец он твердо уперся в меня и погрузился внутрь. Я расслабилась и улыбнулась ему.

— Ну вот! Превосходно, дорогой. А теперь делай все, что хочешь.

Но я слишком долго тянула. Чак усмехнулся, я ощутила несколько быстрых содроганий, он перестал улыбаться и погрустнел. Он кончил.

Итак, для Морин фейерверк на первый раз не состоялся — да и для Чарльза тоже. Но я не слишком разочаровалась — ведь главная моя цель осуществилась: я перестала быть девственницей. Взяв себе на заметку спросить у отца, как можно продлить этот процесс — я была уверена, что добилась бы фейерверка, продержись мы чуть подольше, — я больше не думала об этом, счастливая тем, чего достигла.

То, что произошло дальше, вошло у меня в обычай и служило мне всю последующую жизнь. Я улыбнулась Чаку и сказала нежно:

— Спасибо, Чарльз. Ты был великолепен. (Мужчины не ждут, что их за это будут благодарить, но в этот момент готовы поверить любому комплименту, особенно если не заслужили его и смущенно это сознают. Благодарность и комплимент — это вклад, который ничего вам не стоит, зато приносит высокие дивиденды. Верьте мне, сестры мои!)

— Ей-богу, Морин, ты прелесть.

— Ты тоже, милый Чарльз, — я крепко обняла его руками и ногами и отпустила. — Давай-ка вставать. На полу жестко, несмотря на попону.

По дороге в Батлер мой Чарльз совсем скис и не тянул на галантного Дон-Жуана, только что избавившего девицу от ее бесполезного сокровища. Я впервые столкнулась с tristesse[72], которую некоторые мужчины чувствуют после соития… в то время как сама пенилась от счастья. Меня не волновало больше то, что я не испытала экстаза — а может, испытала? А если такой фейерверк можно вызвать только самой у себя? Морин успешно справилась с задачей, чувствовала себя очень взрослой, сидела гордая и радовалась прекрасному дню. Боли я не ощущала — почти совсем.

Мне кажется, секс бывает порой немилостив к мужчинам. Им очень даже есть, что терять, а мы предлагаем им такой скудный выбор. Взять хотя бы странный случай с моим внуком, с которым так круто обошлись судьба и его первая жена.

Этот случай касается и нашего кота Пикселя — в ту пору он был еще котенок, пушистый комочек.

Мой внук полковник Кемпбелл — сын моего сына Вудро, который также является моим мужем Теодором, но пусть вас это не волнует: и Вудро, и Теодор (Лазарус Лонг[73]) нечто особенное в любой вселенной. Не забыть рассказать вам, как Лазарус однажды сделал беременными сразу троих — бабушку, дочку и внучку, из-за чего ему пришлось идти на разные ухищрения с Корпусом Времени, чтобы не нарушать свою личную Первую заповедь: «Никогда не бросай беременную женщину без поддержки».

Поскольку Лазарус осеменил этих троих в разные века и в разных вселенных, это отняло у него довольно много времени.

Сам того не ведая, Лазарус нарушил свою Первую заповедь по отношению к матери моего внука, и косвенным следствием этого упущения стала женитьба внука на моей брачной сестре Хейзел Стоун, которую мы по этому случаю отпустили из семьи. Как вам известно (если известно), Хейзел нужно было выйти за Колина Кемпбелла, чтобы они вдвоем могли спасти Майкрофта Холмса IV — компьютер, осуществивший Лунную революцию[74] в Третьей временной параллели, код «Нейл Армстронг». Не будем вдаваться в подробности: это можно найти в «Галактической Энциклопедии» и прочих изданиях.

«Операция прошла успешно, но пациент скончался». В нашем случае произошло почти то же самое. Компьютер был спасен и поныне живет и здравствует в Бундоке. Весь спасательный отряд Тоже ушел без единой царапины — кроме Колина, Хейзел и котенка Пикселя. Эти трое, все израненные, остались умирать в пещере на Луне.

Должна сделать еще одно отступление. В том спасательном отряде была молодая женщина-офицер, Гретхен Гендерсон, пра-праправнучка моей брачной сестры Хейзел Стоун. За четыре месяца до рейда Гретхен родила мальчика, и мой внук об этом знал.

Не знал он того, что он — отец сына Гретхен.

Да и откуда? Ведь он ни разу не был близок с Гретхен и точно знал, что не оставлял свою сперму ни в одном донорском банке.

Однако Хейзел перед смертью твердо сказала ему, что ребенок Гретхен — его сын.

Он спросил, каким это образом, и она ответила: «Парадокс».

Кто-кто, а Колин понимал, что такое временной парадокс. Он служил в Корпусе Времени, не раз бывал во временных петлях и знал, что в такой петле можно подойти к самому себе сзади и укусить себя за шею.

Поэтому он понял, что сделает Гретхен ребенка где-то в своем будущем, но в ее прошлом — парадокс перевернутой петли.

Значит, на Бога надейся, а сам не плошай. Это могло бы случиться лишь в том случае, если бы он пережил эту переделку.

И вскоре их спасли. Колин положил еще немало народу и был ранен еще дважды, но вся троица осталась жива. Их перебросили на две тысячи лет в будущее к лучшим врачам всех вселенных — к Иштар и ее команде. Моя брачная сестра Иштар никому не даст умереть — было бы тело еще теплое и мозг не поврежден. Но с этими тремя ей пришлось повозиться, особенно с Пикселем. Кроху несколько месяцев держали при нуле целых трех десятых градуса по шкале Кельвина, а тем временем из другой вселенной доставили доктора Бона, и дюжина лучших хирургов Иштар, включая ее самое, прошла ускоренный курс кошачьей ветеринарии. Потом Пикселя перевели на режим обычной гипотермии, восстановили его, разморозили и разбудили. Так что ныне он — здоровяк-котище, гуляет сам по себе и плодит котят где придется.

Хейзел между тем создала нужную петлю времени, и Колин встретил, обольстил, повалил и обрюхатил Гретхен, чуть помоложе той, которую знал. Она родила сына, а потом (по своему личному времени) вместе с Хейзел и Колином отправилась спасать Майкрофта Холмса.

Но зачем было тратить столько усилий ради котенка? Не лучше ли было его усыпить, чтобы не мучился?

А вот зачем: без Пикселя и его способности проходить сквозь стены Майкрофта Холмса не спасли бы и будущее всего человеческого рода оказалось бы под сомнением. Шансы распределялись так ровно, что в половине параллелей отряд погибал, а в половине достигал своей цели. Чашу перетянул котенок весом несколько унций, предупредивший отряд об опасности единственным словом, которое умел говорить: «Блюрр!»

На обратном пути из Батлера Чарльз оправился от своей пост-коитальной депрессии и захотел повторить опыт. Я тоже была не прочь — только не сегодня. После езды в грязной двуколке то, на чем я сидела, стало беспокоить меня. Но Чарльзу загорелось прямо сейчас.

— Мо, там впереди есть местечко, где можно свернуть с дороги и спрятать двуколку. Надежно на все сто.

— Нет, Чак.

— Почему?

— Не на все сто; туда может еще кто-нибудь свернуть. Мы и так уже опаздываем, а мне сегодня не хочется отвечать на вопросы. Не такой это день. И у нас больше нет «веселой вдовы», это решает дело — я хочу иметь детей, но не в пятнадцать лет.

— А-а.

— Вот-вот. Потерпи, дорогой, и мы это сделаем снова, приняв все нужные меры. А теперь убери, пожалуйста, руку: навстречу кто-то едет — видишь пыль?

вернуться

72

Tristesse (фр.) — грустью.

вернуться

73

Один из любимых персонажей Хайнлайна. Он встречается в таких произведениях, как «Дети Мафусаила», «Достаточно времени для любви», «Число Зверя», «Кот, который проходил сквозь стены».

вернуться

74

Лунная революция, в конце которой гибнет упомянутый компьютер, описана в романе «Луна жестокая хозяйка» (1966), а история Хейзел и Колина Кемпбелла — в романе «Кот, проходящий сквозь стены» (1985). Там же впервые появляется кот Пиксель.