Клыки вселенной - Мзареулов Константин - Страница 94

– Вы не доверяете мне? – Маленький адмирал встопорщил гриву. – Великая Семья спасла мою расу от гибели, и Жуса-Науге будут честно помогать людям. Почему вы не пускаете меня в бой?

– Вам доверена важная задача. – Танталов мягко улыбнулся. – К сожалению, оружие на ваших кораблях слабовато, годится только для обороны. Поэтому я поручаю вам охранять Кордон. Последняя война показала, что вы, адмирал, настоящий гений активной обороны.

Не похоже было, что Берсо сильно польщен полученным заданием, но вбитое службой понятие о субординации заставило его подчиниться. Корабли, еще недавно принадлежавшие Атлантиде и Восьмой Республике, миганием сигналов и холостыми залпами проводили уходящих в бой.

На фоне голограмм звездного неба Кумран видел два силуэта: Танталов и Ведем что-то обсуждали вполголоса. Они даже были чем-то похожи: высокие лбы, носы с горбинкой, сосредоточенные взгляды. Два монстра решали судьбу Галактики.

Пролетевшая мимо звезда заполнила своим диском полголограммы, осветив рубку. Стали видны сжатые челюсти маршала и блуждавшая по его лицу ироничная усмешка.

Возвращался легендарный вождь, овеянный почти мистическим ореолом непобедимости и непогрешимости. Однажды он уже приходил – и взмахом волшебной палочки создал сверхдержаву, повергнув врагов. Потом от вождя отшатнулись, и вся жизнь пошла наперекосяк. Немалая часть Великой Семьи должна была сделать простой вывод: надо вернуть власть Стальному Хосе – и снова наступят хорошие времена.

Лиариец думал примерно о том же.

– Скоро ты станешь императором, – говорил Ведем. – У твоей державы не осталось сильных конкурентов, и надо воспользоваться моментом, чтобы закрепить успех.

Однако самого Танталова интересовали сугубо прагматические проблемы.

– Вы так и не сказали о своих потерях, – напомнил маршал.

– До трех процентов, – сообщил лиариец.

– А у Гигантов?

– Намного больше. – Демон-гвардеец издал свой страшненький смешок. – Они не умеют воевать

– И тем не менее обитатели больших планет выступили против Айсбергов… – Танталов задумчиво смотрел на звезды. – Я не заметил, чтобы нам помогали потомки Нодмохета. Их осталось так мало?

Ведем вытянулся, кутаясь в плащ. Сказал, не скрывая неприязни:

– Их даже слишком много. Империя нодов погибла, но дальняя провинция все еще гниет. Не так давно Айсберги пытались атаковать это государство и были сильно биты. Теперь у них мир с йодами. К тому же коды не любят вас сильнее, чем Кристаллидов, тебе придется уничтожить и тех, и других.

И он без перехода принялся расписывать перспективы мерещившихся ему завоеваний. Продвинуться дальше, пока отмобилизованы силы и есть союзники, – добить Кендако и Айсбергов. Потом придет черед полуразложившейся расы за владениями Лендаванов и кристаллидов-2. А там – обломки Нодмохета. Ведем закончил с воодушевлением:

– За какой-нибудь век ты восстановишь империю в границах Лиара, и это станет трамплином для следующего броска к величию.

Кумран почувствовал, что от подобных перспектив у него закружилась голова. Сейчас начнется головокружение у Стального Хосе, и тогда – конец человечеству. Разразится бесконечная война, и против победоносных земных армий неминуемо объединится половина Галактики!

Однако Танталов, усмехаясь, остановил Демона:

– Вы дважды пытались повторить путь Лиара. Из-за этого погибли Экла и Таимбра. Мы поступим иначе. Сначала я верну Атлантиду, а там посмотрим.

– Ты войдешь в историю как завоеватель самого большого куска Вселенной! – Кажется, Ведем считал этот довод неотразимым.

– Зачем мне это? – Стальной Хосе равнодушно пожал плечами. – Предпочитаю остаться в истории правителем, сумевшим объединить все человеческие миры.

– Ты просто не понимаешь… – возбужденно начал лиариец.

– Извини, солдат, – мягко проговорил Танталов. – Но пусть каждый занимается своим делом. Вождь принимает решения, а солдаты их выполняют.

– Ты считаешь, что я не способен думать и принимать решения? – вскипел Ведем. – История помнит империи, созданные армейской мелочью вроде меня!

Голос маршала сделался строгим, не допускающим возражений.

– История помнит и другое: такие империи существовали очень недолго. А мне нужно настоящее крепкое государство, которое переживет и меня, и память обо мне.

– Это уж вряд ли, шеф, – засмеялся Кумран. – Вы стали легендой, а фольклор не умирает. Память о великом диктаторе будет жить вечно.

«Кажется, я сказал что-то про великого…» – немного панически подумал эльдор. Кажется, никто не заметил этого либо вовремя сказанное слово было принято как должное. Ведем долго думал, медленно меняя форму.

– Похоже, ты прав, Великий. Но почему сержанты не способны создать крепкое государство?

– Есть один секрет, – с улыбкой поведал Танталов. – Сержанты не умеют останавливаться, когда подступает критический момент, а в политике без этого умения – никуда.

"А слово-то сказано, – подумал эльдор. – Шефа назвали «великим». И кто – сначала я, а потом высшее существо.

Откуда во мне, старом аполитичном цинике, такой энтузиазм?"

Сраженный логикой главкома Ведем долго молчал, напрягая жидкокристаллические извилины. Потом пробормотал:

– Подчиняюсь, Великий. Но объясни – ты вообще не хочешь воевать?

– Как правило, начало войны не зависит от наших желаний. Но, в принципе, война – плохое решение. Крайняя мера, когда нет другого выхода.

Кумран не сдержался:

– Как эта война, которую спровоцировали Айсберги и Атланты.

– Не только они, – вмешался в разговор Круль. – Там не обошлось без других…

Он напомнил историю с фрегатом, атаковавшим «Янычара». В том случае, сказал адмирал из «Волчьей стаи», наверняка поработали несколько команд. Атланты купили клонов-кендако, потом экстрасенсы Тонхойра загипнотизировали клонированных мохнатиков, и те бросились на легкий крейсер.

Начальник разведки 4-го флота добавил, что его коллеги-Кендако проведали о провокации, причем некоторые даже решили сообщить об этом людям. Потому-то Кристаллиды и прикончили Огунарси, представлявшего сторонников союза с человечеством.

– Тонхойра очень старались столкнуть нас с Айсбергами, – подхватил Кумран. – Когда мы были на Кендо, один древовидный врал, будто лучшие ясновидящие точно предсказали, что наша армия будет воевать среди их звезд. А ведь этого не случилось!

– Пока не случилось, – уточнил Атта-Рахман. – Все еще впереди. А что Кендако и Тонхойра тоже замышляли бросить нас в огонь – тут сомнений нет.

– Наверняка многие цивилизации старались, напрягаясь лучшими мозгами. – Танталов прищурился. – Только не важно, кто организовал эту провокацию. Историки разберутся.

– Почему же не важно? – не понял Кумран. Маршал самодовольно улыбнулся:

– Важно, что мы в этой ситуации победили, причем малой кровью. Мы показали всем, что умнее, сильнее и решительнее остальных. Что можем переиграть любого противника, можем воспользоваться чужими просчетами и непреклонно достичь собственных целей.

– Будут уважать, – сказал Круль. Танталов покачал головой:

– Скорее испугаются. Начнут сговариваться, строить блоки против нас. Мы же постараемся и на этот раз их переиграть, а тем временем проглотим Атлантиду.

– И тем не менее Атлантам и Айсбергам удалось развязать войну, – печально заметил Кумран.

– Многим удалось, – хмыкнул Танталов. – Да не все из этой игры победителями выйдут!

Главком побрел к выходу, поручив начальнику штаба предупредить, когда флот приблизится к Трактору. Возле открытого люка Танталов неожиданно обернулся и молча поманил Кумрана.

В коридоре, где их никто не видел и не слышал, Стальной Хосе поинтересовался, какие у эльдора планы на обозримое будущее.

– Какие могут быть планы, когда война только начинается? – вздохнул Кумран.