Первая в новом веке - Мзареулов Константин - Страница 34

– Отставить! – рявкнул Сердюк и, став у входа, крикнул: – Вылезайте по-одному, кто жить хочет.

Желающих подчиниться приказу не нашлось. Перекрестившись, капитан первым нырнул в полутемное укрытие и тут же едва не упал, споткнувшись о чье-то успевшее остыть тело. Живых здесь не было, зато нашлись два трупа, одетых в мундиры американской армии. Возле них лежал механизм неизвестного назначения – массивная коробка с толстым стволом, пулеметными сошками и откидным прикладом. Проявив неслыханное благоразумие, Сердюк не стал нажимать кнопки и рычажки, украшавшие это изделие.

Со следующим звеном транспортных вертушек прилетели еще два взвода и майор СБУ по фамилии Гладкий. Осторожно взяв в руки находку Сердюка, он прошептал, расплывшись блаженной улыбкой:

– Лазерное ружье. Эти сволочи решили его здесь испытать…

Разведчик с трофеем улетел в штаб, а ротный приказал своим орлам оборудовать лагерь, а заодно подсчитать потери противника. Всего на высоте оказалось сотни две трупов и полторы дюжины раненных боевиков.

Лишь через час Сердюк немного разделался с хлопотами и смог спокойно полюбоваться видом на море, которое плескалось в десятке километров от высоты. И еще он видел войсковую колонну, которая тянулась к Ялте по разбитому снарядами шоссе.

Москва. Страстной бульвар.

На улице главный «легионер» вдруг сказал, что хочет хлебнуть пивка с пацанами и попросил Богдана проводить Лею до метро. Когда сладкая парочка свернула за угол, Шаман пригласил братву укрыться от дождя под кроной бульварного дерева и возбужденно сказал:

– Видали, какая у них софта? Ой, мужики, чует моя предстательная железа, в этом журнальчике дело нечисто.

– А чё? – не въехал тугодум Дублон. – Нормальные мужики. В танке, конечно, но не всем же продвинутыми быть.

Скорчив снисходительную гримасу, Марцелл процедил:

– Сам подумай, для чего простым журналюгам столько отмычек?

– И полста шестиграммовых процев захотели, – задумчиво добавил Шаман. – На хрена журналу такая техника?

– Яйца под трамвай не положу, но боюсь, они виртуальные банки грабить собрались, – сказал Эрнест.

– Почему банки?.. – начал было Дублон.

– Ну, ты дупло! – вспылил Марцелл. – Думаешь, им всерьез занадобилось «горячих звезд» наказывать? Это они нам с тобой экзамен устроили. Проверяли, на что мы пригодны… Вспомни, какой фильтр они пройти вздумали. Такие только на самые защищенные объекты ставят. Нет, братцы, нечего с ними связываться.

– Поглядим, – буркнул Шаман. – Больно выгодное дело наклюнулось. Меня только этот бугай Саня смущает. Рожа бандитская, золотая цепа на шее… Похоже, дядька не один год в отдаленных местах отмотал.

Лея тоже заподозрила, что спонсоры «Московского Бульвара» не так просты, каким был или прикидывался журналист Мамлеев. Решительно пресекая попытки по-дружески подержаться за ее талию или плечи, Лея пыталась припомнить какие-нибудь нелогичности визита в редакцию и при этом машинально принялась тихонько напевать. Прислушавшись, Богдан разобрал: «Он уехал прочь на газонокосилке, перед этим выпив четыре бутылки…» Имидж возлебогемного журналиста требовал держаться как можно развязнее, поэтому он бесцеремонно рубанул:

– Вроде, какая-то пародия на апинскую «Электричку». Помню, пару лет назад я прошелся по новому диску Игоря Крутого…

Стрельнув косым взглядом, девушка фыркнула:

– Думаешь, только ты можешь к песням прикалываться? Между прочим, это «Газонокосильщик», рулезная хацкерская песня.

– Почему хацкерская? – опешил он.

– Так назывался первый фильм о виртуальной реальности.

– Понятно. Ты – фанат своей профессии.

– Хацкерство – лучшее занятие для порядочной девушки, – гордо провозгласила она. – Куда мне деваться с этим высшим образованием и знанием Ворда с Экселем? Продавщицей, секретаршей? Лучше уж сразу на панель. Начальство сразу начинает в койку заваливать. Почему-то мужские мозги так устроены: только шагнешь через порог – сразу начинают думать, как бы отхакать эту телку.

– У меня такие мысли возникли, когда ты была еще по ту сторону порога.

Она печально подумала, что этот ламер ничем не отличается от немереной уймы ему подобных. А ведь поначалу производил впечатление толкового парнишки. Опять же к Черепу ревновать пытался, так что ей даже захотелось, скуки ради, закрутить с Богданом небольшой флирт без серьезных намерений. Или не стоит?

– Богдаша, – пропела Лея, беря его под руку и слегка прижимаясь бедром. – Кто эти дяденьки, с которыми ты так круто разговаривал? Большое начальство?

– Как тебе сказать…– замычал журналист. – Тот, что постарше – придумал и организовал наш журнал. А здоровый с цепью у него на подхвате.

– Так бы и сказал – спонсор и начальник секьюрити, – резюмировала Лея.

К ее удивлению, Богдан лишь кивнул и украдкой взглянул на часы. Crazy была возмущена – так мужчины в ее присутствии еще не поступали.

– Я думала, ты меня к себе зазывать станешь, – сказала она обиженно.

– Я бы с толстым удовольствием, но должен бежать в Шерематьего. Сама слыхала, хозяин поручил встретить елового партнера.

– Ладно, ты езжай, – разрешила она. – Я уж как-нибудь сама до дома доберусь.

Лея еще сильнее заинтересовалась странными журналистами, которые покупают мощную технику и слишком любопытны по части хакерских штучек. И еще нестерпимо захотелось посмотреть на таинственного делового партнера.

Когда такси, в котором уехал Богдан, растворилось в автомобильном потоке, Лея тоже тормознула мотор и поехала следом.

Киев. Министерство обороны.

– Шефа не будет, – сказал Андрющенко. – Приболел.

Генералы понимающе покачали местами, где у настоящих хохлов должны были расти чубы. Все догадывались, в какой лечебнице проходит курс экстренной терапии пан президент. Однако, если руководство считает нужным скрывать общеизвестные факты – пусть так и будет. Только глава Службы Безопасности генерал-лейтенант Мокроус сказал недовольно:

– Все равно к вечеру ЦРУ объявит, как проходит лечение.

На правах старшего, премьер-министр строго поглядел на военных и объяснил цель совещания. По его словам, батька Роман поручил проконтролировать разработку стратегических планов. А завтра, сказал Мурашко, президент лично проведет военный совет.

Панченко, не слишком уважавший номинального главу кабинета, флегматично показал по карте, как разворачивается наступление в Крыму.

– Ялта, Массандра и Гурзуф будут полностью освобождены в первой половине следующих суток, – заключил министр. – Затем начнутся зачистки мелких групп силами МВД и спецназа.

– Сколько это будет продолжаться? – нервно спросил премьер.

– Пока не пристрелим последнего бандита, – сообщил Ляховский. – Может, через неделю. Может, через год.

Переглянувшись, гражданские чиновники одновременно пожали плечами и пожелали военным успеха. Похоже, текущие боевые действия мало их волновали. Премьер-министр с хмурым видом осведомился, как паны генералы представляют себе большую войну с псами-миротворцами, а министр иностранных дел осторожно сказал:

– В Брюсселе говорят, что проведут миротворческую акцию по «джентльменским» правилам – будут наносить «хирургические удары» лишь по военным объектам без какого-либо риска для мирного населения.

– Никаких «джентльменских» правил на войне быть не может, – отрезал Кутенко. – Чтобы не попасть под огонь нашей ПВО, им придется кидать бомбы с больших высот. Точность прицеливания будет низкой, и часть боеприпасов неизбежно ляжет по невоенным целям.

Панченко буркнул:

– Для сверхточного оружия дальность пуска не имеет значения.

– У них не хватит сверхточных бомб и ракет, – напомнил генерал. – Наверняка будут применяться обычные боеприпасы. А уж штурмовики и подавно станут палить неуправляемыми снарядами.