Первая в новом веке - Мзареулов Константин - Страница 65

– Лейтенант Дутова? Я – майор Бубновский. Вы можете знать меня как Робби.

– Знать не знаю, но кое-что слыхала, – не без облегчения хмыкнула Галя. Впрочем, профессиональная осторожность заставила провериться: – А чем докажете, что вы тот самый Робби, который взломал «Дебют-банк»?

– Это был «Укрпромбанк», – сухо ответил майор. – Кроме того я участвовал в Ярославском конвенте, где вы…

– Ладно, верю, – быстро сказала она, поневоле покосившись на сына. – Чем могу служить?

– Это я вам могу услужить, – раздраженно фыркнул Робби. – Я проведу вас через границу. Надо успеть до вечера, пока они снова не налетели.

Не совсем поверив в реальность происходящего, она смотрела, как два автоматчика грузят в вертолет их багаж. Когда Ми-24 взлетел, Гале сразу поплохело. В просторном десантном отсеке жутко воняло бензиновым перегаром, тарахтели винты, а вибрация буквально выворачивала наизнанку. Галина готова была прыгнуть за борт без парашюта, но Андрюша просто сиял – что называется, полные штаны радости. Еще бы – прокатился на настоящей боевой машине.

Между тем Робби нахлобучил на Галю шлемофон, частично заглушивший грохот моторов, так что теперь два хакера могли общаться через переговорное устройство. Киевлянин поведал, что они с Артефактом возглавляют бригаду («Вы представляете: я – начальник штаба!») виртульной войны и дал пачку дисков – с копиями паролей и рабочих программ НАТО, которые Украина получила во времена горячей дружбы с евроатлантической сволочью.

– Двухлетней давности, – презрительно сказала лейтенант Дутова.

– Они не могли изменить всего. Часть программ еще в работе, другие незначительно изменены… Передайте вашему злобному шефу…

– И вовсе он не злобный, – обиделась Галя.

Бубновский очень удивленно поглядел на москвичку, однако настаивать не стал.

– Передайте полковнику, что взамен мы рассчитываем получить ваши данные. – Он замялся. – Галя, мы с Артефактом – дилетанты в военной области, а наши генералы не вяжут в хакинге. У вашей же фирмы наверняка есть наработки по этой области. Позарез нужна консультация профессионала… Что бы ты сделала, чтобы нанести врагу наибольший ущерб?

– Ну, не знаю…– Галина растерялась. – Подрывать боеприпасы прямо на самолетах – ничего сверх этого мне в голову не лезет.

Ошеломленный Робби пробормотал еле слышно:

– А мы-то думали только об отклонении ракет от цели…

– Имхо, можно еще наводить управляемые боеприпасы противника на его же, противника, военные объекты.

– Рулез, – согласился Робби.

Полет продолжался около четверти часа, и за это время они успели договориться, как будут поддерживать связь. Потом мучениям Галины пришел конец, и Ми-24, ласково прозванный «крокодилом», опустился на плацу российской погранзаставы, высадил семейство Дутовых и немедленно улетел. Подбежавшие пограничники были вполне удовлетворены, увидев удостоверение министерства безопасности.

Готовая расплакаться от счастья Галина попросила подбросить их на машине до ближайшего города, откуда можно выехать или вылететь в Москву.

– Сделаем, – сказал молодой капитан с зелеными просветами на погонах, а затем осторожно поинтересовался: – Это чего сейчас было – обмен пленными разведчиками?

Украина. Зона боевых действий.

Первый контрудар Збройни Сили нанесли в 14.00, и сделали это Вiйськово-Морьски Сили. Из Севастополя вышли четыре ракетных катера типа «Вихрь» (проект 206М), вооруженные крылатыми ракетами П-15 «Термит». Под прикрытием эскадрильи МиГ-29 катера на сорокаузловой скорости сблизились с передовым охранением НАТО, и каждый «вихрь» выпустил по два «термита». Взрывы трех ракет отправили на дно фрегат «Форд» водоизмещением в 4000 тонн, а однотипный «Тэйлор» обзавелся пробоиной в надстройке, потерял радар и половину комсостава, но удержался на плаву.

С «Теодора Рузвельта» и «Илластриес» поднялись самолеты, и после воздушного боя Украина потеряла 7 «мигов», а НАТО недосчиталось по одной штуке F-14 и F-18. Тем временем катера благополучно вернулись в Севастопольскую бухту. Здесь их попытались достать «харриеры», но быстро повернули обратно, после того как Сили Протиповітряної оборони сбили два английских самолета.

Одновременно с рейдом катерников выехали поближе к западной границе пусковые установки тактических ракет. Примерно четверть этих машин была уничтожена бомбами ночного налета, но уцелевшие стартовали в течение несколько минут, превратив сопредельное пространство в огненный архипелаг.

Полсотни малых снарядов типа FROG дальнобойностью до 75 км поразили вертолетную базу в Бяла-Подляска, а также радары и пусковые установки антиракет «Patriot», развернутых возле польских городов Любартув и Щебжешин. Около ста SCUD обрушились на аэродромы Варшавы, Радома, Миньска-Мазовецки, Дебрецена и Мишкольц. Взрывы боеголовок привели в негодность наземное оборудование и взлетно-посадочные полосы, подожгли топливохранилище в Дебрецене и привели к детонации склада авиабомб в Радоме. Всего было уничтожено две дюжины F-16, «Еврофайтеров», Су-22, МиГ-21 и МиГ-29.

Пока внимание противника было приковано к прибрежной полосе и приграничной зоне, с авиабазы «Прилуки» взлетели стратегические бомбардировщики – два Ту-160, которых в НАТО называли «Черный Джек», и один Ту-95 «Медведь». Набрав высоту около десяти километров, бомбардировщики выпустили 12 ракет Х-55 «Гранат» по базе турецкой «Мерзифон», столько же по базе «Инджирлик» и еще 8 ракет Х-22 – в сторону Поти. Эти снаряды не обгоняли звук, но летели на 3000 км , то есть в зону их обстрела попадала вся Европа и север Африки.

В Мерзифоне «Гранаты» разрушили ВПП, и когда был подсчитан ущерб, оказалось, что сгорело 10 самолетов, а потери составили 30 убитых и 110 раненных. Инджирлику повезло чуть больше – здесь ракеты уничтожили только 9 самолетов, но загорелись бензохранилища, число же убитых и раненых перевалило за две сотни. Впрочем, ремонтные подразделения заделали воронки на бетонных полосах всего за полтора часа.

В грузинском порту Поти были разрушены причалы, потоплен танкодесантный корабль, на котором погибли 17 морских пехотинцев и 5 членов экипажа. Когда отгремели взрывы, американский комендант базы позвонил в МИД и потребовал:

– Немедленно заявите протест Киеву по поводу агрессии против суверенного государства.

Министр нервно ответил:

– Мы уже получили ноту Киева о том, что территория Грузии используется для войны против Украины, и поэтому Киев рассматривает Грузию в качестве воюющего государства. Президент обеспокоен, почему вы не поставили его в известность о желании использовать Поти и Вазиани для своих военных развлечений.

– Делайте, что я вам сказал! – рявкнул полковник. Потом, бросив трубку, пожаловался помощнику: – Тупой туземец пытался мне возражать. Имел наглость сказать, что наша база создает опасность для их банановой республики.

– Неблагодарная тварь! – возмутился капитан. – Вот и защищай таких дикарей, чтобы они предъявляли идиотские претензии.

Около трех часов миротворцы зализывали раны. Затем флот и авиация снова брызнули в небо стаями крылатых ракет, и снова поднялись эскадрильи. На этот раз воздушная армада была послабее: в налете участвовало совсем немного машин из Мерзифона, Радома и Дебрецена.

В 17.32 шестерка украинских МиГ-25 атаковала звено «Томкэтов», взлетевших с «Рейгана» и сбила двух F-14, потеряв один свой самолет. Спустя минуту дивизион С-300 уничтожил сразу три F-18 из авиакрыла, что базировалось на авианосце «Трумэн», а крылатые «Томагавки» крейсеров «Тикондерога» и «Монтерей» превратили ракетный завод «Южмаш» в груду пылающих развалин.

Главный удар «миротворцев» был нацелен на крупную войсковую группировку южнее Киева, и туда устремились десятки самолетов Центрального и Западного авианосных соединений, а также с полуразрушенной авиабазы возле турецкого города Мерзифон.