Первая в новом веке - Мзареулов Константин - Страница 84

– А хорошо бы побачить, как наша ракета потопит вражеский корабль, – мечтательно вздохнул Сердюк.

– Не увидишь, – утешил капитана главный ракетчик Алечко. – Взрыв будет далеко за горизонтом. Такая уж сейчас война: выстрелить-то мы выстрелим, а вот попадем или нет – только со спутника видно. Ну, и на радаре, само собой.

Их разговор прервал новый звук. Сквозь визг реактивных турбин и грохот взрывов пробился нарастающий шум пропеллеров… Со стороны моря приближались три вертолета – «летающие вагоны» типа «Чинук», каждый из которых брал на борт чуть ли не взвод пехоты с легким вооружением.

– Гей, моджахеды, готовсь принимать дорогих гостей, – крикнул ротный.

Подбежавший к нему майор Гладкий скомандовал:

– Отставить встречу! Получен приказ – сбить вертолеты, уничтожить диверсантов.

– Це дило, – обрадовался капитан и велел взводным разворачивать зенитные средства.

Времени хватило в обрез. Вертолеты находились метрах в трехстах от Куба, когда затарахтел тяжелый пулемет НСВ, изрешетивший передний «Чинук» крупнокалиберными кусками металла. Затем боец-зенитчик запустил с плеча ракету «Стрела-2», оторвавшую передний пропеллер у следующей вертушки.

С последней машины попытались ответить. В проеме открывшейся дверцы показался громила в тяжелом панцире и принялся палить из автоматической винтовки. Новые очереди НСВ и еще одна «Стрела» отправили в неуправляемый полет и эту вертушку. Подчинясь неумолимому закону Ньютона, «Чинук» завихлял вниз по безумной траектории, грохнулся с размаху об отвесную скалистую стену и взорвался. К подножью высоты упали только горящие обломки.

– Вот теперь этой позиции хана, – резюмировал Гладкий. – Зальют напалмом. Так что собирай своих башибузуков и отправляйся ловить уцелевших. А мы запустим «Монолиты» и отступим к штабу.

Первая часть налета уже закончилась. Эскадрильи вернулись на авианосцы, а вторая смена еще не прилетела.

Растянув роту цепью, Сердюк прочесал местность. Возле разбитых фюзеляжей они обнаружили солидное число трупов, но множество следов вело в сторону моря.

После недолгой погони спецназ настиг десятка три фигур, одетых в броню. Вражеские солдаты тащили своих раненых, торопясь укрыться на покрытых деревьями холмах. Обнаружив погоню, они залегли и открыли ответный огонь. Началась нудная перестрелка.

Сердюк разговаривал по рации с командиром бригады, когда за спиной разлилось огненное сияние, и над головами с грохотом понеслись стартовавшие «Монолиты». С минуту все лежали оглушенные. Потом зашевелились, снова нажали на спусковые крючки, а фланговые взводы продолжили маневр – переползанием выдвигались вперед, охватывая противника справа и слева.

Обе стороны не жалели патронов и гранат. Появились потери, но Сердюк подтягивал своих бойцов все ближе к цепочке вжавшихся в теплые камни врагов. Он уже был готов скомандовать общую атаку, но тут на высотах, что горбатились в километре позади десантников, появилась бронеколонна. Танки и БМП развернулись в линию, поливая противника орудийно-пулеметным металлом.

Через несколько минут все было кончено, и спецназовцы пересчитывали разоруженных пленников, сортируя по званиям и родам войск. Сердюк как раз докладывал комбригу о результатах боя, когда прибежали ракетчики. Подполковник Алечко сказал разочарованно:

– А мы вам подсобить собирались.

– Лучше скажи как свою работу выполнили, – хохотнул Сердюк.

Алечко расцвел.

– Ни одна ракета мимо не легла. Гад буду, если не потопил аглицкий авианосец!

– Не заливай…– вырвалось у капитана.

Однако, и ракетчик, и Гладкий в один голос заверили, что радары не врут: после попадания четырех «Монолитов» авианосец заметно уменьшился в размерах, то есть большая часть корабельного корпуса скрылась под водой. Алечко добавил: дескать, это первый случай потопления авианосца после второй мировой войны.

Ужвий пробормотал, покачивая чубом:

– Ай да москали, все-таки и от них польза есть. Добрую ракету сварганили.

Мартыненко весело подковырнул:

– А некоторые не любят москалей. Сдуру, наверное…

– Кто не любит? – возмутился Ужвий. – Москали – хохлам прямые потомки, от Киевской Руси их корень идет. Можно сказать, те же хохлы, тильки маленько одичали в своей Сибири.

Украина. Зона боевых действий.

За час до дневной бомбардировки подполковник Остапчук отправил своим хозяевам донесение: дескать, полностью уничтожены все стратегические носители – 7 ракет «Зенит» и 5 бомбардировщиков. Примитивная хитрость давала хоть какую-то надежду, что больше не станут бомбить эти базы. И действительно, по этим объектам ударов не было.

Благодаря манипуляциям Леи, на крейсере «Анцио» случилось ЧП: у «Томагавка», едва успевшего покинуть пусковую установку, произошла самопроизвольная отсечка двигателя. Начиненная пятью центнерами взрывчатки шестиметровая сигара весом в полторы тонны, даже не развернув крылышки, шлепнулась в воду перед самым носом корабля. Началась паника, и встревоженный командир крейсера приказал временно прекратить стрельбу до выяснения причин аварии.

Авианосец «Илластриес» и крейсер «Нормандия», получившие накануне тяжелейшие повреждения, на честном слове и на одном винте приковыляли в румынский порт Констанца. Развороченный множеством своих же ракет и потерявший десятую часть личного состава «Трумен» продолжал оставаться в боевом ордере, довольно уверенно поднимая в небо эскадрильи.

Флот подошел ближе к берегу, практически не встречая сопротивления: у оборонявшихся практически не осталось средств, способных докинуть боеголовки до кораблей в открытом море. Однако неожиданно из района Ялты взлетели 7 «Монолитов» – ракет, против которых оказались бессильны бортовые средства ПВО.

Первый «Монолит» прошил корпус фрегата «Сомерсет», и полтонны чего-то посильнее тротила разорвались во внутренних отсеках, переломив корабль на две почти равные по тоннажу части. Одновременно получили по ракете крейсер «Томас С.Гейтс» и эсминец «Экзетер». Остальные ракеты, летевшие над самой водой вчетверо быстрее звука одна за другой кромсали высоченный борт поврежденного еще накануне «Арк Ройяла». Под тяжестью хлынувшей в трюм воды авианосец медленно завалился на бок, полетная палуба стала почти перпендикулярно поверхности моря, и самолеты плавно соскользнули в воду. Затем медленно погрузился сам «Арк Ройял», словно решил напоследок превратиться в подводную лодку.

А в центре Азовского моря «Вильна Украина» запустила «Базальты» и, окруженная эскортом сторожевиков, отбивала воздушные атаки залпами зенитных ракет. К финалу боя, сбив три истребителя-бомбардировщика, украинская сторона лишилась двух лучших СКР – «Гарпуны» отправили на дно «Запорожску Сичь» и «Гетмана Скоропадского». «Вильна Украина», получив попадания двух «Гарпунов», удержалась на плаву и даже сохранила половину пусковых установок. Один из «Базальтов» угодил в американский крейсер «Йорктаун», и тот тихим ходом уполз к спасительным причалам Поти.

Все «Томагавки», выпущенные крейсерами, эсминцами и подлодками по украинским кораблям, взорвались в полете вскоре после старта.

Последним напряжением зенитчики выпустили полторы сотни ракет, сбив 7 самолетов противника. Чтобы решительно и быстро покончить с украинскими ВВС, Пентагон бросил в бой главные козыри – экспериментальные истребители, официально не принятые на вооружение. С авиабазы на западе Германии взлетели эскадрильи, укомплектованные сверхзвуковыми машинами 5-го поколения: F-22 Raptor и F-24 JSF.

«Рэптор» – тяжелый самолет, лишь немного уступавший по быстроте украинским МиГ-25, считался единственным в мире истребителем, способным обгонять звук в крейсерском полете. JSF был не столь скоростным, однако на испытаниях показал феноменальную маневренность.