Аркан - Русуберг Татьяна - Страница 76

Сегодня тренировка началась с того, что ученику было велено очистить садовый бассейн от опавшей листвы с помощью одного лишь шеста. Кай успел побывать по пояс в воде, продрог, заработал судороги в мышцах рук, а в высокой корзине лежал едва ли десяток размокших листьев.

Фламме, очевидно, наскучило наблюдать за его мучениями, и фаворит удалился в тепло дома. Но только Аджакти чуть расслабился, как со стороны стены, разделявшей сад пополам, раздались приглушенное хихиканье и детские голоса. Нини и Айо, воспользовавшись отсутствием отца, взобрались на старую грушу, и теперь их головы в одинаковых вязаных шапках торчали над каменной кладкой. Старший из сорванцов ухмылялся до ушей, младший высунул язык и скосил глаза к переносице.

Делая вид, что мимика мальчишек не имеет к нему никакого отношения, Аджакти снова нацелился шестом на разлапистый оранжевый лист. Осторожно подвел кончик палки под цель, подцепил. На полпути к берегу проклятый листок соскользнул с деревяшки и смачно плюхнулся в воду. Хихиканье стало громче, но, что было еще хуже, пацаны принялись давать ему советы:

— Правее!

— Нет, левее.

— Смотри не упади!

— Кто ж так держит палку, лопух?!

Очередной сопревший лист развалился надвое, как только шест приподнял его над водой.

— Хей, неудачник, нужна помощь?

Скрипнув зубами, Аджакти перехватил орудие труда, как копье, размахнулся и метнул его в сторону мучителей. С гулким «буонг!» шест ударился о стену в паре сантиметров от верхнего края, спружинил и вонзился в розовый куст. Мальчишки взвизгнули, раздался треск ломающихся ветвей, собачий лай и удаляющийся топот.

«Опасения их папочки совершенно напрасны! Чтобы эти двое соблазнились перспективой изображать шута?! Ха!» Кай вздохнул и, закусив губу, выудил длинную палку из путаницы голых веток: колючки впивались в кожу даже сквозь рукава туники. Ругаясь сквозь зубы, он принялся выбирать из себя шипы.

— Ты уже закончил? — Конечно, Фламма выбрал именно этот момент, чтобы проверить, как идут дела у ученика. Узкие темные глаза укоризненно остановились на помятых розах.

— Прошу прощения, сетха, — обреченно пробормотал Кай, — но… это невозможно! За полчаса я собрал, может быть, дюжину листьев, а в бассейн в то же время упало вдвое больше, — он вскинул на учителя взгляд, в котором горел вызов: — Я не понимаю, какой в этом смысл! Я пришел сюда, чтобы стать лучшим бойцом. Вы сами так сказали. А вместо того чтобы учиться, занимаюсь… детскими играми!

Фламма растянул губы в улыбке:

— Мы все играем в игры. Гладиаторы, те, кто делает на них ставки, политики, даже боги.

Аджакти зло бросил шест на землю:

— Игра теряет смысл, если в ней невозможно выиграть!

— Невозможно?! — Бритые брови Фламмы поползли вверх, лоб забавно наморщился. Огонь повернулся и зашагал к бассейну, сделав ученику знак подобрать палку и следовать за собой. На краю водоема он остановился, глядя на плавающий по спокойной поверхности осенний мусор:

— Иногда, чтобы выиграть, необходимо найти альтернативное решение.

— Но ведь вы запретили мне использовать сачок, сетха, — буркнул Кай, ткнув лежащую на плитах сетку носком сапога, в котором противно хлюпнуло.

— Верно, — кивнул Фламма, — но у тебя был шест.

Огонь протянул руку, и Аджакти, пожав плечами, вложил в нее требуемое. С тайным злорадством он ожидал увидеть, как сетха будет потеть, гоняясь вокруг бассейна за юркими корабликами листков каштана и магнолий. К его удивлению, вместо того чтобы ухватить шест за один конец, Фламма взялся за него посередине и плашмя положил на воду. Бассейн был квадратный, и длины палки как раз хватало, чтобы перекрыть его от одного бортика до другого. Примерившись, Огонь плавным движение толкнул шест от себя. Деревяшка поплыла, гоня перед собой невысокую волну, которая подхватила качающийся на воде сор и прибила к противоположному краю. Ударившись о бортик, волна откатилась обратно, но шест, лежавший поперек бассейна, не позволил листве последовать за отливом.

Под пораженным взглядом ученика Фламма подхватил корзину, обошел вокруг водоема и, погрузив в него тару, попросту зачерпнул в нее мусор. Все действо заняло не более пары минут. Кай захлопнул рот и, не в силах выдержать взгляда учителя, уставился в землю. «Идиот! Как же я сам до этого не додумался?!»

— Простите меня, сетха, — пробормотал он, почтительно склонив голову. — Мои слова были необдуманны.

Фламма хмыкнул:

— Что же мне делать с нерадивым учеником, который слишком ленив, чтобы думать? Пожалуй, придется проучить его палкой.

Аджакти подумал, что ослышался. Он вскинул глаза и едва успел увернуться: уперев один конец шеста в воду, Огонь ловко перемахнул через бассейн. Деревяшка просвистела у Кая над ухом, обдав каскадом брызг, — не пригнись он, и на лбу теперь красовалась бы здоровенная шишка. «Нет, это уже слишком!» Аджакти выпрямился и принял боевую стойку: «Учитель или нет, а я не собираюсь позволить Фламме выпороть себя, как мальчишку!» Длинная палка поначалу не показалась ему угрожающим оружием. Он рассчитывал, что сможет легко увернуться от фаворита, а то и обезоружить его. Но эта уверенность быстро пошатнулась.

Огонь скакал по лужайке, как кролик, а шест так и мелькал в его руках, рассекая воздух похожими на веер дугами. Кай едва успевал уворачиваться от вездесущей деревяшки и ставить блоки. Его предплечья и голени вскоре превратились в сплошной кровоподтек. Под конец Фламма загнал жертву под фруктовые деревья, но и тут длина оружия не стала фавориту помехой. Он шпынял Аджакти между стволами, безжалостно тыкая во все места, пока не обрушил на него целый каскад бобов вистерии, шарахнув шестом по ее изогнутому стволу. Прикрывая голову, Кай оступился и позорно бултыхнулся в бассейн. В довершение всего, едва он, отфыркиваясь, поднялся на ноги, на плечи ему нахлобучили пахнущую прелой листвой и улитками корзину. На плетеное дно тут же обрушился град ударов, так что Аджакти почувствовал себя внутри барабана. С трудом он выпростал одну руку и приподнял ее, насколько мог, открытой ладонью вверх. Ученик сдавался.

В тишине, сменившей грохот, все еще отдававшийся в голове, до Кая донесся мальчишеский хохот. «Пацаны снова взобрались на грушу!» Гладиатор представил себе, как он должен был выглядеть со стороны — по пояс в воде, с насаженной на голову корзиной, по которой колошматил палкой стареющий грузный человечек. Аджакти зажмурился и пожелал никогда не снимать импровизированный «шлем» — лишь бы не видеть смеющихся глаз Фламмы, не встречаться взглядом с Нини и Айо. Конец шеста безжалостно сбил корзину в воду, короткопалая рука протянулась, предлагая помощь. Аджакти с трудом выбрался на сушу. К счастью, мальчишки исчезли со стены — очевидно, их шуганул отец.

Глаза-маслины скользнули по жалкой фигуре ученика.

— Я принесу тебе сухое — переодеться. Вижу, нам есть над чем поработать.

На вечерней поверке Аджакти едва мог стоять прямо — ему давно так не доставалось. Зато впервые у него было чувство, что за день, проведенный с Фламмой, он чего-то добился. Никогда бы раньше он не подумал, что простой рукояткой от сачка можно нанести противнику такой урон! Не говоря уже о прочих садовых инструментах, которые новый учитель играючи превращал в смертоносный арсенал. Кай с нетерпением и надеждой думал о том моменте, когда снова увидит Фламму — Скавр позволил Аджакти заниматься с Огнем каждый третий день в послеобеденные часы.

Кай настолько погрузился в собственные мысли, что не сразу обратил внимание на отсутствие рыжей макушки в рядах «жнецов». Одного взгляда на унылую физиономию Токе было достаточно, чтобы его подозрение подтвердилось. «Навряд ли Горец скуксился из-за полузажившей раны. Что-то случилось с Лилией. Но что? Травма на тренировке?» Аджакти с трудом дождался гонга на развод и поспешил протолкаться к Токе через усталую, воняющую потом толпу. Некоторое время Кай шагал рядом, кидая косые взгляды на необычно молчаливого товарища: