Глаза ворона - Русуберг Татьяна - Страница 15

«Невероятно! Значит, тайна Ока Дракона — не такая уж тайна! Какой-то выходец из Потерянных Земель знает о существовании и местонахождении Замка и теперь уверенно прокладывает путь к его воротам». Припомнив слова Ментора Рыца, Кай лихорадочно зашарил глазами по ущелью, высматривая притаившуюся за Исполинами армию Светлых. Но он не увидел ничего, кроме дождя, темноты и ветра.

«Может, это — вражеский разведчик? Или авангард скрытого в пустыне легиона? Что же мне делать? Бежать предупредить Мастера и охрану? В другое время стражи над Южными вратами давно бы уже обнаружили пришельцев. Но в такую погоду разленившиеся гоблины сидят себе небось в надвратной башне и коротают время над кружкой медовухи да партией в кости. Или, быть может, Замок уже оповещен? У Мастера Ара есть свои, особые способы узнавать о том, что происходит в мире. Особенно в его мире. В таком случае незваных гостей не спешат встречать с распростертыми объятиями. Вот бы взглянуть на них поближе, хоть одним глазком!»

От возбуждения Кай позабыл и холод, и боль в усталых ногах. Приняв решение, он устремился вниз, но в противоположную от Замка сторону. Он обходил ущелье по Челюсти, стараясь, насколько возможно, приблизиться к редким красноватым вспышкам на его дне. Путник остановился, только когда под его ногами внезапно кончился камень. Ветер засуетился, толкая его дальше, в пропасть. «Давваай! Давваай!» — завывал он в уши, настойчиво теребя одежду холодными мокрыми пальцами. Но Каю было не до ветра. Перед глазами, ослепленными совсем близко ударившей молнией, плыли белые пятна. Он напряг зрение. Не мелькнуло ли что-то там, в просвете между неровными шеренгами монолитов? Там, где один из них изогнулся, как готовая к нападению змея? Ночные глаза впитывали в себя темноту. Она пульсировала, она подступала ближе, еще ближе…

Новая вспышка красноватого огня слилась с синим протуберанцем молнии. В их двойном свете каменное пресмыкающееся скользнуло со своего постамента. Исполинская змея ожила! Треугольная голова взметнулась на высоту замковой башни, раздвоенный язык слизисто блеснул, предваряя смертельную атаку… Сверкнул алый свет. Его луч ударил чудовище прямо в один из огромных вертикальных зрачков. Змеюка скорчилась, свилась в кольцо и снова окаменела.

Кай наконец вспомнил, что надо дышать. Его внимание обратилось на загадочного змееборца. Им оказался высокий худой старик, сидевший верхом на такой же высокой и худой белой лошади. В правой руке всадник сжимал длинный посох, увенчанный крупным рубином. Он-то и был источником успокоившего чудище луча. За спиной старика виднелся второй всадник, помельче. Его буланая лошадка в испуге приседала на задние ноги и скалила опененную морду. Поводья ее были привязаны к седлу белого скакуна. Кай не мог разглядеть спутника мага как следует. Фигура наездника была скрыта длинным, тяжелым от воды плащом. На лицо спадал капюшон. Кай мог только угадать, что всадник буланой, судя по хрупкости силуэта, небольшому росту и тому, как легко плясала под ним лошадь, был женщиной или мальчишкой-подростком, как и он сам… Что могли делать женщина или подросток в компании престарелого мага на пути к проклятому Замку?

Совершенно заинтригованный, Кай следил, как всадники — волшебник впереди, освещая путь посохом, — осторожно продвигались вперед. Наконец они исчезли из поля зрения, скрывшись за очередным известняковым столпом. «Так, глядишь, мало-помалу и доберутся они до Южных врат. Другой вопрос — откроются ли перед ними врата?»

В этот момент слух мальчика уловил новую ноту в голосе бури. К шуму дождя, громыханию грозы и треску молний прибавился низкий, дрожащий звук почти на грани слухового порога. Звук этот обозначал угрозу, о которой Кай в своем возбуждении совершенно позабыл.

«Воистину сын ишака и сам ишак!» — выругал он себя, обшаривая глазами тени у подножия монументальных колонн. «Куда же они подевались? Может, еще не поздно предупредить их, подать знак? Иначе…» Прыгая с уступа на уступ по краю Челюсти, мальчик прислушивался к нарастающему низкому гулу. Казалось, он уже чувствовал содрогания скал под своими ногами. Это Водяной Змей, сын Дракона, разбуженный Молотом Грома, поднимал голову на дне горного озера. Еще немного, и он сорвет волшебную печать и устремится всей огромной массой вниз, в ущелье. Он пронесется между Исполинами, сметая все на своем пути, дробя древний камень, пока не сорвется в бездонную пропасть у стен Замка, в Глотку Дракона.

Закусив губу, Кай подтянулся, оскальзываясь, на узкий скальный балкон. С него просматривалась большая часть ущелья. Наконец-то! Красноватый свет мелькнул внизу: левее и дальше на север, чем он ожидал, и все же — недостаточно далеко! Мальчик заорал во всю силу легких, замахал руками. Он надеялся привлечь внимание путников, указать на пока невидимую, но быстро приближающуюся сзади опасность… Тщетно. Человеческий голос был не в силах перекрыть вой стихии.

Маг и его спутник были ослеплены молниями и к тому же не смотрели вверх. Их внимание занимали скрытые ловушки ущелья. «Все бесполезно. Что же делать? Смотреть, как двух единственных пришельцев из Потерянных Земель сожрет Змей? Навряд ли старикан сможет усмирить посохом такую змеюку. Может, туда ему и дорога. Только одной угрозой для Замка будет меньше». Тут Кай вспомнил про второго всадника, жмущегося к шее испуганной буланой кобылки. «Парнишку, конечно, жалко будет. Может, старик — его отец. Может, они вовсе и не враги. Если бы мне удалось им помочь… Сколько бы историй о чудесах Потерянных Земель они могли бы порассказать! На сколько вопросов могли бы ответить! Нет, этот шанс невозможно упустить!»

Не раздумывая больше, он сорвал с плеч тяжелый мешок и плащ. Они будут только стеснять движения. Кай сунул их в небольшую выемку у подножия нависшей над балконом скалы. Чуть подумав, затолкал туда же лук со стрелами: в ущелье они ему не понадобятся. Их можно забрать позже. Дикие звери по такой погоде до мяса авось не доберутся.

Размотав с пояса веревку, без которой не выходил в горы, Кай привязал ее к выступу покрепче. Налегке он заскользил по ней в ущелье, отталкиваясь от отвесной стены ногами. Добравшись до конца, скалолаз огляделся. Молния высветила мокрое дно ущелья метрах в десяти под ним. «Тролль и выхухоль! Веревка коротка!»

Сверкали молнии. Холодные струи дождя бежали прямо за воротник. Чуть ниже того места, где болтался в воздухе человек, то пропадала, то вновь возникала из темноты плоская макушка Исполина. Он принялся раскачиваться, сильнее и сильнее отталкиваясь от стены ногами. Набрав скорость, на высшей точке траектории Кай отпустил руки. Извернувшись в воздухе, как кошка, он грудью ударил неровный край монолита.

Камень был мокрый. Мальчик заскользил вниз, но ноги поймали опору в складчатом торсе. Он быстро втянул себя на вершину гигантской колонны, напоминавшей чудовищный гриб. Отсюда, в паузах между молниями, можно было различить слабое красноватое свечение, исходившее из посоха мага.

В этой части ущелья Исполины стояли тесно друг к другу, скучившись, как стадо овец. Местами расстояние между ними не достигало и трех метров. Макушки многих были плоскими и достаточно широкими, чтобы оставить место для прыжка. Кай разбежался и прыгнул. Паутина смертельного заклятия, натянутая между двумя колоннами, пронеслась под ним, не причинив вреда. Она была рассчитана на то, чтобы улавливать жертв, блуждающих между Исполинами, а не скачущих по их головам.

Еще разбег и прыжок. И еще один. И еще… Змей выталкивал воздух из ущелья на своем пути, и его давление чуть не опрокинуло Кая назад. Выпрямившись на макушке очередного монумента, он осмотрелся. Прямо перед собой, в голубых и фиолетовых вспышках молний, мальчик различил шевеления водяного чудовища. Исполин за Исполином исчезали в фейерверках бриллиантовых брызг, все ближе и ближе… В лицо бросило не дождевые струи, а смешанные с песком и каменным крошевом брызги — дыхание Водяного Змея. Но рубинового маячка нигде не было видно… «Неужели чужаки заблудились? Или просто ушли далеко вперед? Или… магия ущелья оказалась сильнее старикова посоха?»