Вечерние новости - Хейли Артур - Страница 51

За этим последовало интервью с криминалистом Ральфом Салерно.

Интервью с Салерно было записано при помощи спутниковой связи во второй половине дня; Салерно находился на студии в Майами, Партридж – в Нью-Йорке. Рекомендация Карла Оуэна подтвердилась: Салерно оказался человеком, который пользовался авторитетом в своих кругах, был красноречив и хорошо осведомлен. Он произвел столь сильное впечатление на Риту Эбрамс, что она устроила для него исключительный контракт с Си-би-эй до окончания расследования. Ему положили 1000 долларов за каждое выступление в программе новостей с гарантией, что их будет не менее четырех.

И хотя телестанции якобы не оплачивают интервью для выпусков новостей, это не всегда соответствует действительности: гонорар за консультационные услуги подпадает под другую статью и вполне допускается.

"Успех расследования любого тщательно организованного похищения, – заявил Ральф Салерно, – зависит от выхода похитителей на связь. До этого момента следствие, как правило, топчется на месте”.

Он продолжал свой ответ на вопрос Партриджа:

"Согласно статистике, ФБР работает весьма успешно – оно раскрывает девяносто два процента случаев похищений. Однако если внимательно проанализировать, кто и как был пойман, можно убедиться, что обычно успех операции обусловлен первым выходом похитителей на связь, а уже во время переговоров или передачи выкупа преступникам расставляются капканы”.

"Другими словами, – подвел черту Партридж, – вряд ли можно рассчитывать на успех до тех пор, пока похитители не объявятся”.

В завершение специального блока новостей президент телекомпании Марго Ллойд-Мэйсон выступила с заявлением.

Идея включить в передачу Марго принадлежала Лэсли Чиппингему. Вчера, вскоре после того, как экстренный выпуск о похищении вышел в эфир, Чиппингем сообщил ей о случившемся по телефону, сегодня утром он опять позвонил с докладом. В целом она отнеслась к этому известию с сочувствием и после их первого разговора позвонила Кроуфорду Слоуну, чтобы выразить надежду на скорое возвращение его семьи. Однако же, беседуя с шефом Отдела новостей, она сделала две существенные оговорки:

– Помимо всего прочего, подобные несчастья происходят еще и оттого, что телестанции, неизвестно зачем, превозносят своих ведущих до небес, в результате чего телезрители их чуть ли не обожествляют.

Правда, она не пояснила, как телестанции должны контролировать общественное мнение. Чиппингем же решил не ввязываться в бессмысленный спор. Второе ее замечание касалось группы поиска.

– Я не хочу, чтобы кто бы то ни было, в первую очередь вы, швырялся деньгами. Вы вполне можете уложиться в существующий бюджет телестанции.

– Я в этом не совсем уверен, – с сомнением проговорил Чиппингем.

– В таком случае будете беспрекословно подчиняться моим указаниям. Никаких дополнительных расходов без моего предварительного одобрения. Понятно?

«Интересно, – подумал Чиппингем, – эта женщина состоит из льда или из живой плоти и крови?»

Вслух же он произнес:

– Да, Марго, понятно, хотя должен вам напомнить, что рейтинг “Вечерних новостей” вчера вечером сильно подскочил вверх, и, по моим предположениям, будет непрерывно расти, пока эта история не закончится.

– Это всего-навсего доказывает, – холодно заметила она, – что и несчастья можно обратить в прибыль.

Да, участие президента телекомпании в сегодняшней передаче было само по себе вполне уместным, но Чиппингем надеялся еще и на то, что она сменит гнев на милость в отношении дополнительных расходов, в которых наверняка возникнет необходимость.

Перед камерой Марго держалась уверенно, поглядывая в заранее составленный для нее текст, который она сама отредактировала.

"От имени всех сотрудников телестанции и нашей головной компании “Глобаник индастриз”, – начала Марго, – обещаю, что мы мобилизуем все наши силы для поиска пропавших членов семьи Слоуна, ведь все мы переживаем его горе, как свое.

Мы очень сожалеем о случившемся и призываем правоохранительные органы не щадить усилий, ибо преступники должны предстать перед судом. Мы надеемся, что в самом ближайшем будущем наш друг и коллега Кроуфорд Слоун воссоединится со своими близкими – женой, сыном и отцом”.

В первоначальном сценарии “Глобаник” не упоминалась в передаче. Однако Марго, просмотрев текст в кабинете Чиппингема, предложила сослаться на “Глобаник”.

– Я бы этого не делал, – возразил Чиппингем. – Зрители воспринимают Си-би-эй как некую данность, часть американской культуры. Если мы начнем ссылаться на “Глобаник”, этот образ разрушится, пользы же не будет никому.

– То есть вы хотите сделать вид, – парировала Марго, – что Си-би-эй – этакая жемчужина в королевской короне, существующая сама по себе. Так вот, она – ни то, ни другое. В “Глобаник” относятся к Си-би-эй, скорее, как к чирью на заднице. Так что ссылка на “Глобаник” обязательна. А вот слова “наш друг и коллега” propos <относительно, касательно (фр.).> Слоуна можете выбросить. Похитили у него кого-то или нет, бесконечное упоминание о нем мне надоело.

– Давайте заключим сделку, – сухо предложил Чиппингем. – Я обещаю полюбить “Глобаник”, если на время всего одной передачи вы станете другом Кроуфорда.

Впервые Марго громко рассмеялась.

– Черт с вами, договорились.

После первого дня сумасшедшей активности группа поиска топталась на месте, и это не удивляло Гарри Партриджа. Ему не раз доводилось участвовать в подобного рода расследованиях, и он знал, что членам любой новой команды нужен по крайней мере день на то, чтобы освоиться. Тем не менее откладывать составление плана работы было нельзя.

– Давай-ка устроим деловой ужин, – предложил он днем Рите.

Рита все устроила, и шесть главных действующих лиц – Партридж, Рита, Джегер, Айрис, Оуэне и Купер – собрались в китайском ресторане сразу по окончании выпуска “Вечерних новостей”. Рита выбрала “Шан Ли Уэст” – любимый ресторан телевизионщиков, расположенный на Шестьдесят пятой улице в западной части города, недалеко от Линкольн-центра. Заказывая столик, она попросила метрдотеля Энди Йюнга: “Не показывайте меню. Сами закажите хорошую еду и выберите для нас уголок потише, чтобы можно было разговаривать”.

Во время рекламного ролика, следовавшего за пятиминутным сообщением о похищении, которое открывало выпуск “Вечерних новостей”, Партридж уступил кресло ведущего Кроуфорду Слоуну; тот сжал руку Партриджа и шепнул:

– Спасибо тебе, Гарри, за все.

– Некоторые из нас будут работать до ночи, – уверил его Партридж, – постараемся что-нибудь придумать.

– Знаю. И благодарю.

Слоун, как обычно, бегло просматривал тексты, которые положил перед ним ассистент; глядя на него, Партридж ужаснулся его виду. Даже грим не мог скрыть губительных следов минувших полутора суток. Щеки ввалились, под глазами мешки, глаза красные; Партридж подумал, что, возможно, оставаясь один, Слоун плакал.

– С тобой все в порядке? – спросил он шепотом. – Ты уверен, что в состоянии работать? Слоун кивнул:

– Ублюдкам не удастся выбить меня из колеи.

– Пятнадцать секунд, – предупредил режиссер. Партридж отступил от камеры и бесшумно вышел из эфирной студии. Он следил за Слоуном по монитору до тех пор, пока не убедился, что тот сумеет продержаться до конца. Затем отправился на такси в “Шан Ли Уэст”.

Им приготовили столик в глубине зала, где было более или менее тихо.

Заканчивая первое блюдо – дымящийся ароматный суп из зимних сортов дыни, – Партридж обратился к Куперу. Молодой англичанин провел большую часть дня в Ларчмонте, разговаривая с каждым, кто располагал хоть какой-то информацией о похищении, в том числе и с местными полицейскими. Он возвратился в штаб-квартиру группы поиска уже к вечеру.