Le prisonnier du souverain sombre (СИ) - "Emerald" - Страница 130

Отстегнув опухшие руки любовника от дыбы, он позволил тому повалиться на колени и встал перед ним, за волосы, рывком, подняв голову вампира к своему паху. Герайн сразу же послушно открыл рот. Рианэлл, не обращая внимания на давящегося его плотью любовника, вошел в горячий рот вампира. И, придерживая голову крон-герцога за волосы, сразу задал бедрами нужное движение, резко и грубо имея любовника, ничуть не беспокоясь об удобстве последнего. Затем, предчувствуя собственный оргазм, Рианэлл освободил рот вампира и отвесил сильную пощечину, отчего тот рухнул на пол. А генерал мгновенно оказался над ним, поворачивая избитое тело и выдергивая фаллос. Какой бы большой не была игрушка, но собственный орган бастарда ее превосходил в размерах. И потому Рианеллу пришлось потрудиться, чтобы просунуть свой член в покорного любовника, при этом не порвав его.

- Еще раз узнаю, шлюха, что ты спишь с кем-то, кроме меня, з**** до смерти! — Рявкнул генерал и ударил вовнутрь, с удовольствием слыша влажные шлепки своих яиц об истерзанные бедра крон-герцога…

- Не забил? — опасливо покосился слуга на беспамятного вампира, когда усталый от длительного марафона с любовником, генерал вызвал его в каземат, загодя приспособленный под такие игры.

Рианелл пренебрежительно отбросил в сторону испачканный в крови и сперме платок, которым вытирал руки. Обессиленный пытками и множественными оргазмами вампир находился в глубоком обмороке, валяясь на каменном столе с распяленными в стороны ногами. Не смыкающийся анус сочился спермой и кровью.

- Разве такое может нравиться?.. — С невольной брезгливостью, густо замешанной на недоумении, спросил слуга. Генерал только хмыкнул.

Не обращая внимания на промозглый холод подземелья, босыми ногами прошлепал за камень и достал из притулившейся там сумки флягу с густым южным вином. С удовольствием выхлебал половину и только тогда ответил: — У каждого свои вкусы. Вот именно этого психа возбуждает боль.

- Он хоть выживет?.. — с сомнением вопросил слуга, рассматривая посиневшее неподвижное тело, в густых разводах крови.

- Живучая тварюшка, — равнодушно отозвался Рианелл. — Выживет. Ему как собаке надо время от времени напоминать руку хозяина, чтобы знал свое место! Давай, поднимай наших. Я уже договорился с перевертышами. Они поддержат нас своими рейдерами. Так что хватит просиживать зады, пора поработать мечами!

…Тонкие пальцы Эльданы, отягощенные фамильными перстнями, спокойно лежали на темном дереве письменного стола. Никто бы не заметил их дрожи, если бы вошел в огромный кабинет прежнего императора.

Даже в одиночестве, бывшая принцесса эльфов скрупулезно себя контролировала, не позволяя никакому чужаку отследить собственные эмоции. Только отец и Эйсмирин могли видеть ее настоящей.

Вот и сейчас, одна, запретив себя беспокоить, Эльдана продолжала скрываться. Впрочем, пару раз подобная привычка спасала ей жизнь и репутацию. Это когда враги использовали энергоемкое заклинание невидимости…

С самой ранней юности, пережив гибель матери и старшего брата, наследного принца эльфов, Эльдана скрывалась, ловчила и предавала, пытаясь сохранить корону на голове отца, окруженного слишком большим количеством младших братьев, рвущихся к власти вместе со своими амбициозными сыночками. Отец, которому корона досталась по праву первородства, был бы достойным правителем небольшого королевства, занимающего лесистые предгорья Великого хребта. Если бы не его порывистость и …да чего уж скрывать!.. недальновидность. Если бы не интриги дочери, корона давно бы оказалась на голове одного из его братьев или племянников. Или бы их съели весьма агрессивные дроу. Они, в отличие от южных соседей-вампиров, давно точили зубы на богатые самоцветами предгорья. К тому же, светлоэльфийское королевство не имело выхода к мору и задыхалось в своей изоляции, а весь поток товаров шел через земли соседей, не упускавших возможности наварить прибыль на столь выгодной перепродаже. Долго бы еще соседи решали — захватить их земли или нет? У эльфов не было будущего.

Эльдана понимала это как никто другой. Именно она всегда стояла за спиной своего отца, направляя его и предлагая решения. По сути, именно она была теневым правителем королевства, и это ее неимоверно бесило.

Хотелось выйти из тени.

Хотелось признания. Не как женщины, а как полновластной правительницы. Но этим миром правили мужчины. Для женщин была отведена роль любовницы, жены и матери потомства. Только в землях вампиров и драконов были женщины-правительницы. У первых — в силу двойственности их натуры, хранящей в себе как мужское, так и женское начало. А драконы… Слишком мало было известно про столь закрытый народ.

И еще одно некогда поняла Эльдана.

Что этим миром правит не сила. Правит хитрость.

Это случилось, когда у нее на руках от пропущенного смертельного заклинания умирал младший брат, и лекари сообщили, что из-за того же заклинания отец больше никогда не будет иметь детей.

И она стала хитрой.

Чтобы выжить и защитить отца — единственное существо, оставшееся от ее любящей семьи. Отца, который некогда рассказывал ей с братьями сказки и смеялся вместе с мамой над их шалостями.

Именно поэтому она задумала, спланировала и осуществила всю задумку со своим замужеством. Чтобы править.

Чтобы показать всем этим самодовольным мужланам, что она, женщина, ничуть не хуже их. А то и лучше.

И только сейчас Эльдана впервые задумалась: а стоило ли ей выходить из тени?..

Пока она была за плечом отца, все казалось таким понятным и решаемым. Но стоило примерить на себя настоящую власть, как мир встал с ног на голову.

Что же она сделала не так? В чем она ошиблась?

Или стоило продолжать править из-за спины отца, а затем и мужа?

Вот только управлять Натаниэлем ей никогда не удавалось. Именно поэтому ей с самого начала не нравился союз с ним, хотя он открывал намного больше возможностей, чем брак с вампиром. Рауль казался ей более подходящим кандидатом для политических манипуляций. Но он отверг ее. Впрочем, как Эльдана недавно убедилась, манипулировать проклятым кровососом у нее не получилось бы. При всей своей кажущейся мягкости, Рауль был невероятно упрям и четко знал, чего хочет. Молчаливый, вдумчивый вампир никогда бы не позволил себя одурачить. Такое могло пройти только с импульсивным, вспыльчивым императором, да и с тем эльфийка не справилась. Любвеобильный Натаниэль ничуть не повелся на ее эффектную внешность, на что бывшая принцесса сильно рассчитывала. Этот (как и все дроу!) озабоченный козлино, оказывается, по самые уши втрескался в отказавшего ему вампира! И даже хранил ему верность!..

Уму непостижимо…

Пришлось таки рожать императорского ублюдка, хотя беременность она планировала намного позже. Нет, с Лордами Совета все прошло как нельзя лучше. Еще бы! В свое время столько сил и сокровищ было истрачено на их подкуп! Нет. Не так. Не на подкуп. Магия трона не позволила бы чистокровным дроу пойти против истинного повелителя. Она с отцом всего лишь заручилась согласием нобилей на поддержку своего сына и ее как регентшу, в случае гипотетической гибели Натаниэля.

Но потом все пошло наперекосяк.

Неожиданно из Совета демонстративно вышел граф Дорризани, единственный, кто с самого начала совершенно бескорыстно поддержал ее. Вышел после того, как его младший сын-полукровка прислал отцу головы всех его чистокровных жен и детей в корзинах с цветами. Как слышала Эльдана, расправы избежала только единственная дочь графа, как и Гирисс дэрро Ганнэ, полукровка, правда на треть. В последнее время императрице-регентше все больше и больше казалось, что дэрро Ганнэ поступил так не только из личной мести, а по приказу своего дружка-генерала. Этот жест разом лишил ее того, кто мог оказать новой власти не только финансовую, но и политическую поддержку. При этом граф Дорризани не протестовал и не клялся отомстить сыну. Он просто перестал замечать то, что происходило в стране, затворившись в своем столичном особняке вместе с выжившим ребенком.