Le prisonnier du souverain sombre (СИ) - "Emerald" - Страница 142

- Зачем он едет? — Удивился Рауль.

- Та мразь была его единственным сыном, — зло буркнул Сорвадэл. — Больше у него наследников нет. Он подъехал в одиночку к северной пропасти и докричался до наших патрулей. Причем, орал до тех пор, пока его не переправили на нашу сторону. И как только не пристрелили!.. Впрочем, это и к лучшему, так как этот тип входит в имперский Совет.

- Это не граф Каринок часом? — Уточнил Рауль, припоминая, что во время своего пребывания в плену, слышал, что именно этот советник Натаниэля потерял единственно сына, погибшего при весьма странных обстоятельствах в собственной постели.

Сорвадэл кивнул.

- Мне будет проще переговорить с ним, — сообщил он повелителю. Рауль наклонил голову.

- Пусть будет так, — согласился он. — И позовите магов: мне надо связаться с братом.

…Герайн сильно сдал.

Нет, внешне крон-герцог выглядел по-прежнему юным и красивым. Даже очень юным и каким-то невероятно хрупким.

Надломленным…

Но вот глаза…

Золотисто-зеленые, хризолитовые, глаза потускнели, подернулись неприятной серой пленкой. Взгляд из-за этого напоминал змеиный, только что вертикальных зрачков не хватало.

- Нууу, нааадо же… какааая честь для меня! — Глумливо растягивая слова, выдал младший принц, увидев, кто с ним связался. Рауль с неприятным изумлением рассматривал брата. Нет, он и раньше знал, что у Герайна не все в порядке с головой, но увидеть это вот так… воочию.

А ведь он помнил совсем другого мальчишку. Да, вредного и донельзя избалованного отцом. Да, завидующего его первородству. Да, грубого и порывистого. Но не было тогда в крон-герцоге этой дурманящей нотки безумия и жестокости. Даже после своего ранения в голову Герайн еще оставался прежним, правда, замкнулся и ожесточился сердцем, но еще не обезумел.

Что же произошло?

- Как жаль, что ты не сдох, — выдал младший братик в лицо ошеломленному подобным приветствием старшему. Рауль онемел, и тут же рука Алектарана (мудрый, правильный дипломат Алектаран!)… тут же его рука сжала запястье короля, напоминая не спорить, а только слушать. Внимательно слушать.

- Ты… Ты во всем виноват! — Продолжал яростно Герайн. — И как только еще земля тебя носит?! Почему тебя там, в империи, не **********, шлюха дроувская?! Сдохни же, наконец, убийца!..

Вот этого уже Рауль не смог вынести.

- Что ты несешь? — Ледяным тоном вопросил король, надменно выпрямляясь в своем кресле. — Я, в отличие от тебя, никого не убивал. И не открывал врагу дорогу в самое сердце собственной страны!

Но Герайн не слушал его. Лихорадочно блестя глазами, он близко-близко наклонился к магическому зеркалу.

- Я никого не предавал, — неожиданно спокойно произнес он. — А убил только ту, что мне бессовестно изменяла. Кстати, имел на это полное право! Или ты думал, что я буду воспитывать твоих ублюдков? А в Ромоэну я открыл путь для того, кого люблю всем сердцем… для своего будущего мужа. Генерал Рианэлл хотел переговорить с тобой о нашем с ним браке.

Рауль онемел! Рядом возмущенно зашептались его советники и маги-артефакторы.

- Риа любит меня, — тихо, застенчиво и очень нежно продолжал рассказывать Герайн, глядя куда-то вдаль мечтательными глазами. Потом лицо крон-герцога стало печальным, и он, вздохнув, вновь посмотрел на возмущенного брата: — Как генералу вражеской армии ему был закрыт путь по нашим землям. А он хотел видеть маму и тебя… Хотел перейти на нашу сторону. Из-за меня… И я отключил Стражей, чтобы он смог с вами побеседовать. И война бы закончилась…

- Ты же ненавидишь дроу!.. — только и смог выдать в полном ошеломлении Рауль. Но брат отрицательно мотнул головой: — Риа не дроу… Он полукровка и тоже от них пострадал. Риа хотел мира… а ты на него напал. А когда мама вмешалась, ты и ее убил…

Рауль не знал, что и сказать на подобный бред!..

То, что брат не адекватен, он уже понял. Но услышать подобное!..

- Государь, — наклонился к нему глава Академии артефактов, — пора заканчивать этот балаган. Крон-герцога ничто не убедит.

Король чуть кивнул, соглашаясь. Но все-таки попытался напоследок воззвать к остаткам разума брата.

- Гери, — обратился Рауль по детскому прозвищу герцога. — Я не убивал маму. Это сделал твой Риа. А предварительно его солдаты над ней надругались. Так же как и над Иллианой.

- Лжешь!.. — безмятежно отозвался Герайн. — Ты убил маму… А еще раньше ты убил отца!

- Его-то почему? — Устало вопросил Рауль: ректор был прав, этот бессмысленный разговор пора было заканчивать. — Ты же сам видел, как его убивали дроу.

- Ты еще не понял?! — Неприкрыто удивился младший брат. — Если бы император не был тобой одержим, война не началась бы. И папа не погиб. Он ведь тебя защищал! Значит, это именно ты привел врага в королевство. Именно ты убил отца и маму. И, кстати, о какой Иллиане ты ведешь речь?

- Как?.. — откровенно растерялся Рауль. — О нашей с тобой сестре…

Герайн с бесконечной жалостью посмотрел на старшего брата.

- И кто из нас безумен? — Вопросил он. — У нас с тобой не было никакой сестры. Были только мы двое… Так что, откажись от трона в мою пользу, и я, так и быть, сохраню твою никчемную жизнь.

В следующий миг крон-герцог взмахом руки разрушил заклятие, оставив своих оппонентов переваривать услышанное.

…Рауль разглядывал двухлетнюю девочку, одетую в простое платьице, что обычно носили крестьянские дети. Некогда длинные, темно-каштановые волосы были косо обрезаны и пушистыми прядками выбивались из-под узорчатой головной ленты.

Ребенок не по-детски серьезно смотрел на короля слишком большими для исхудавшего бледного личика ярко-зелеными глазами. Королю на какой-то миг даже показалось, что на него смотрит Эклевия. Глаза, вот и все, что малышка унаследовала от своей матери. В остальном кроха была полной копией Герайна.

И как брат мог сомневаться в своем отцовстве? Если не верил магам, то мог бы поверить собственным глазам. Серила не имеет никакого отношения к Раулю. Да и не могла иметь, слишком хорошо любовники предохранялись.

- Мы с трудом сбежали из поместья, когда милорд обезумел, — тихо рассказывала пожилая вампирша, на коленях которой сидела девочка. Король смутно помнил ее. Кажется, она была одной из прислужниц покойной крон-герцогини. Страшная смерть, постигшая Эклевию, поразила его до глубины души.

- Ваш брат, государь, смертным боем бил свою супругу. Частенько поднимая руку и на ребенка. Девочка боялась его пуще смерти. — Говорила старая нянька. Она вместе с еще несколькими слугами сумела спастись из того ада, в который превратился дом крон-герцога. — Мы ушли сначала в столицу… думали найти справедливости у вас или вашей достопочтимой матушки. Но Ромоэна к тому времени была уже захвачена. Хорошо, что у одного из наших были родственники в горах, так что было, куда податься… Но что нам делать дальше — не знаем. Ваш брат… — женщина судорожно вздохнула. — Ваш брат предал собственный народ. Люди его ненавидят. Мы никому не говорили, чья дочь маленькая госпожа. Но если люди узнают!.. Здесь слишком много тех, кто потерял кров и близких из-за лорда Герайна…

- Хорошо, — очнулся Рауль от раздумий и поманил к себе девочку. Но та настороженно зыркнула на чужака своими глазищами и тесней прижалась к няньке. Что делать с дочерью брата, он не знал. Конечно, он не оставит племянницу. Ребенок не виноват в прегрешениях своего сумасшедшего отца. Но хотелось бы видеть Серилу не просто безымянным ребенком, а занимающей положенное ей по праву рождения место. К тому же она тоже пострадала от рук Герайна, столь рано потеряв мать.

- Государь, — склонился к его уху стоявший за королевским креслом Вареш. — Позвольте мне удочерить девочку. Вы знаете мое прошлое… и знаете, что я не могу иметь детей. Но род Жао Глорис не прервется на мне, если Серила станет моей наследницей и подарить долгожданных внуков. Мой род снова займет положенное ему место. А девочку никто и никогда не обвинит, что она дочь предателя!