Иметь банкира. Столичная Love Story - НеРобкая Оксана - Страница 23

…Щвейцар на входе уважительно поклонился. Гарсон улыбнулся, назвал по имени-отчеству и провел за свободный столик.

– Специально для вас держали, Анна Сергеевна.

– Правильно, Диня. Поди купи нам фишек на все. – Дама протянула гарсону несколько крупных купюр.

– Сделаю, Анна Сергеевна.

Было уже около шести утра. Казино постепенно пустело. Пашка не умел играть, поэтому сидел и наблюдал. Женщина спрашивала, какая его любимая цифра или какой цвет – черный или красный – он предпочитает в это время суток. По всей видимости, ей везло. Она даже немного разволновалась, на щеках выступил румянец. Парню представилось, что именно так она выглядела лет двадцать назад. Свежая, искренняя.

– Что, Аннушка, альфонса сняла? – фраза была адресована его спутнице. Пашка поднял взгляд на элегантного мужчину с аккуратной бородкой. Он щурил глаза, оглядывая Павла, обращаясь при этом совсем не к нему.

– Что тебе надо, Гена? Мы расстались, так что иди своей дорогой. – Перемена в ее лице была едва заметная, но стриптизер уловил ее. Он видел подобное и раньше: беззащитность, обида и мучительное, болезненное чувство любви.

– Послушай… – Мужчина придвинулся к женщине.

Пашка отреагировал немедленно:

– Это ты послушай, клоун. Переварил, что сказала леди? Могу повторить.

Анна Сергеевна и незнакомец широко раскрыли глаза.

– Ты кто такой?

– Вряд ли тебя это касается. Важно, что Анюта, – парень глянул на ее безымянный палец: кольца не было, – моя невеста, и я не позволю непочтительно с ней обращаться.

Было заметно, что гонора у мужчины поубавилось. Но сразу сдавать позиции он не собирался:

– Да ты знаешь, кто я?

–Догадываюсь. – Паша повернулся к женщине: —Анюта, полагаю, это тот несчастный Гена, у которого не хватило мозгов удержать и понять твою утонченную натуру?

Павел обнял женщину за плечи и покровительственно поцеловал в ушко. Выразительно посмотрел на мужчину. Тот замер от неожиданности.

– Ты собралась замуж? – в его голосе звучали недоумение и злость.

– Если ты хочешь обсудить, – ответил за женщину парень, – давай выйдем и обсудим по-мужски.

–Давай выйдем! —Геннадий покраснел от гнева.

– Так, прекратите балаган! – опомнилась Анна Сергеевна. – Гена, думаю, что нам не о чем с тобой разговаривать. Паш, отвези меня домой. Только сначала заберем выигрыш.

Парень с любовью погладил ее по волосам и повел к выходу. Сам сел за руль. Женщина вжалась в пассажирское сиденье, закрыла лицо руками.

Второй раз за несколько часов он входил в ее жилище. Она уже пришла в себя. Потягивала алкоголь из бокала и поглядывала на спутника.

– Анна Сергеевна, простите за самодеятельность. Мне показалось…

– Знаешь, я заметила, что тебе все кажется правильно. Спасибо.

– Да за что…

– Есть за что. Ты сделал для меня очень многое. Теперь он будет знать, что не единственный принц на земле.

– Но вы до сих пор его любите, – это было скорее утверждение, чем вопрос.

– Довольно откровенности. Ее нынче и так перебор. Поезжай.

– Уверены?

– Павлик, ты отлично сымпровизировал, но поверь, достаточно. Ты можешь идти. – Женщина порылась в сумочке и протянула ему деньги. – Твоя половина выигрыша. Ты и правда принес удачу.

– Что вы, глупости.

– Павлик. Позволь и мне поступить красиво.

Наклонился, чтобы поцеловать ее. Она отвернулась.

…Дома он долго стоял под душем. Необычная вышла ночь.

Он смотрел в окно. Снег падал сплошной пеленой, соседние дома едва угадывались. Ни одного прохожего. Оно и понятно. Какой кретин выползет ранним утром первого января? Пашка жутко устал, но никак не мог заставить себя отправиться в койку. Достал из кармана пачку, которую всучила дама. Посчитал. Десять тысяч долларов. Даже не удивился. Не обрадовался. В последнее время он стал замечать за собой безразличие. Не трогало ничего, кроме… Пашка рассердился на самого себя. Надо же было так облажаться! Влюбиться невзаимно! Чего себя-то обманывать? Ведь влюбился, да. Придурок. Тебе ведь четко дали понять: друзья-приятели, не больше. Может, потому и запал, что послали? Привык к девушкам, которые сами на шею вешаются, а тут эдакая невезуха. Задело. Рефлексию на хэ! Еще поживем, увидим, как все сложится…

ПОЛИНА. ИЗБРАННИК ИЗ ПЛЕМЕНИ МУГАМБА

Вчера Поля приехала к родителям, засиделась допоздна на кухне с мамой и осталась ночевать. Утром мать завела старую пластинку: когда ж ты внуков родишь, тридцать лет скоро. Пришлось соврать, что есть ухажер, весь такой положительный, вот с ним-то Поля и будет отмечать Новый год.

–Славно, славно! А то как синий чулок одна да одна, – охала мама, нарезая колбасу для оливье. Единственная дочь, и в старых девках! В кого только пошла! Братья ее, вон, давно уже переженились. Сашке едва двадцать стукнуло – невесту привел. Совет да любовь. А Полина… Горе луковое. От дочери-то самые верные внуки, самые родные. И чего тянет?

Слушая ее, Поля следила, чтоб не подгорел черничный пирог, а заодно глядела во двор. Отец возился у гаражей над своей «девяткой», а Валентин давал ему советы. Валя – соседский сын, Поля с ним вместе в школу ходила. Ухаживал за ней с первого класса. Вот и сейчас кидает взгляды на окно. Ишь ты, заметил. Давно не виделись. Поля кивнула. Он совсем не меняется. И очки у него все те же, с широкими черными пластмассовыми дужками. Кошмар.

Пообедали, посмотрели телевизор, и Поля засобиралась. Если честно, не слишком вдохновляла вечеринка с сослуживицами, такими же одинокими неудачницами. Но все лучше, чем с гарнизоном соседей за большим столом и народными песнями под водочку. У подъезда столкнулась с Валькой. Точно караулил, не иначе.

– Полина! Привет! С наступающим!

– И тебя!

– Ты все хорошеешь.

– Скажешь тоже!

– Полина, а ты с родителями будешь праздновать? Мои к твоим пойдут, я тоже.

– Нет, Валя, у меня другая компания. – Поля сделала нетерпеливый жест. – Пойду-, а то опоздаю. Да и холодно на морозе беседовать.

– Так давай как-нибудь в кафе сходим. Полина рассмеялась:

– Валька, ну какое кафе, ей-богу. Иди уже! До остановки автобуса она шла улыбаясь.

Когда подъехала к дому Марины, у которой и намечались посиделки, настроение несколько упало. Чего лукавить, хотелось гулять по Красной площади в обнимку с родным человеком. Он бы дул на ее щеки и нос, прогоняя снежинки. Прижимал крепко и шептал всякие нежности. Затем они разместились бы в уютном ресторанчике с живой музыкой. И, взявшись за руки, строили планы на будущее…

– Привет, Полин, проходи. Анжелика и Ирка уже пришли. Раздевайся. – Хозяйка встретила в халате и фартуке. – Извини за домашний вид, никак не доделаю салат.

Поля сняла дубленку и повесила на плечики.

– Тебе помочь? Вот тут в пакете фрукты.

– Почти все готово, так что ступай в зал. – Марина ловко подхватила пакет и исчезла на кухне. Среди коллег она слыла негласным лидером. Не столько из-за того, что была старше всех, сколько из-за неуемной энергии. К своим 39-ти она успела дважды развестись и теперь твердо решила, что одной жить куда привлекательнее. Кроме того, свои прямые обязательства перед человечеством она уже выполнила: родила дочку и даже стала бабушкой.

Ира и Анжелика торговали в отделе мягких игрушек, Полина – в секции напротив: товары для малышей. Погремушки, пупсики, распашонки. Сами понимаете, тут волей-неволей захочешь дитятко. Каждый раз, выбивая чек счастливой мамаше, Поля боролась с острым чувством зависти. И ничего не могла поделать. Соседка Лида неоднократно советовала сменить работу. «Понимаешь, Поль, ведь «Детский мир» в основном посещают супружеские пары, так что это гиблое место для знакомства». Лида была права, но Полине здесь нравилось. К тому же иногда в отдел заходили молодые люди, которые хотели купить подарок, предположим, племяннику. С недавних пор на Полину некоторые клиенты стали с интересом посматривать и Даже советоваться. Это хорошо, что она постройнела. Лишь бы не сорваться и не начать уплетать вкусности за обе щеки.