Иметь банкира. Столичная Love Story - НеРобкая Оксана - Страница 41

– Все готово, – мужчина потирает ладони.

– Я вам очень признательна, – застенчиво отвечаю я.

– Вы сегодня на удивление вежливы, – усмехается он.

Вопросительно смотрю на него.

– Кстати, вам и красный цвет тоже очень идет, не только синий.

Я нынче в алой водолазке. Но при чем здесь синий?

– На автомотовыставке вы были в длинном эффектном платье…

Пристально гляжу на собеседника и чуть не стукаю себя по лбу. Это ведь он был в той пресловутой телогрейке! Надо срочно реабилитироваться.

– У вас потрясающая память на лица, – говорю, будто бы застыдившись.

– Не на все. Признаться, только на миленькие, – улыбается мужчина. – Давайте наконец познакомимся? Вы не против? Меня зовут Андрей.

– Лида.

– Не поехать ли нам завтра в какой-нибудь тихий ресторан, Лида?

На следующий день, в восемь вечера, я выхожу из подъезда. В трех метрах припаркован черный джип. Тот самый, вчерашний. Андрей приоткрывает дверцу, приглашая в салон. Усаживаюсь на заднее сиденье. Пока мы едем, мужчина говорит по телефону. Просит прощения за свою неучтивость, но «срочно нужно решить один вопрос». Покладисто киваю. Но по фразам, которые я улавливаю, создается впечатление, что он переливает из пустого в порожнее. Вероятно, любит погутарить долго и красиво. Двухчасовая беседа за ужином приоткрывает завесу над личностью Андрея.

Его манера держаться указывает на благородное воспитание. Он вполне может сойти за англичанина. Несколько лет он действительно жил в Лондоне. Сейчас наведывается туда три-четыре раза в год. Полагаю, у него там бизнес. Какой именно – на первом свидании мне не признались. С его слов, бизнес достался ему по наследству. Андрею не пришлось проявлять больших талантов. Все было организовано и налажено отцом. (Мне показалось, что собеседник весьма гордится сим обстоятельством.) Фактически Андрей лишь контролирует нанятых управленцев, которые и ведут его дела. У него много времени на хобби – мотоциклы. Любит прикинуться бесшабашным байкером и погонять по столичным трассам. Надо заметить, подобное увлечение прибавляет забот его охране. Им приходится ездить следом за хозяином и быть готовым к разборкам с ментами или с недоброжелателями.

Андрей подробно расспрашивает обо мне. Рассказываю ему басни про то, как я, единственная кормилица для мамы, папы и сестренок, отправилась покорять большой город. И всего-то я, умница-разумница, добилась сама. И машину купила, и квартиру. Тружусь с утра до ночи, не покладая рук. Мужчина качает головой:

– Трудно юной девушке одной в мегаполисе. Неужели не было возможности познакомиться с кем-нибудь? Кто бы тебя поддерживал?

Интуиция подталкивает сделать круглые глаза и оскорбленно заявить:

– Я не желаю быть ничьей содержанкой! Меня воспитывали в достойных традициях.

И поддерживать себя во всех отношениях я позволю единственному мужчине, моему супругу. Которому буду верна до гроба.

Андрей приятно поражен. Задумывается на мгновение, потом говорит:

– Ты рассуждаешь не так, как большинство твоих ровесниц. Чему я несказанно рад.

Две недели я активно провожу в жизнь политику высокодуховной интеллектуально развитой личности. Каждая новая встреча становится длиннее. Андрею все труднее расставаться со мной. Он очарован моей непохожестью на современную молодежь. Я легко поддерживаю беседы о литературе, театре и музыке. Мужчина не догадывается, каких мне это стоит усилий. Мое утро начинается с чтения в Интернете новостей искусства. Я с трудом запоминаю фамилии известных композиторов и названия их нетленных произведений. Приходится конспектировать, чтобы не ударить в грязь лицом. Мы посещаем богемные места. Общаемся с нетривиальными личностями, с которыми мне невообразимо скучно. Андрей дарит орхидеи охапками. (Ему померещилось, что это мои любимые цветы. Но я к ним равнодушна.)

Пару раз мужчина изъявляет намерения поцеловать меня, но я так испуганно вздрагиваю, что он бросает свои нечестивые попытки. Прикоснуться к моим яхонтовым губам разрешаю через месяц после знакомства. Я так прочно вошла в роль возвышенной барышни, что даже сама заволновалась, когда его язык проник в мой рот. Мужчина почувствовал мою дрожь и чуть не спустил в штаны от восторга. Похотливое животное.

Сочетание ума, изящных манер, скромности и идеального тела, в которое Андрей впивается взглядом в бассейне, делает свое грязное дело. Я уверена, он почти влюблен. Пора бы! Все-таки я напряженно трудилась больше двух месяцев! И уже успела немного изучить Андрея. Все его благородство —явно наносное. Большинство его суждений о прекрасном я нахожу в газетах и журналах. Свой взгляд на что бы то ни было он добывает из мнений окружающих. Такая его характерная черта мне на руку. Если другие оказывают на него влияние, то я тоже смогу. Он воспринимает мое подыгрывание его дворянскому эго за чистую монету. Чудесно. Необходимо подтолкнуть его к необдуманному поступку типа предложения руки и сердца.

Но как? Затея не из легких. В голове вертится множество вариантов. Решаю остановиться на трех. На их осуществление понадобится, как минимум, два месяца. Итак, задача номер один. Мужчина должен испугаться потерять меня. Без Маруси не обойтись. Мы репетируем с ней цирковой номер раз десять, пока не добиваемся автоматизма.

Я специально договариваюсь пересечься с Андреем у одного кафе, расположенного у мало оживленной трассы. В жаркий июльский вечер подъезжаю к условленному месту с небольшим опозданием. Мужчина стоит на другой стороне дороги и приветливо машет рукой. Выхожу из авто. На мне коротенькая юбочка и воздушная блузка. Я смотрю на Андрея и перехожу дорогу… И тут, откуда ни возьмись, несется автомобиль. О ужас! Я его не замечаю! Он едет не слишком быстро, но столкновение неизбежно. Машина проезжает в десяти сантиметрах от меня, но я театрально прыгаю на асфальт. Со стороны выглядит, будто произошла чудовищная авария. Водитель авто понимает, что натворил непоправимое. Нажимает на педаль газа и скрывается из виду. Даже если кто-то попытался рассмотреть номера – ничего не вышло, ибо они надежно заляпаны грязью. Уж мы с Машей постарались. Не побоялись запачкать белы рученьки в луже неподалеку.

При падении слегка ударяюсь коленкой. Наверное, будет синяк. Ничего, немного можно и пострадать ради будущего. Лежу неподвижно, изображая бездыханное тело… Андрей подбегает, склоняется над телом и трясет за плечо.

– Лида, Лида!

Молчу, как комсомолка на допросе. Меня поднимают на руки. Несут. Аккуратно кладут на заднее сиденье. Кожаное. Джип, сто процентов. Андрей кричит водителю гнать в больницу. Его ладонь гладит мои волосы. Чувствую, как дрожат его пальцы. Зайчоночек.

Когда меня заносят в палату, приоткрываю глаза и прихожу в себя. Доктор внимательно осматривает. Андрей уже успел поведать ему, какой невообразимой силы удар сбил с ног бедную девушку. Врач удивлен моей везучестью: две ссадины и один синяк. Симулирую сотрясение головного мозга: жалуюсь на тошноту и головокружение. Врач делает томографию, и никаких гадостей не находит. Но лучше пару дней провести в постели и не напрягаться.

…Я лежу в кровати у себя дома, Андрей сидит рядом и с волнением рассказывает, как он перенервничал.

– А я даже испугаться не успела. Только подумала о том, что больше никогда тебя не увижу, – выдавливаю из себя слезу. Она выразительно стекает по припудренной щеке. Мужчина бережно вытирает ее. Момент необычайно пафосный. Подкидываю дров: – Даже будучи без сознания, я ощущала твою присутствие и поддержку. Поэтому я не могла уйти навсегда… То, что я осталось жива, – самое настоящее провидение…

Речевые обороты покоряют Андрея, и он не находит, что ответить. Качает головой и пожимает мою руку. Ах, какая трогательная сцена. Наклоняется и целует меня. Издаю легкий стон.

Когда за мужчиной захлопывается дверь, я облегченно вздыхаю и мчусь к телефону. Маша изнывает от любопытства.