Лизать сахар. Жизнь втроем - НеРобкая Оксана - Страница 12

ГЛАВА 7

«105. 105. 105» – кровь пульсировала в висках, повторяя озвученную доктором цифру. Именно сто пять тысяч долларов нужно на операцию для Тины. Крайтон ускорил темп. Теперь он бежал быстрее, чем обычно на вечернем кроссе три раза в неделю. Воздуха не хватало, он принялся дышать ртом, глотая ледяные порывы ветра.

Обследование выявило у ребенка лейкоз. Рак крови, который грозит перейти в острую форму, если затянуть. «Вероятно, вам потребуется какой-то срок, чтобы найти средства. Девочка может находиться дома. Пребывание в стационаре скорее предосторожность, чем необходимость. Поддерживающую медикаментозную терапию реально проводить в домашних условиях. Сейчас форма болезни такова, что положительный результат хирургического вмешательства гарантирован на сто процентов. Однако время работает против вас».

Томас несся по сумрачной улице ошалевшей тенью, не разбирая дороги. В боку кололо. Он не обращал внимания.

«Почему это случилось с моей семьей?»

Едва не сбил одинокого бомжа, ковырявшего палкой содержимое мусорного контейнера. Тот отскочил и что-то прокричал вслед, тряся немытым кулаком.

«Почему?»

Два пса, вынырнувших из подворотни, заливисто облаяли. Один попытался укусить за штанину. Мужчина ударил его ногой с такой злостью, что пес заскулил раздирающим барабанные перепонки сопрано и пустился наутек, поджав хост.

«Наказание за ошибки, которые совершил? Разве они – настолько ужасное преступление?»

Он споткнулся о рытвину. Упал на землю, впечатав ладони в грязный снег. Замер в упоре лежа, чувствуя, как сердце застряло в горле, вызывая рвотный рефлекс. Поднялся, пошатнулся, едва снова не упав. Наступать на правую ногу было больно. «Видимо, вывих», – догадался Томас. Остервенело опустил подошву на грунт, перенося вес на пострадавшую стопу. Побежал, прихрамывая. В глазах потемнело от колющей боли. Выровнял шаг, не прекращая бег. Сжал кисти, карябая ногтями кожу.

Не сбавлял скорость, пока не осознал, что начинает терять сознание. Взлетел по лестнице, открыл дверь и на пороге рухнул на пол.

– Господи, милый, что с тобой? – Мэдди кинулась к мужу, обхватила его лицо ладонями.

– Тренировался, – выдавил он и не сдержался, застонал.

– Так долго? Да что с тобой?

Томас никак не мог отдышаться. Сел, облокотившись на стену.

– Все в порядке. Вывихнул ногу. – Он потянулся к кроссовкам. Мэдди помогла развязать шнурки, стащила обувь и носки. Правая лодыжка распухла и посинела.

– Плачевное зрелище, – усмехнулся Крайтон.

– Томми, ты решил, если искалечишь себя, полегчает? А обо мне подумал? Мало того, что Тина, еще и ты, – девушка захлебнулась рыданиями.

– Родная, прости меня, я последний кретин, прости, пожалуйста. Впредь буду аккуратнее. Нужно было проветриться, мозги на место поставить. И знаешь, я кое-что придумал.

Мэдди всхлипнула.

– У меня много знакомых, я уверен, они дадут в долг. А я за год-другой отдам.

– Я тоже устроюсь на работу, и мы справимся, да? – глаза сверкнули надеждой.

– Справимся, конечно. Кто-то сомневается?

– Нет.

– Умница, – похвалил Томас. – Разогреешь ужин?

Есть совсем не хотелось. Но бытовые заботы – неплохой метод отвлечь жену от горьких мыслей.

– Сперва перевяжу рану, – Мэдди натянуто улыбнулась и пошла к аптечке за бинтом.

Крайтон наблюдал за ее расторопными движениями и думал о том, что у него нет ни единого знакомого, который бы дал в долг. На получение кредита в банке тоже рассчитывать напрасно. Не проблема. Он вернулся в дело, а это значит, что шансы срубить неплохие деньги весьма велики. Придется напрячься. Но когда он боялся трудностей? Максимум через месяц нужная сумма перекочует в его карман. Вон как они лихо обчистили банк. То ли еще будет. Действительно, чего он разволновался, как школьник? Смешно. Они с Шоколадной столько всего пережили. Томас вспомнил случай, когда они только начали встречаться.

В тот день прогуливались неподалеку от района, где жила Мэдди. Было уже поздно, и он вызвался ее проводить. Довольно глупая идея, учитывая, что белых в Саут Сайде на дух не переносят. Но Крайтон всегда был склонен к экстремальным мероприятиям. Поцеловал на прощание возлюбленную, вышел на ведущую к главной дороге улочку. Преодолеть метров пятьсот – и он будет в безопасности.

Затылком почувствовал опасность, интуитивно пригнулся. Мимо просвистела бутылка. Разбилась об асфальт, разбросав стеклянные брызги.

– У белого друга хорошая реакция? Думал, что удастся иметь темнокожую бейб и дальше? Ты труп, dude.

Несколько афроамериканцев стояли в трех метрах. Самый активный, лидер, наматывал на кисть недлинную стальную цепь и продолжал речитатив:

– Что молчишь, dude? Язык от страха проглотил? Если не успел, то мы его сами отрежем.

– После того, как я отрежу ваши вялые отростки. Вы не в состоянии удовлетворить своих девочек, раз им приходится обращаться за помощью к настоящим мачо? – Крайтон сунул руку в задний карман, нащупал складной нож.

– Я сейчас трахну твою белую задницу, и ты оценишь, как я владею членом, – компания дружно загоготала.

– Хо, да ты пидорас? Я так сразу и подумал. А это твои подружки? Не лучший выбор. Макияж бездарный.

– Что за фак! Вы не нравитесь нашему новому другу, смекаете, братья? Мое чувствительное сердце жаждет прекратить расовые противоречия вынужденными жесткими мерами.

После прочитанных нараспев словоформ черные набросились стаей гиен. С двумя, даже с тремя, Томас бы справился. Но четверо бугаев – явный перебор. Увернулся от прямого удара в челюсть и тут же ощутил, как в живот вонзается кулак, ломая ребро.

– А ну прочь, грязные нигеры, иначе я прострелю ваши безмозглые черепа, чтобы вы смекнули, что я и только я буду решать, с кем иметь секс!

Крайтон, как, впрочем, и нападавшие, не поверил глазам. Мэдди стояла посредине улицы в тоненькой сорочке и целилась из обреза. Полупрозрачная желтая ткань эффектно обтягивала ее спортивную фигуру, кудрявые волосы рассыпались по плечам. Она выглядела героиней комикса про амазонок в стиле хентай.

– Ё-ё-ё, детка, какая ты горячая, – главарь картинно поднял руки вверх.

– Заткнись, Шафар, и всасывай, что я излагаю. Отвали и не трогай моего парня. Иначе ты меня знаешь. – Девушка передернула затвор.

Томас залюбовался ее выпиравшими сосками. Какая красавица!

– Вот так фак! Счастливчика, за которого сражается такая гениальная бэйб, стоит пощадить. Согласны, парни?

Хватка на заведенных за спину локтях ослабла. Спасительница кивнула в сторону автобусной остановки:

– Сваливай, пока они не очухались! Увидимся!

Томас исполнил приказ и поплелся восвояси с блаженной улыбкой на устах. Его Мэдди может быть крутой, когда понадобится. Вместе они выдержат любые испытания…

Он доковылял до кухни и уселся за стол. Миска с горячим супом источала призывный аромат мяса и карри. Жена из самых обычных продуктов умудрялась приготовить королевское блюдо. Он ел, жадно откусывая хлеб и обжигая нёбо. Мэдди сидела напротив, положив подбородок на сцепленные пальцы. Крайтон и раньше замечал: женщинам по необъяснимым причинам нравится смотреть, как ест мужчина. Заводит их это, что ли? Мэдди заявляла, что, наоборот, успокаивает. Когда он пододвинул чашку чая, спросила:

– Тебе же сегодня на работу? Как ты пойдешь с такой ногой?

В баре «Монти и Фея» он уже взял расчет. Жози расстроилась и всплакнула. Ее курносый нос трогательно покраснел, отчего круглое лицо приобрело некую невинность, которой хотелось воспользоваться. Чисто гипотетически, разумеется. Джонсон пожал руку и выразил сожаление, что теряет собеседника для обсуждения новостей НБА. Томас окинул прощальным взглядом сцену со змееподобными стриптизершами и вышел из бара. Свои прелести в бывшем месте работы, несомненно, имелись, но перспектив – никаких. Жене о переменах в трудовой деятельности Крайтон ничего не сказал. У него нет вариантов. Но Мэдди об этом знать необязательно. Он оградит ее от дополнительных тревог.