Другая стороны (СИ) - Дорганова Нирвана Андреевна "Нира¦" - Страница 89

Я делаю глоток тёплого чая, одновременно подыскивая правильные слова.

- Меня как будто током пробило, и внезапно для себя я понял, чего хочу от жизни, понял, какая женщина мне нужна...

- И какая же?

- Нежная, добрая, заботливая, умная... Пусть она будет не идеальна...

- Эмиль, стой... – внезапно перебила меня Луиз, – женись на моей тётушке Селлест.

Луиза сказала это с таким серьёзным видом, что я чуть было, не поверил в искренность ее слов.

- Ей 87…

- Ну да, она не идеал... Она как раз подходит под твоё описание: Она очень умная, в силу возраста, а еще нежная, добрая, заботливая… Она каждый день будет заботиться о тебе, и готовить свои фирменные оладьи.

И почему я не могу раскусить ее сарказм?

- Господи, – продолжает Луиза, – ты в зеркало вообще смотришься? Красивый, образованный, статный мужчина... И ты хочешь, сказать, что вот эти два метра красоты достанется дурнушке, зато с багажом знаний? Нет, нет и нет... Тебе нужен полный комплект! И, пока я живу, другим не место в этом доме! Поезжай в свою Америку и привези настоящую красавицу, чтоб все обзавидовались и сам старик Руссо влюбился в нее.

Я даже не стал спорить – это бесполезно, и то, что она меня завысила почти на 8 см, впрочем, как и преувеличила все мои качества.

- Хорошо, хорошо... пусть она будет красива...

- Вот, сынок! – выкрикнула Луиза. – Очень важно, какие цели мы ставим перед собой. Ведь та девушка красива? Ну та, что понравилась тебе?

- Она не похожа на тех, что были у меня... Она другая... Она настоящая...

После трехчасовой беседы с Луизой, наконец, решился подняться в спальню. Я знал, что Софи там. Одна надежда на ее крепкий сон.

Какое-то время я разглядывал практически кукольное лицо. Девушка красоты неописуемой. В душе даже отозвались пару ноток прежних чувств, но это уже не то. “О, равнодушие! И где ты было раньше?”

- Эми, любимый, ну не злись...

Бывает, съедая дольку лимона, сводит нижнюю челюсть, и бегут мурашки по телу. Именно такие ощущения от слова на букву “л”, наверное, это моя индивидуальная непереносимость с недавних пор, назовём это – “хроническое недоверие”.

- Софи, я устал и хочу спать.

Убирая ее руки с моих плеч, отошел в сторону – не могу и не терплю это лицемерие. И даже полупрозрачный пеньюар не заставит взглянуть на нее еще раз.

- Но ты ведь знаешь, что я всегда любила, и буду любить только тебя!

- Серьёзно? – взорвался я, – А как же твой художник? Что теперь он будет делать без своей музы?

- Боже, ну это было какое-то помешательство...

- Софи, давай на чистоту! Что тебе нужно? Зачем вернулась?

Я готов был услышать очередную дозу вранья. Но только неловкий кашель перебил все моё внимание.

- Извините...

Эстель... Мне даже показалось, что я соскучился по этой девчонке. Мы не близки, но тем ни менее моя семья – это Луиза, она и дедушка.

В руках у Эстель поднос с чем-то вкусно-пахнущим. Зачем это она? Я терпеть не могу завтракать в комнате.

- Поставь и уходи, – приказала Софии, указывая тоненьким пальчиком на круглый стол под окном.

- Не смей командовать, – говорю пока тихо, но на грани допустимого, – Эстель, унеси обратно.

- Но мадемуазель Софи попросила вчера...

- Только я могу командовать в этом доме, – крикнул я, должно быть впервые на девушку, и тут же осёкся, – унеси, – добавил тихо, – пожалуйста...

Она послушно вышла.

- Вернемся к разговору, Софи...

Все еще терпеливо жду ответа на поставленный мной вопрос.

По какой-то неизвестной причине вместо языка Софии начинают работать ее руки, медленно заползая мне под рубашку. Она прижимается плотнее, продолжая рисовать круги на моей спине. Маленький поцелуй в шею не мог не сработать. Она знала, как я люблю это. Еще один и еще... Я теряю самообладание. Закрываю глаза и сглатываю комок нарастающего желания. Должно быть, долгое отсутствие сексуальной жизни играет со мной. Игры Софи такие же провокационные. Я хочу ее...

Медленно открываю глаза и наблюдаю за каждым ее действием: она тянется к моим губам... Нет.

- Нет, – остановил за плечи Софи мертвой хваткой.

Я должен это сделать. Иначе, этот порочный круг не разомкнётся никогда.

- Ты еще пожалеешь!

“По-моему я это уже слышал”...

Софи верещала все время, пока я один за другим складывал ее чемоданы в багажник такси.

Луиза, наблюдая, не могла скрыть своей радости. Я каким-то шестым чувством ощущал ее неконтролируемую улыбку.

Не в моих правилах так поступать с женщинами: буквально выставлять на улицу. Откровенно говоря, я сегодня был в шаге от того, чтобы позволить ей остаться. Но усталость от подобных отношений взяла вверх и я впервые искренне делаю то, что хочу, а не то, что считаю правильным. “Неужели это общение с Греем на меня так повлияло?”

Бонус. Глава 6 от имени Руссо.

Фирменная выпечка Луизы ждала меня за уличным столиком. Скинув листву, и даже не позаботившись о своих брюках, присел на изрядно пропылившийся металлический стул.

Эстель принесла кофе, одарив при этом меня своей детской улыбочкой.

“Дома...” – подумал я. Если бы завтра мне не пришлось выдвигаться в Лос-Анджелес, то наверняка бы пропустил пару дней работы. Нужно “подтянуть хвосты” в домашних делах.

Несмотря на усталость и желание отоспаться, день затянулся заботами. Я не мог не обойти каждый куст винограда. Бегающий за мной, пока еще трезвый Петье, выполнял практически каждый каприз – он прекрасный помощник, если бы только не пил... Да что тут говорить, в каждом из нас есть это коварное “если бы”, которое так или иначе мешает наслаждаться всей полнотой жизни. Свои “если бы” я могу перечислять бесконечно.

Выпить...

- Франсуа! Полив отвратительный! Вы посмотрите сколько ожогов! Листья гибнут...

Несмотря на мои возмущения, знаю, в эту секунду он думает о том же, о чем и я: о бокале холодной Сангрии... Несмотря на осеннюю вечернюю прохладу, юг Франции отличался достаточно знойным полуднем. Поэтому Канны, Ницца, Марсель и особенно Монте-Карло все еще кишат туристами разных стран, которые полны желанием, оставлять сотни заработанных денег на лазурном берегу.

- Эмиль! – радостно воскликнул старый Руссо.

- Привет, дедушка.

Старик совсем плох. Луиза и Эстель не отходят от него уже три дня. Несколько дней назад он перестал вставать с кровати. Меня это совсем не радует.

- Как там куст-первенец?

Так дед называет первый сбор винограда. По традиции он срывал первую гроздь и бросал ее в дубовую бочку. Считал добрым знаком, если от удара, виноградинки рассыпались в разные стороны.

После смерти отца уже два года этим занимаюсь я, хотя в приметы стараюсь не верить.

- Хорошо, дедушка, мы его собрали месяц назад.

- Надо же, – грустно ответил старый Руссо, – все пропустил... Это все эти чертовы таблетки. Скажи Эсти, чтобы больше мне их не давала.

Он грозно ударил кулаком по постели.

- Ладно... – тихо отвечаю я, наблюдая, как засыпает дед.

Видеть его в таком состоянии тяжело. В такие минуты особо начинаешь ценить тех, кто рядом с тобой.

Спустившись за бутылкой в погреб, решил выбрать то самое молодое вино, которое по шалости ничуть не уступает проверенному виски. Последнее время я стал слишком часто сюда спускаться. Такими темпами я составлю компанию Петье по количеству алкоголя в крови. Хватаю бутылку – не хочу об этом думать сейчас, хочу отдохнуть...

Я спиваюсь? Я пью – я счастлив.

А вот и дно... Интересно, что там? Заглянув вовнутрь порожней посуды, имел возможность наблюдать красочный фильм: отец и его многочисленные жены, доводящие его до инсультов... Больной дед... Вот она Софи, уходящая от меня в истерике... О-о, а вот и они – несбыточные мечты иметь полноценную семью.

- Жизнь прекрасна!

И даже не заметил, как произнес эти слова вслух.

- Она прекрасна...