1Q84. Тысяча невестьсот восемьдесят четыре. Книга 3. Октябрь-декабрь - Коваленин Дмитрий Викторович - Страница 50

Впрочем — разве сам Усикава может похвастаться благородным и продуктивным трудом? Сутками прячется в дешевой квартирке и украдкой из-за шторы фотографирует незнакомых людей. Слишком бестолковое занятие, чтобы оценивать чей-либо труд свысока.

И ведь так у него всегда. И теперь, и когда еще был адвокатом — за всю свою карьеру он не помнил, чтобы хоть раз выполнял что-либо действительно полезное для окружающих. Его первыми клиентами были ростовщики, связавшиеся с гангстерским синдикатом. Усикава придумывал, как лучше размещать их кругленькие капиталы. А если точнее — как эти денежки безвреднее отмывать. Еще он защищал риелторов, выселявших людишек из старых домов. Зачищенные от жильцов участки переходили к строительным фирмам, которые возводили там высотные многоэтажки — гарантированный источник бешеных прибылей. Еще он слыл блестящим адвокатом среди тех, кто уклонялся от налогов. Большинству таких клиентов обычные адвокаты кажутся слишком осторожными и пугливыми. Усикава же в подобных делах (разумеется, за соответствующее вознаграждение) держал защиту твердой рукой — и часто добивался блестящих результатов. А потому на нехватку заказов не жаловался. Тогда на него и вышла секта «Авангард». Его персона чем-то лично понравилась Лидеру.

Вкалывай Усикава так же, как обычные адвокаты, вряд ли он заработал бы даже на пропитание. Несмотря на диплом юриста и адвокатскую лицензию, он не мог похвастаться ни ценными связями, ни надежным прикрытием. Из-за нелепой внешности его не брали ни в одну солидную адвокатскую фирму. Если бы он открыл свою контору и работал традиционными методами, в жизни бы не привлек серьезных клиентов. Слишком уж мало людей в этом мире готовы платить хорошие деньги адвокату с такой наружностью, как у него. Бесконечными телесериалами людей приучили к мысли, что приличный адвокат — это непременно кто-то обаятельный и умный с виду.

Так понемногу он и связался с миром «по ту сторону закона». Миром, где его безобразная внешность никого не отталкивала — наоборот, лишь помогала втираться в доверие к тем, кто в нормальном мире были такими же изгоями. Они ценили его за сообразительность, работоспособность и умение держать язык за зубами, а потому поручали ему очень серьезные дела, за успешное решение которых готовы были хорошо раскошелиться. Очень скоро Усикава понял правила игры — и научился танцевать с правосудием на самом краешке Закона. Опираясь на врожденные интуицию и осторожность. Но однажды — как говорится, бес попутал, — поддавшись собственной жадности, переступил роковую черту. И хотя уголовной статьи избежал, в итоге лишился членства в Ассоциации токийских адвокатов.

Усикава выключил радио и закурил «Севен старз». Глубоко затянулся, медленно выдохнул. Стряхнул пепел в пустую банку из-под консервированных персиков. Будешь жить такой жизнью дальше — сдохнешь так же безрадостно, сказал он себе. Рано или поздно споткнешься да улетишь в какую-нибудь темную яму. А твоего исчезновения из этого мира даже заметить некому. Сколько ни зови на помощь из своей темноты, не услышит ни одна живая душа. Все, что тебе остается, — до самой смерти продвигаться вперед своим способом. Пускай такой способ и не заслуживает похвалы, другого у тебя нет. А уж выживать, когда тебя ни за что не хвалят, ты и так умеешь лучше других.

В половине третьего из подъезда вышла девчонка в бейсбольной кепке. Без какой-либо сумки, руки свободны, пронеслась через поле обзора камеры. Так торопливо, что Усикава едва успел дотянуться до пульта и трижды щелкнуть затвором. Эту девчонку он видел впервые. Привлекательная длинноногая худышка лет шестнадцати-семнадцати, стройная — несет себя, как балерина. В линялых голубых джинсах, белых кроссовках и мужской кожаной куртке. Волосы убраны под воротник. Отойдя от подъезда на несколько шагов, девчонка остановилась и, прищурившись, посмотрела зачем-то на верхушку столба. Потом опустила взгляд, решительно прошагала до угла, свернула влево и исчезла из виду.

Она кого-то напоминала. Кого-то знакомого. Из тех, кого Усикава видел совсем недавно. Вылитая красотка ведущая какого-нибудь телешоу. Что странно, ибо телевизора (если не считать новостей) он не смотрел и звездами экрана никогда не интересовался.

Усикава вдавил педаль акселератора, чтобы мозг заработал на полную мощность. Крепко зажмурившись, выжал память, точно мокрую тряпку — так исступленно, что застонали нервы. И тогда кто-то внутри него осознал: эта девушка — Эрико Фукада. Ни вживую, ни по телевизору он ее никогда не видел. Лицо запомнил только по фото в газете. Но в ее облике ощущалась все та же мистическая призрачность, что и на черно-белом портрете. Разумеется, Тэнго познакомился с ней, прежде чем засел за редактуру «Воздушного Кокона», тут даже сомневаться не стоит. Но неужели эти двое сошлись так близко, что девчонка стала скрываться в квартире Тэнго? Ошарашенный этим открытием, Усикава почти машинально натянул на голову вязаную шапочку, напялил темно-синее полупальто, замотал шею шарфом. И, выскочив на улицу, побежал за девчонкой.

Та шагала довольно быстро. А стоит ли ее вообще догонять? Ведь она вышла из дома с пустыми руками. Значит, далеко не собирается. Может, лучше соблюдать конспирацию и спокойно дождаться ее возвращения? Так думал Усикава на бегу, но остановиться уже не мог. Что-то необъяснимое в этой девчонке тянуло его вперед. Что-то случайное и мистическое — как сочетание красок в закатном небе, вызывающее из подсознания редчайшие, поистине сокровенные воспоминания.

Пробежав еще немного, он увидел ее. Фукаэри стояла на тротуаре и сверлила взглядом витрину канцелярского магазинчика. Видимо, что-то в этой витрине ее заинтересовало. Остановившись неподалеку, Усикава отвернулся к автомату с напитками, достал из кармана мелочь и купил себе банку горячего кофе.

Наглазевшись на витрину, Фукаэри отправилась дальше. Усикава поставил недопитый кофе на землю и, держась на безопасном расстоянии, пошел за ней. Двигалась она как-то напряженно — будто шагала по зеркальной глади огромного озера. Такой специальной походкой, какой шагают по воде, чтобы не утонуть и не намочить обуви. Сомневаясь при этом: получится ли?

Определенно, в девчонке некая изюминка. То, чего нет у обычных людей. Информации о ней Усикава собрал немного. Знал лишь, что Фукаэри — единственная дочь лидера «Авангарда», в десять лет убежала из секты, выросла в семье известного ученого Эбисуно и написала историю о Воздушном Коконе, которую Тэнго Кавана потом переделал в роман и превратил в бестселлер. Недавно пропала без вести, из-за чего на территории секты полиция устроила обыск.

Очевидно, что-то в романе «Воздушный Кокон» задевало интересы «Авангарда». Но даже прочтя эту книгу очень внимательно, Усикава так и не понял, что именно. Книжка хорошая, интересная. Язык простой, чуть наивный, местами трогает душу. Но, как показалось Усикаве, роман этот — чистый вымысел. Который, понятно, производит на читателей сильное впечатление. Все-таки по сюжету из пасти дохлой козы появляются LittlePeople, которые плетут Воздушный Кокон, главная героиня расщепляется на Мазу и Доту, а в небе появляются две луны. Какая информация в этой фантасмагории может быть неудобна для «Авангарда»? Тем не менее в секте решили принять меры против распространения книги. По крайней мере, раздумывали над этим какое-то время.

Но пока Эрико Фукада привлекала внимание публики, вмешиваться в ее жизнь напрямую было слишком опасно. Вместо этого, как предполагал Усикава, «Авангард» нанял его внешним агентом, чтобы он познакомился с Тэнго. И выяснил, насколько тесно Фукаэри связана с этим верзилой-преподавателем из колледжа для абитуриентов.

На взгляд Усикавы, Тэнго в этом раскладе участвовал эпизодически. По просьбе редактора он переписал «Воздушный Кокон» так, чтобы текст был связным и читался легко. Вот и все. Работу свою выполнил, вспомогательную роль отыграл. Почему же «авангардовцев» так интересует Тэнго? Ведь, по идее, это просто солдат, который на приказ отвечает «слушаюсь!» и выполняет, что велено.