Попаданец (семь книг в одном томе) (СИ) - Мельник Сергей Витальевич - Страница 88

  - Да благословят вас небеса! - Дружно взревели гости, подскакивая со своих мест.

  - Жених может поцеловать невесту. - Довершил церемонию Вангкор.

  По моему жесту один из братцев заплетающейся походкой принес мне маленькую скамеечку, обитую бархатом, на которую я, покачнувшись, забрался, с легким смущением под взглядами окружающих, вспотевшими от волнения руками поднимая легкую вуаль баронессы.

  Нет, ну что это такое? Чего она плачет? Я же так не смогу, я же сейчас сам разревусь! По ее щекам катились без остановки дорожки слез, темные глаза на белой коже, смотрелись двумя завораживающими бездонными озерами глубокой воды. Ох, ну и дела, ну и дела...

  Медленно, словно в замедленном кино, я наклонился к ее лицу, касаясь губ.

   ***

  Замок не спал, народ все еще балагурил не смотря на поздний час. Люди пели, люди ели, люди отдыхали и веселились, а старики разбойники палили в ночную тьму яркими россыпями огней салюта.

  Хорошо, красиво, невольно я даже позавидовал всем им, всем этим людям, не знающим даже половины, тех чувств и мыслей что витали в моей голове. Нас с Ноной отпустили в наши покои и формально у нас сейчас наша первая брачная ночь.

  Первая брачная ночь.

  Мда. Я уже давно выбросил из своей головы и сердца все эти бредни про любовь, смиряясь с мыслью, что, похоже, навсегда останусь один, так и не создав семью. Что же изменилось? Ничего. Мы сидели весь вечер рядом, мы улыбались, мы целовались, а потом поднялись к себе, где она не говоря не слова, заперлась в одной из комнат, оставляя меня в гордом одиночестве смотреть в окно, на тот праздник жизни, что охватил замок.

  Ожидал ли я чего-то большего?

  Черт меня побери, похоже да, иначе бы не чувствовал себя сейчас так разбито и погано, ну да ладно, мне не привыкать сидеть в одиночестве ночами перед окном. Эх, жизнь моя жестянка, а ну ее в болото. Расклеился что-то, надо собраться.

  Где-то час я потратил на то, что произвести перепись того барахла, что мне подарили на свадьбу, и всего пять минут на то чтобы подсчитать деньги. Стало еще грустней. Вот жмоты, сожрали пять телят, и под десяток хрюшек, а заплатили как за кошку средней упитанности.

  Тяжело вздохнув, я откинулся на спинку кресла, закидывая ноги на стол.

  - Ах ты ж мать пере мать! - От неожиданности и испуга, я кувыркнулся через спину назад, растянувшись на полу. В оконном проеме с о стороны улицы, в свете вспышек посылаемого в небо салюта, стояла растрепанная вампиресса. Мой телохранитель. Тина. Стояла, тяжелым взглядом, не человеческих глаз прожигая меня.

  05.03.13г.

Сергей Витальевич Мельник

Попаданец – 3. Барон Ульрих. Дела домашние

Первый мороз, придавил неделю назад, заставляя людей кутаться в полушубки и срочно утеплять свой гардероб. Кончилось тепло лета, кончилась мокрая разноцветная осень, но еще нет режущей глаз зимней бели, пока пришел лишь мороз. Тихий, вроде бы не кудышний, без ветра и влажности, совершенно не страшный, но меж тем, предвестник и властный господин воевода Мороз, в полном своем облачении из скованной могучим градусом земли, и колющей резью на щеках.

Все застыло, все остановилось и замерло в ожидании полной капитуляции, перед подходом тяжелых снегов и лютых ветров. Пока ждем, пока тишина. Еще хорошо.

Вообще в это время года, хорошо не только в окошко смотреть, попивая терпкую горечь чая и кутаясь в плед, дирижировать чайной ложечкой под времена года господина нашего товарища Вивальди. Не только. Хотя и это занятие весьма поднимает жизненный тонус, особенно с малиновым вареньем. Но, плед, варенье и чай были утром, а сейчас холодный воздух, красные щеки и пар изо рта, клубами причудливо изгибается, растворяясь без следа в серости дневного предзимнего светила.

Топаю себе потихонечку не спеша, выбросив из головы все заботы и неурядицы, глупость чувств и жар страстей. К чертовой матери все это пусть идет, да горит оно все, синим пламенем. Что так? Да вот так как-то, вот так…

Нервишки, сдают в последнее время. Дерганный весь какой-то стал, сам себя не узнаю. Вот живи да радуйся, молод, богат, весь мир перед тобой, весь как на ладони, вот оглянись, вот оно все, возьми и радуйся. Эх…

Что ж делать, раз поступила команда радоваться, значит, будем исполнять. Сегодня сам на сам ушел из замка, что бы насладится тишиной и покоем. Увяз я в последнее время в делах, совсем закопался, то с вампирами по лесам лазаю, то к оборотням в гости хожу, то войной на кого нападу, а то вообще как женюсь, так мало никому не покажется.

А что поделаешь, барон я. Ульрих фон Рингмар, моя милость и мое высочество. Сам начальник и сам дурак, если что винить больше некого, ну да я и не привык по долгу ковыряться в неприятностях, нечего куксится, когда знаешь что делать. Вот вы знаете? Я да, всегда иду на рыбалку, если нужно привести себя в порядок и основательно подумать, решив, одну за другой головоломки, судоку, ребусы и сканворды, которые поставляет нам эта жизнь.

Замерло практически все, торговля по итогу года, сборка урожая, строительство. Все приостановилось, лишь частично продолжали дорабатывать привезенный по теплу материал, заводики и фабрики, ну да думаю, и они с приходом метелей встанут, разогнав всех по домам да по печкам. Хороший был год, жаль я его практически полностью пропустил, участвуя в местном военном конфликте, который собственно сам и инициировал, практически от и до, в ходе чего, конец лета, по мимо золота колосьев, добавил мне россыпь золотую трофеев, а так же радости полные штаны, от приобретенной так неожиданно жены.

Девочка вообще-то ладная и дельная, правда строптивая и своевольная до безобразия. Ну да не мне на что-то другое рассчитывать. Уже на следующий день после свадьбы съехала в отдельные апартаменты, приблизив к себе лишь леди Нимноу, свою старую управляющую делами земель Когдейра.

Ну а мне головной боли добавилось с ее приданным, а именно со вторым баронством, со всеми его людьми, землями, городами, деревушками, коровами и козами. Да, теперь я формально должен именоваться как Ульрих фон Рингмар — Когдейр, так как вместе с невестой под мое крылышко отошли все ее владения. С одной стороны вроде бы хорошо, а с другой, так лучше б я по началу лета в лесу заблудился, только сейчас вернувшись, домой. Благодаря королю, мне теперь следить за двумя баронствами, до тех пор, пока моя жена не родит второго ребенка, который и станет новым главой дома Когдейров.

Пройдя убранную пахоту, замерзшего поля, вышел прямиком через подлесок, к реке, с замиранием в сердце, обозревая скованную ничем не замутненной чистой линзой льда водную гладь. Первый лед он всегда такой, всегда идеально ровной просто с ювелирной точностью ложится на воду. Кристально чистый, с подхода, даже не определимый, словно и нет его, словно не лед это, а стеклом речку накрыли. Это потом уже разность температур, подводные течения, тупо человеческий фактор и снежные заносы, изуродуют его белесыми затягивающимися шрамами, ну а пока, все идеально, все так словно нет никого в округе, не было и не будет, словно застыло время, на лету схватив поток воды, властной рукой. Вот так встанешь на берегу, закроешь глаза и слышишь как зима, заставляет звенеть морозный чистый и такой сладкий, такой девственно вкусный воздух. Хух, хорошо! Не спешу, неделя неделей, а такой лед опасен свой красотой и обманчивостью. Схожу с берега, становясь на краю этой глади скидывая с плеч не хитрый свой скарб и инвентарь. Тут спешить не нужно, можно очень сильно поплатиться. В берег забиваю колышек, на него «удавочкой» петельку, бухточку плетеной веревки сложить аккуратненько, что бы не путалась, а вторым концом вокруг пояса обматываюсь. Дальше проще, моя «пешня», с пикой под долото, в деревянной ручке имеет размах два с копеечкой метра. Используя его, словно канатоходец свой шест, небольшими шажками выхожу к середине реки, примерно представляя, где здесь стремнина и небольшая ямка по дну.