Темный мастер - Степанова Анна - Страница 49

Мы готовы… — задохнувшись, повторил он уже совсем рядом, беспокойно ощупывая их лица темными пятнами глаз.

— Не суетись, Горо, — прервал его Эдан так холодно и жестко, что Лаины руки метнулись вдруг к поясу в поисках забытого где-то в спальне кинжала. — Объясни толком, что случилось? Почему били тревогу?

Горо выдохнул громко и хрипло и, успокоившись враз, проговорил, не отрывая глаз от лица лорда:

— Темный мастер пришел за тобой.

Глава пятнадцатая,

где Славу ведут подозрения, она же ведет за собой неприятности

Слава была не в духе. Настолько не в духе, что даже хамоватый дружок ее бездарной ученицы (Огнеглав, кажется?) не решился по привычке ляпнуть что-нибудь ехидное. А жаль! С каким удовольствием отправила бы она сейчас этого наглеца на давно заслуженную расправу!

Никогда еще Слава не чувствовала себя такой дурой. Больше часа прождала она Огнезора над стынущим завтраком, дважды забегала к нему между занятиями, но мастера и след простыл! Девушка не злилась на него так сильно еще со времен своего ученичества.

К вечеру, однако, злость Славы потихоньку начала сменяться беспокойством. Очень уж внезапно исчез Огнезор, да еще и в самый разгар суеты вокруг этой проклятой охотницы, которая вновь (в который уж раз!) будто испарилась…

Дежурство у городских ворот — не самый приятный способ завершения и без того неудачного дня. Особенно если образ каждого проходящего проверять нужно. Хотя, конечно, — успокаивала себя Слава — могло и куда хуже выйти. Послали бы, например, всяческие столичные дыры проверять: трущобы, склепы да помойки. Грязь, зловоние и мерзость всякая — многоногая и двуногая…

А тут даже из сторожевой каморки выходить необязательно: сидишь себе, попивая горячее вино да пялясь невидяще на красные угольки очага. Длинной чередой мелькают в сознании чужие, незнакомые образы, легко задевая своим присутствием лишь самый краешек естества. Не то, не то, не то… Да и с какой стати Насмешница сунется к воротам? Еще и перед самым их закрытием? А уж теперь, после закрытия, вообще смысла нет! Не дура же она в самом деле? Настолько не дура, что сам Огнезор не выследил… «Не успел, — поправила себя Слава, — не успел выследить!»

То ли от мысли о нем, то ли от постоянного напряжения, но показалось в этот миг девушке, будто кольнула тоненько иголочка его присутствия. Слава даже в окно выглянула, рассеянно осмотрела темную улицу, удивляясь охватившей ее вялости.

К воротам подъехала карета. Колеса ее крутились медленно, вязко, как во сне.

— А ну прочь! Ворота отпирай! Не видишь, чьи гербы, что ли! — липко, будто нехотя, вырвался изо рта крик возницы, странно не согласуясь с быстрым движением губ.

Створки ворот плавно сдвинулись, неожиданно вызывая совершенно отвратительный, резкий лязг. Карета вздрогнула, неторопливо поплыла вдаль, поражая и раня слух громким, стремительным перестуком копыт…

«Тут что-то странное», — вяло удивилась Слава.

Ворота захлопнулись. Пару минут девушка смотрела на них, безразлично, расслабленно. Затем волна движений и звуков вновь накрыла ее. Ощущение покоя и заторможенности исчезло безвозвратно. Слава вскочила, роняя бокал.

«Что-то не так!» — чуть было не крикнула она. Но городские улицы были темны и неподвижны, ворота заперты, а над входом в сторожку все так же уныло и тускло разбрасывал пятна света одинокий чадящий фонарь.

— Сон, наверное, — успокоенно прошептала Слава и вновь уставилась на красные искорки угольков.

— Мастер Мечеслов! Постой!

Мечеслов обернулся и с неодобрением взглянул на запыхавшуюся, встревоженную Славу. Ох уж эти мастера новоиспеченные! Никакого достоинства! Ведут себя не лучше учеников…

— Прости, мастер, что отрываю. Спросить хотела, — переведя дух, затараторила Слава, — тебе Огнезор не говорил, что уезжать собирается?

— Белый Мастер, — нарочно подчеркивая формальность обращения, важно ответствовал старый секретарь, — передо мной отчитываться о своих планах не обязан.

— Он, конечно, любит исчезать неожиданно, — смутилась девушка, — но так, как в этот раз, еще не было… Меня это немного беспокоит.

— Не стоит тебе, мастер Слава, в его дела лезть, — неодобрительно покачал головой Мечеслов. — Это я совет тебе даю, по-стариковски и по-дружески. Вы и раньше далеко друг от друга были, а теперь еще дальше будете. Так что себя побереги лучше. Хватит и того, что уже по коридорам болтают.

— За совет спасибо, конечно, — понурилась Слава. — Но речь не обо мне сейчас. У Огнезора могут быть неприятности.

Старый мастер посмотрел на нее уже с интересом, забеспокоился даже.

— Он говорил недавно, что память к нему возвращается, — решившись, выдохнула девушка. — Сам знаешь, в таком состоянии многое натворить можно!

— Почему сразу не доложила? — сердито нахмурился Мечеслов.

— А толку? — взвилась Слава. — С его-то уровнем все равно никто ничего сделать не сможет! Только перед Советом его подставлять!

— И то верно, — еще больше помрачнел старик. — Утром вчера я его видел, про дела говорили, про охотницу эту неуловимую… Вроде все как обычно было. Правда, сегодня вот получил доклад от банкира нашего о снятии огромной суммы. Ну, так это же Огнезор! Его склонность к расточительству всем известна. Да и звание благородное золотишка требует, даже если оно для виду только. От владений-то его «родовых» одни расходы! Кстати, может, туда он и отправился? Говорил на днях, что наведаться бы надо…

Мечеслов призадумался, потирая колючий подбородок, кивнул пару раз своим каким-то умозаключениям, затем вновь посмотрел на девушку.

— Да, вот еще вспомнил! Люди из оцепления видели его вчера на Дворцовой. Никак, видно, не успокоится с этим делом. Все-то ему до конца довести хочется!

— Если бы Огнезор там был из-за охотницы, она бы не ушла! — сердито отрезала Слава, уже порядком раздраженная всезнающим тоном Мечеслова.

«Но что он — темные боги! — там делал?» — забралась к ней в голову неприятная мысль.

— Я ведь не просто так, мастер Мечеслов, тревожусь! — продолжала она раздосадованно. — Огнезор, как вспоминать начал и в Малую Книгу заглянул, сам не свой стал! Много бы я отдала, чтоб узнать, что же он там такое о себе вычитал!

Бросила на собеседника быстрый испытующий взгляд, добавила торопливо:

— Вот если бы ты и мне посмотреть позволил…

— Ты просишь доступа к Малой Книге? — мгновенно окаменело лицо старого мастера.

— Никто ведь не узнает, — тихонько проговорила Слава, опустив глаза.

— Я сделаю вид, что не слышал этого, — холодно отрезал Мечеслов.

— Понятно, — качнула головой девушка. — Тогда прости за беспокойство!

Нелюбезно кивнув на прощанье, заспешила прочь.

— Эй, — встревоженно крикнул ей вдогонку старый мастер, — оставь ты это! Что бы там ни было — дай ему самому разобраться! Иначе только хуже будет!

Слава не обернулась даже. Пусть и дальше упрямится, проклятый старикан! У нее есть и другие варианты.

— А с чего это ты вдруг в патруль намылилась? — подозрительно прогудел гигант, неуклюже поправив маску, никак не желавшую аккуратно сидеть на его выдающемся носу.

Слава с опаской глянула на долговязого подмастерья, уныло бредущего рядом, на двух нахохлившихся служащих столичной префектуры, трусящих позади, и ответила вполголоса:

— Разговор к тебе есть, мастер Ледогор. Не для чужих ушей.

Ледогор покосился на нее с еще большим подозрением, буркнул тихонько:

— Ладно уж, вот с последним делом разберемся, мальца этого с доблестными стражами отправим — бумажки заполнять, тогда и побеседовать можно. Коли это так важно, что ты из школьных стен на грязную работу выйти соизволила…

Слава наградила спутника гневным взглядом, но все же промолчала. Не время было с ним сейчас ругаться. Если упрется вдруг мастер Ледогор, ничем его не сдвинешь, а идти ей больше было не к кому. К тому же недаром ведь она весь день промучилась: с раннего утра с этой четверкой то по трущобам и стокам столичным лазила, бездыханных жертв ночной жизни вылавливая, то по кабакам и борделям таскалась, подозрительных личностей допрашивая. А теперь вот и вовсе бредут по пригородной дороге к какой-то там лощинке, где проезжий фермер два трупа обнаружил. Второй час, между прочим, бредут!