Темный мастер - Степанова Анна - Страница 54

Гостиница «Светлая леди» от прочих непримечательно-добротных строений Эн-Амареша выгодно отличалась всевозможными — на столичный манер — удобствами да изысками. Тут тебе и парк с фонтанами, и огромные дворцовые залы, и вышколенные лакеи, и номера трехкомнатные с горячими мраморными бассейнами в мозаикой изукрашенных купальнях. И на стол — все, чего душа пожелает… Сразу видно, местечко непростое — для людей родовитых и значительных. Неблагородной крови нет в него ходу.

Сюда-то и затянул почти силком Огнезор Лаю, стражам на входе и гостиничному хозяину высокомерно сунув под нос свою владетельную медаль и потребовав лучший номер. Хоть и видел он, как чудно и неловко Насмешнице от всей этой придворной роскоши, хоть и заметил, как раздулись сердито ее ноздри да возмущением заиграли глаза при виде увесистого кошеля, пренебрежительно брошенного гостиничным, но сдаться на ее уговоры и найти заведение попроще не подумал даже. И вовсе не из-за своих пагубных склонностей, как в спину ворчала ему Лая, а лишь потому, что не раз бывал в Эн-Амареше и слишком хорошо знал здешние порядки. А именно: примечательную весьма привычку городской стражи в сопровождении темного мастера и при охотном содействии местных жителей трижды в сутки по всем общественным местам обход делать — для сохранения покоя и безопасности. Сюда же им появляться нужды не было — и без того бдительно гостиница охранялась, да и не потерпели бы здешние постояльцы беспокойства.

Хотя, чего греха таить, — наутро думал юноша, наблюдая с улыбкой, как ползет теплый солнечный лучик по личику спящей Лаи и ее обнаженной груди, — приятно было ему ее детское удивление и тщательно скрываемый восторг, и даже ворчливое негодование. Потому что, будь его воля, утопил бы ее в беззаботной роскоши и никогда от себя не отпускал…

Вот только ни за что не сбыться этому. Уж скорее беда какая нагрянет. Пусть и спал Огнезор безмятежно и без кошмаров чуть ли не все ночи их недолгого путешествия, почти забыв о своих странных предчувствиях, но в Эн-Амареше нахлынули они с новой силой. Опасно здесь было! И очень ему не хотелось Лаю сегодня одну отпускать.

Но ни слова он не сказал — ни когда проснулась девушка, ни когда одевалась, напевая что-то веселое, ни даже когда упорхнула, ласково коснувшись его губ на прощанье.

И только как стихли звуки ее шагов на лестнице, позволил себе нахмуриться. Быстро встал, повертел в руках дорожную свою одежду, за ночь прислугой аккуратно в порядок приведенную, решительно засунул ее в мешок и, развернув оттуда же извлеченный сверток, принялся одеваться во все белое. Затем внимательно осмотрел себя в зеркало, расправил цветную вязь узоров на высоком воротнике. Собрал волосы. Маску небрежно засунул в карман и, подумав, накинул на плечи привычный дорожный плащ, тщательно скрывая свое белое убранство.

Время еще было. Лая должна вернуться только в полдень.

К дому охотница подошла в условленный срок. Изучила невзрачную улочку — вроде ничего подозрительного, так — обыватели иногда шатаются. Дверь открыта, как и договорено было.

Переступила порог, осмотрела пустой зал и небрежно сбросила свой дорожный плащ прямо на плиты хозяйского пола. Тяжелая дверь за ней тут же захлопнулась, лязгнули, запираясь наглухо, хитрые засовы — Реми в любимом своем логове, как всегда, осторожничал. Лая постаралась убедить себя этой мыслью, но все же легкий неуверенный холодок разлился внизу живота. Ей вдруг показалось, что в доме есть еще кто-то. И не один. А может, это на улице?

Эдан рассказывал об этом ощущении — чувстве присутствия, появившемся у нее самой совсем недавно. Разобраться с ним до сих пор было трудно.

Так в доме или на улице?

Лае в любом случае захотелось убраться отсюда поскорее.

— Здравствуй, девочка! — поднялся с широкой скамьи ей навстречу Реми.

Кроме пары таких скамей, ступенек, уходящих к запертым дверям, широких окон за витой решеткой да сверкающих плит пола, в зале больше ничего не было. Совсем ничего. Странное же место избрал старик для встречи!

— Встречаемся на пороге. Даже в дом не пригласишь? — фальшиво удивилась девушка.

Показалось или дверца сбоку от нее бесшумно приоткрылась?

— Ты же сама вчера у ворот весть оставила, что задерживаться не будешь. Вот и не приглашаю. Награда твоя здесь. — Толстяк кивнул на увесистую сумку, оставшуюся на скамье. — Все, как обещано, — золотом.

— Спасибо, — протянула девушка руку к сумке.

— Ничего рассказать не хочешь? — ленивым жестом остановил ее Реми.

— А что рассказывать-то? — недобро посмотрела на него Лая. Поведение Реми настораживало. Даже спрашивать, как вначале думала, о значении разноцветных значков на своих — Эдановых — рукавах охотнице внезапно перехотелось…

— Как же? Слышал, ты семерых темных мастеров повстречала? Близкое было знакомство?

— Восьмерых, — с подозрением уточнила девушка. — С последним я знакомиться как-то передумала — уж больно шустрый оказался!

— Шустрый? — раздался вдруг сзади незнакомый голос. — Огнезора так раньше никто не называл! Смешно, хоть и правда.

Лая стремительно обернулась с кинжалом наготове — напряженная, готовая к прыжку. Запертая дверца теперь была распахнута, а между ней и девушкой застыли шесть темных фигур.

Шестеро темных мастеров! Тяжелый страх взорвался в желудке, но Лая тут же заставила себя собраться.

Всегда есть шанс! Она быстро осмотрела пришельцев.

Вон тот, впереди — он и говорил, наверное, — вообще старик. А за ним — приземистый толстячок и хлипкая девица, так и исходят неуверенностью. Остальные трое, конечно, на вид крепкие… Но ничего! Трое с довеском — уже не шестеро!

«Огнезор?» — непонятно задело ее произнесенное имя.

— Ох, и сильно зацепила ты мальчика! — продолжал между тем злорадствовать темный. — Конечно, от него же ни одна жертва еще не ушла, а тут — на тебе! Поймать тебя для него уже дело принципа. Не посмотрит на запреты! А Совет ему потом самоволие это припомнит… — Он хрипло, гаденько так захихикал. Лая даже скривилась от отвращения.

— Ты убивать или говорить пришел? — зашипела она и бросилась на пришельца.

Но только лезвием достать его не успела — в спину бухнуло что-то твердое, и все тело вдруг скрутило судорогой. Лая беспомощно повалилась прямо в ноги к черному.

— Извини, девочка, — скорбно проговорил Реми. И тут же добавил, робко, но заинтересованно: — А хороший у вас амулет, мастер! С одного удара — такой эффект!

Охотница лежала на полу, чувствуя, как судорога потихоньку уходит и закипает ярость. Попасться на дурацкий останавливающий амулет! Да она сотни таких обезвреживала! Знать бы, что Реми такой гад, защиту держала бы… А сильные все-таки амулетики Гильдия для себя делает! Не чета тем, что они в лавках продают… Так сразу с ног сбить!

Темные между тем старательно связывали девушке запястья.

— Реми… сволочь, — зло выдохнула она.

— Ну, милая, — пожурил ее незнакомец, — не суди строго. Кто бы на его месте не испугался? Узнав, что за тобой-то сам Огнезор идет?..

— Никто за мной не идет, — огрызнулась Лая, старательно не давая пролезть в мозг неприятной какой-то мыслишке.

«Он молод и, говорят, хорош собой… Их там с Паргой всего-то человек тридцать было… Соврал я тебе насчет своего ранга и имени не скажу…»

Слова Эдана песком пересыпались в голове, сливались с болтовней темного, вызывая на губах непонятную горечь.

— Огнезор придет, Насмешница! — теперь уже вкрадчиво журчал голос темного мастера. — Он свою работу всегда до конца выполняет… А мы вот как раз посмотрим, что ж он так увязался-то за тобой?

Вязавший девушке запястья небрежно потянул рукав ее рубашки и тут же удивленно вскрикнул.

— Ну что там? — недовольно откликнулся на этот возглас старик. Подергал Лаины рукава и вдруг рывком поднял ее на ноги.

— А вот это, милая, — выдохнул почти ей в лицо, — уже очень-очень интересно!

И почему-то показалось связанной, беспомощной охотнице, что настоящие проблемы еще только начинаются.