Религия Денег - Неведимов Дмитрий - Страница 133

133

* * *

Как мы уже отмечали, основным каналом доступа является телевидение. В среднем американском доме есть 3 телевизора. Дети и подростки смотрят телевизор 3.5 часа в день. Средний взрослый американец смотрит телевизор 5 часов в день. Если откинуть время сна и 8-часового рабочего дня плюс время на дорогу, то он проводит у телевизора практически всё свободное время [337] .

Интересно, что по-английски телепередачи так и называются — programming, то есть программирование [сознания].

Привязка человека к телевизору гораздо сильнее в городе, чем в деревне. Особенностью города, по сравнению с живой природой, с лесом, полем, огородом, домашними животными, является его мёртвое однообразие. В городе сознанию человека становится нечего отражать, ибо оно каждый день сталкивается с неизменяющейся материей, для которой уже давно созданы отражения. Городской человек гонится за новыми товарами просто для того, чтобы у него появились хоть какие-то новые впечатления, чтобы нарушить монотонность своей жизни.

Поэтому в условиях города телевизор становится чуть ли не единственной постоянно меняющейся частью мира. Но телевизор предлагает мозгу готовые образы, готовые отражения.

Религия денег управляет отражением, пытаясь монополизировать всё, что изменяется вокруг человека. Она сознательно уничтожает или удаляет из окружения человека живое, чтобы или продать человеку изменения (цветы в магазине [338] , новый вид витрины, новую упаковку), или продать и вставить ему готовый образ.

* * *

Надо чётко представлять, что с точки зрения бизнеса, основная функция любого из каналов СМИ — это не новости, не информация и не художественные достоинства. Это контроль сознания человека.

Стоимость (valuation) многих Интернет-компаний прямо оценивается по числу «eyeballs», «глазных яблок», которые прикованы к сайтам этой компании, то есть по количеству сознаний, которые она контролирует.

Рейтинг теле— и радиопередач, а соответственно и стоимость рекламы в них, тоже напрямую оценивается по числу зрителей, которые смотрят или слушают ту или иную передачу. В глянцевых журналах стоимость рекламы, которая является главным источником их доходов, определяется количеством читателей.

Концентрации капитала соответствует концентрация собственности на каналы управления сознанием. 100 крупнейших корпораций США покупают 75 процентов рекламного времени на коммерческом телевидении и 50 процентов на общественном ТВ.

В Америке очень много телевизионных каналов, широковещательных, спутниковых, кабельных, местных и общих. Но каналы, которые смотрят 2/3 всех телезрителей, контролируются шестью крупнейшими компаниями [339] . Шесть человек могут единолично, и никому не отчитываясь, решать, что показать, и что не показывать двумстам миллионам.

* * *

На уровне колоний , метрополиям крайне нежелательно, чтобы в колониях сохранялись свои национальные каналы доступа к сознанию, точно так же, как им не нужна развитая национальная промышленность. Метрополии пытаются полностью вытеснить местное кино, телепередачи, музыку, содержание газет и журналов (естественно, под видом экономической нецелесообразности) [340] .

Откройте популярные в России глянцевые журналы и подсчитайте, сколько статей посвящено западным темам и знаменитостям (или подражанию им), а сколько посвящено русским. Просмотрите обычную программу телепередач и подсчитайте, сколько в ней импортных передач или сделанных по американским шаблонам. Подсчитайте, какой процент отечественных фильмов идёт в кинотеатрах.

С другой стороны, по американскому телевидению не показывают ни одного мультфильма [341] , телепередачи или репортажа, созданных где-либо, кроме США и Великобритании. Изредка показывают иностранные фильмы, но их даже не дублируют, ограничиваясь субтитрами.

Тот же подход применяется к историческим памятникам и музеям. Правительства колоний находятся под постоянным нажимом с целью закрытия музеев и сокращения расходов на них как «экономически» неоправданных. Наоборот, каждый пивной бар в метрополии приобретает историческое значение.

Рассматривая другие каналы доступа, надо отметить, что корпорации и метрополии пытаются активно войти во все каналы и внедрить через них свои точки привязки.

Операции с точками привязкиI.Исходный и желаемый набор точек привязки

Теперь обсудим подробнее, как именно осуществляется перепрограммирование сознания человека. Мы немного поиграем в дьявола. К сожалению, методы насилия над сознанием применяются так часто и так массово, что единственный способ борьбы с ними — научить каждого этим методам и защите от них.

Представим, что перед нами человек, сознание которого мы хотим изменить. Для начала надо определить нынешнее состояние его сознания, его исходный набор точек привязки .

Надо определить, к каким точкам сейчас привязано его сознание, и каковы заряды этих точек. Следует также отметить те точки, которые контролируются управляющим в данный момент, и те, которые не контролируются.

Иными словами, нам надо составить «карту» его сознания [342] , или определить то множество точек, над которыми мы будем проводить операции.

Далее, нам надо составить желаемый, конечный набор точек привязки . Если мы хотим управлять человеком, то надо заменить все неконтролируемые точки контролируемыми. Кроме того, надо поменять заряды всех точек соответственно нашему желанию.

* * *

Для примера приведём фрагмент исходного набора точек привязки советского человека 1985 года: «Родина, партия, город, завод, семья, дача, соседи, книги…»

Фрагмент нового желаемого набора: «Деньги, доллар, банк, фирма, секс, стиль, авто, статус…»

Исторически на Западе кальвинизм и прочие протестантские течения как раз и выполнили функцию переходных мостиков для сознания между точками привязки христианства и точками привязки религии денег. Сначала богу постепенно были преданы черты денег, после чего замена бога на идола не составила труда. Подробно процесс изменения сознания протестанта описал Макс Вебер в работе «Протестантская этика и „дух капитализма“» [343] .