Брачный сезон или Эксперименты с женой - Николаев Константин Николаевич - Страница 73

– Ты что, перекупался? – спросил он сонным голосом. – Добавить хочешь?

– У вас жетончика не будет? Позвонить! – взмолился я.

– Ага! А я-то думаю, что это за гора возвышается там, на пляже? – Он осклабился. – Забыли тебя, да?

– Так есть жетон или нет? – нетерпеливо простонал я.

– Нет. – Парень слегка подобрел. – Тут рядом автомат есть. Наберешь номер, а как ответят, звездаиешь кулаком в девяточку!

– Куда-куда?

– В футбол не играешь?! Ну в левый верхний угол. Я всегда так звоню.

В благодарность я купил у мордастого – теперь я бы назвал его круглолицым – бутылку пива. И побежал искать волшебный телефон. Будка и в самом деле обнаружилась неподалеку. Я дрожащей рукой набрал номер Хренова.

– Три часа ночи, между прочим, – сказал Игорь вместо дежурных «алло» или «да».

Я бухнул кулаком в «девяточку» и заорал:

– Игорь, ты меня слышишь?

– Ни фига себе, – изумился тот, – он еще и кричит.

– Я надумал…

– И что вы там надумали, друг мой?

– Насчет Катьки, помнишь?

Хренов помнил.

– В три часа ночи я, конечно, заявлялся. Но только к очень любимым женщинам. Твоя Кэт очень любимая или не очень?

– Очень, очень! – поспешно согласился я.

– Это, конечно, нелепо, но, знаешь, я тебе помогу.

– Спасибо, старина! Меня все бросили… – проныл я, но педагог-бизнесмен невозмутимо оборвал меня:

– Ладно, начнем каникулы. Только неизвестно, может, твоя Катерина нас и на порог не пустит. Я бы на ее месте не пустил. Надо придумать какую-нибудь легенду. Ты, кстати, откуда звонишь?

– С пляжа.

– Уважаю! Может, ты еще и зимой купаешься? Не только ночью?

– Я не купался, а загорал!

– Вот как… – Игорь помолчал а потом спросил: – У тебя деньги есть?

– Подожди, – я отошел к фонарю и пересчитал наличность. – Есть, – ответил я, вернувшись в будку.

– Бери машину. Где встретимся?

Я назвал Катькин адрес.

– По пути что-нибудь придумаю, – голос Хренова звучал не по-ночному бодро и даже весело.

Продравшись через кустарники, я выбрался на шоссе. Завидев фигуру в майке и тренировочных штанах, водители тотчас выворачивали руль и, обогнув меня, поддавали газу. Раз на десятый мне повезло. Это был мусорщик.

– Мне вообще-то не по пути, – заявил водитель, когда услышал, что мне нужно на другой конец Москвы. – Но… – он выразительно посмотрел на меня.

Я поскреб в кармане и вытащил смятые бумажки.

– Это все, что у меня есть!

Он на глаз оценил сумму и открыл дверь с вмятиной.

– Поехали!

Глава 59

Улыбнитесь, джентльмены!

Мусоровоз вырулил во двор мадам Колосовой. В свете фар из-под колес, как зайцы, вынырнула потревоженная влюбленная парочка. Вдалеке показалась знакомая телефонная будка. Давно же я здесь не был!

У будки стоял Хренов и нервно поглядывал на часы. Выглядел он так, будто целое утро готовился к дипломатическому приему. Белоснежная рубашка выглядывала между полами светлого легкого пиджака, из ее ворота чуть высовывался шейный платок непонятного в темноте цвета, в начищенных туфлях отражался свет фар. И этот подбородок! Гладко выскобленный, мужественный. Казалось, что запах лосьона после бритья распространился даже по кабине мусорщика, насквозь пропахшей помойкой. Я потер свои колючки.

– Первый раз вижу, чтобы манекены с витрин сбегали и по дворам разгуливали, – усмехнулся шофер, увидев Хренова, и остановил машину.

Я распахнул помятую дверцу и неловко спрыгнул с высокой подножки, громко хлопнув тапками. Игорь присвистнул и вгляделся в мой облик.

– Все хуже и хуже, – констатировал он. – Что же осенью-то будет?

– Да я, понимаешь, с пляжа, – начал оправдываться я и подтянул съехавшие штаны.

– Охотно верю. Мой план проникновения в квартиру твоей Кэт горит синим пламенем.

Я заволновался.

– Это еще почему?

– Не учел твоего… хм… облика. Я планировал, что перед дверями квартиры одинокой эмансипе предстанут два джентльмена… – Он пристально оглядел меня и покосился на свои туфли. – Но, к сожалению, я вижу здесь только одного…

– Что же теперь делать? Не мог же я заехать домой и переодеться!

– Ладно, – бросил Хренов. – Легенда кардинально изменилась, но так даже интереснее. Разыграем рождественскую историю! Это летом-то! – Он рассмеялся. – Ну показывай, где обитает твоя сильфида?

Я глянул на Катькины окна. Одно из них, слава богу, чуть теплилось. Кэт всегда спала в темноте. Значит, она не спит! Мы поднялись по лестнице и замерли перед металлической дверью.

– Может, не надо? – пискнул я.

Хренов ошеломленно посмотрел куда-то между лямок моей грязной майки.

– Ну ты даешь! Не надо, – передразнил он и уверенно нажал кнопку звонка. Я сжался. – Все будет о'кей, только слушай меня…

– Кто там? – раздалось через минуту.

Удивительно! Катька стала интересоваться теми, кто стоит по ту сторону.

Хренов откашлялся.

– Мадам, я вполне отдаю себе отчет в несвоевременности этого визита, однако…

– Идите к черту! – Глазок затемнился. К нему прильнул любопытный Катькин глаз.

– …однако, – хладнокровно продолжал Игорь тем же тоном, – я здесь не по собственной воле. Сейчас мы ее поставим перед фактом, – шепнул он мне. – Дело в том, что хорошо известный вам джентльмен, образно говоря, напился…

– А мне-то что до этого? – Кэт вступила в беседу. Уже полдела! – Напивайтесь где и с кем хотите! Я вообще не понимаю…

Но тут ее перебил мудрый педагог Хренов:

– Однако, сударыня, он упорно твердил ваш адрес. Не мог же я отдать человека на произвол судьбы и милиции! Людям свойственно где-то проживать, а вы, видимо, приходитесь этому джентльмену законной супругой.

За дверью повисла тишина. Игорь толкнул меня локтем и прошипел:

– Сейчас она откроет! Прикинься пьяным!

Мне уже надо было прикидываться, в этом он прав. Страх настолько парализовал меня, что последние остатки алкоголя напрочь выветрились. Я обнаружил, что до сих пор сжимаю в руках какой-то предмет. Это оказалась закрытая бутылка пива. Нервно сунув горлышко в рот, я попытался сковырнуть пробку зубами. Но тщетно.

– О! Это пойдет. Чтобы как следует вжиться в роль, – шепнул Хренов. – Только зачем же зубы ломать?

Он достал из внутреннего кармана пиджака алюминиевую расческу. С одной стороны у нее имелась зазубрина. Открывалка. Хренов поддел пробку.

– Только живо!

Я присосался к бутылке.

– Ваш друг, видимо, ошибся, – Катька обдумала свое положение. – Никакого мужа у меня нет.

И тут Игорь умело перевел огонь на вражескую территорию.

– Знаете, девушка, – сказал он строго, – я ведь человек посторонний. – Я было запротестовал, но Хренов свирепо прошипел: – Так надо, – и продолжил громким недовольным голосом: – С этим джентльменом я не знаком. Так что делать будем?

– Подведите вашего джентльмена к глазку, – приказала Кэт.

– Слышал? Ну давай, с богом! – Хренов поморщился. – Нет, не поверит. Прямо бомж какой-то!

Я подошел к двери и уставился на глазок, как на икону.

– Улыбнись, а то она вообще испугается.

Плохо же он знал мою Кэт! Все-таки я изобразил на лице некое подобие улыбки.

– Кошмар! – Хренов отвернулся.

За дверью раздался протяжный вздох. Заскрежетал замок.

– Узнали? – обрадованно вскричал Игорь в расширявшуюся щель. – Я же говорю, что это ваш муж!

В проеме стояла Катька. Господи, Катька собственной персоной! Густые ресницы возмущенно хлопают, кулачки сжаты. И этот халат, который мне раньше не нравился. Черный халат с иероглифом на спине! Только бы сейчас не увидеть этот самый иероглиф! Вдруг она открыла, чтобы просто не разговаривать через дверь, и вскоре опять захлопнет ее перед моим носом?

– Муж, объелся груш!

В самом деле, не выставлять же меня на улицу. Жалко, наверное! Так что муж – самое подходящее в данном случае определение.

– Вы извините, – сказал Хренов, – ваше дитятко не совсем в себе.