Проигравшему - смерть (авторский сборник) - Кварри Ник - Страница 132

Эстелла Росс жила на пятом этаже шикарного дома. Я нажал на кнопку звонка, расположенного рядом с дверью, и поправил галстук, чтобы при необходимости было легче добраться до пистолета, если Эстелла была дома не одна.

Через некоторое время женский голос спросил:

— Кто там?

Даже через дверь голос ее казался суперсексуальным.

— Меня прислал Фрэнк Лека.

Послышался скрип в замочной скважине, и дверь отворилась.

На меня взглянули быстрые живые зеленые глаза.

Эстелла была невысокой женщиной немногим выше пяти футов, с гибким подвижным телом. На ней был прозрачный халатик, сквозь который просвечивали черные трусики и лифчик. Представьте себе маленькие твердые груди, красивой формы бедра, хитрые губы и массу светлых волос на голове — это и будет Эстелла Росс.

Я продолжал играть начатую роль.

— Можно войти? Мистер Лека хотел, чтобы...

— Фрэнк вас не присылал, — сказал она теплым глубоким голосом. — Вы — Джейк Барроу, я видела ваше фото.

Враждебности в ее голосе не чувствовалось, только любопытство.

— Что вам от меня нужно?

— Поговорить с вами о том, что произошло с Марти.

Я готов был поставить ногу на порог, чтобы помешать ей закрыть дверь, но она и не пыталась это сделать. Мгновение она смотрела на меня своими зелеными глазами, а потом сказала:

— Хорошо, проходите.

Я вошел, не делая никаких попыток скрыть, что моя рука сунута под пиджак.

Гостиная меня поразила: сплошной антиквариат викторианской эпохи.

Осмотрел я и другие комнаты: солнечную спальню с громадной кроватью и балдахином, ванную комнату с розовой мраморной ванной.

Эстелла ходила вслед за мной.

— В доме никого нет, — сказала она наконец. — Поэтому доставьте мне удовольствие — оставьте в покое ваш пистолет. У меня нет никаких мотивов помогать кому бы то ни было убивать вас.

— А ваша лояльность по отношению к Лека?

— Вы считаете, что я должна быть лояльна к нему? — Ее зеленые глазки были круглыми и невинными, как у девочки. Она добавила: — Лека только мешает мне...

Она удобно уселась на стульчик перед туалетным столиком и начала подводить брови, смотрясь в зеркало.

— Вы можете говорить, пока я буду приводить себя в порядок. А то я спешу на урок пения. Мой учитель не любит, когда я опаздываю.

— Вы певица?

— Нет... Просто умею хорошо петь и танцевать. Но в скором времени, наверняка, стану кинозвездой.

Она сказала об этом, как о чем-то само собой разумеющемся.

— А что вы имели в виду, когда говорили, что Фрэнк Лека вам только мешает?

— Фрэнк говорит, что не хочет, чтобы я делала карьеру. Он не хочет делить меня ни с кем. — Она наложила на губы немного помады. — А я уже прошла кинопробы и имела полный успех. Один из продюсеров предложил мне заключить контракт... И знаете, что сделал Фрэнк?

— Где похоронен ваш продюсер?

— О, нет! Фрэнк не убил его... Он просто сделал так, что тот отказался от намерения меня снимать, а все остальные продюсеры... В общем, это их тоже насторожило.

Она встала и скинула халат, нисколько не смущаясь, что осталась только в лифчике и трусиках.

— Вся надежда только на то, что я надоем Фрэнку, — сказала она, открывая шкаф, наполненный одеждой. — Тогда мы расстанемся, и я смогу сделать карьеру.

Я смотрел, как она натягивает черную комбинацию.

— Значит, вы не чувствуете обязательств ни по отношению к Лека, ни к кому другому?

— У вас немного шансов выкрутиться, — сказала она, глядя на меня. — Как все-таки несправедливо, что такой полный жизни человек, как вы, должен умереть. Но ничего не поделаешь...

Она стала одевать белую блузку.

— Вы можете мне помочь, если захотите.

— Каким образом?

— Я не убивал Марти и хочу докопаться до того, кто это сделал...

Если мои слова и произвели на нее впечатление, то внешне это никак не проявилось. Сейчас ее больше заботило то, как бы поскорее натянуть черную юбку. Сделав это, она сказала:

— Если вы утверждаете, что не убивали Марта, то тогда я не знаю, кто бы мог это сделать...

— Когда вы узнали о его смерти?

— Мне позвонил сюда и сообщил об этом Фрэнк. Ночь он провел со мной, как, впрочем, и все остальные ночи... Трудно поверить, что такие пожилые люди могут быть настолько... пылкими.

— А кто сообщил новость ему?

— Виктор Рюннон из конторы районного прокурора. Они пытались найти Лека, но раньше нашли Рюннона. — Эстелла Росс тряхнула кудрями и сочувственно посмотрела на меня. — Знали бы вы, как это подействовало на Фрэнка! Только сына он и любил по-настоящему... — Она вынула из шкафа белый пиджак и надела его. — Узнав об этом, Фрэнк стал сам не свой. Он даже расплакался в моей постели. — Она улыбалась. — Пора идти. Кстати, одна деталь: Фрэнк предлагал мне выйти за него замуж. И знаете почему?

— Вам достаточно посмотреться в зеркало, чтобы понять это.

Она очень мило улыбнулась мне. Хотя она наверняка слышала много комплиментов от мужчин, это все равно было ей приятно.

— Не шутите... Он считает, что еще не стар и хотел, чтобы я родила ему другого сына. Ну разве он после этого не сумасшедший? Подумать такое! Что я буду рожать ему детей!

— А если он будет продолжать настаивать?

— Я все равно не выйду за него...

Лично я совсем не был в этом уверен. С одной стороны, она могла и извлечь значительные выгоды после смерти Марти, но с другой стороны, она утверждает, что не собирается выходить за Лека и что ее единственное желание — стать кинозвездой.

— Вы уверены, что не знаете, кто бы мог быть заинтересован в смерти Марти? — спросил я.

— Уверена! — ответила она, чуть подумав. — Ну, разве кто-нибудь из девочек, с которыми он развлекался.

— Вы и об этом знаете?

— Конечно! Марти был садист. В известной степени женщинам это даже нравится, но он переходил все границы. И мог иметь любую девчонку, которую захочет. Или за деньги, или потому, что он был сыном Фрэнка Лека... Возможно, без садизма он не мог возбудиться. Такое тоже бывает.

— А когда вы узнали обо всем этом?

— Это узнал Рюннон и рассказал все Фрэнку. — Эстелла вынула из кармана расческу и повернулась к зеркалу, чтобы заняться прической. — Рюннон сказал, что Марти уже искалечил нескольких девушек и вообще охотится на них.

— А как к этому отнесся Лека?

— Фрэнк не придал этому значения.

Я наблюдал, как она собирает волосы в «конский хвост», что делало ее похожей на девочку и выгодно подчеркивало ее сексуальный голос и чувствительные губы.

— Вы часто видитесь с женой Марти?

— С Джиной? Иногда вижусь.

— Она вам нравится?

— Я об этом даже и не думала никогда. Она мне не надоедает, я ей, кажется, тоже.

Эстелла достала из ящика сумочку.

— Как вы думаете, знала она о развлечениях своего мужа?

— Уверена, что догадывалась, — ответила Эстелла. — Джейн не настолько глупа. К тому же Марти проводил все ночи вне дома.

— И это ее трогало? Ведь они были женаты всего год!

— Не знаю, нравилось ли ей это, но внешнего беспокойства она не показывала.

— Что вы этим хотите сказать?

— У Марти были подружки... Так почему же не предположить, что и у нее был дружок? Но если это было так, то Джейн вела себя очень осторожно, и в дальнейшем ей придется быть осторожной. Ведь если Фрэнк узнает... — Она не закончила фразу и закрыла сумочку. — Нужно идти. Осталось три минуты.

— Не очень-то вы мне помогли.

Она с серьезным видом посмотрела на меня.

— Вам уже никто не поможет, Барроу. И вы это сами отлично понимаете!

— Мне поможет тот, кто убил Марти, — ответил я. — Независимо от того, хочет он этого или нет.

Я поднялся.

— Что ж, надежда — вещь хорошая.

Я посмотрел на нее.

— Вы сказали, что Фрэнк приходит сюда каждый вечер, — мягко проговорил я.

— Ну и что?

Ее глаза снова стали круглыми и и невинными, как у девочки.

— Вы хотите сказать, что можете подстеречь его у меня и убить?