В игре (сборник) - Текшин Антон - Страница 62

62

–?И что это значит? – вопрошаю в пространство.

Беру бумажку и, развернув, начинаю читать. «Рекрут, ты прошел испытательный полигон гильдии Клинки Запада и теперь можешь присоединиться к нам. Ты этого желаешь?» Пальцем пишу: «Подумаю» – и выбрасываю свиток в сторону дальнего угла.

Ну Васька, ну и хитрый жук! Я за свои же деньги прошел испытание на вступление в его клан! Вот это урок так урок, на всю жизнь его запомню…

–?Вот такая, оказывается, политика у нынешних кланов, дорогие зрители, – сначала испытание, а потом уже приглашение на вступление. Всем удачной игры, и не забывайте смотреть мои видеоуроки! До встречи!

Дмитрий Рус

Чувство долга

Москва. Весна 203* года

Тонированный в ноль микроавтобус уверенно подкатил к закрытым воротам хосписа, требовательно крякнул сиреной и мигнул синими огнями спрятанного за решетку радиатора стробоскопа. Из крохотной будки охраны неторопливо выбрался хромоногий пенсионер в аккуратно наглаженном, но застиранном до бесцветного состояния армейском кителе. На правой стороне груди виднелась пара золотистых нашивок тяжелых ранений.

Мазнув взглядом по ментовским номерам и припадая на обе ноги, охранник подошел к водительской двери. Проигнорировав требовательное взрыкивание движка, он осторожно постучал антенной смешной розовой рации в непрозрачное стекло. Кротостью нрава залетные гости не отличались: взвизгнул стеклоподъемник, выплескивая наружу ауру власти и агрессии:

–?Ты че, старый, берега попутал? Открывай ворота, полиция!

Флегматичное лицо охранника осталось безучастным. Он заглянул внутрь микроавтобуса, оценил количество прибывших и расположение звездочек на погонах. Холодным пустым взглядом уставился на старшего группы, вольготно развалившегося на переднем сиденье:

–?Документы предъявите…

Из глубины салона привычно прессанули:

–?Не борзей, хромоногий! Я тебе щас так предъявлю, выйдешь на пенсию по инвалидности!

Капитан недовольно оглянулся и заткнул разошедшегося холуя:

–?Филипенко, утихни!

В отличие от звероподобного прапора, специалиста по раскалыванию подозреваемых в первые же минуты после задержания, капитан успел разглядеть глаза охранника. Ох уж эти никому не нужные ветераны горячих точек, забытые государством и отторгнутые обществом сытых потребителей…

Колченогий, вероятно, воевал еще во Вторую Грузинскую, а может, и конфликт на Дальнем зацепил, причем вряд ли в должности рядового солдата. Такого на привычные барские понты не взять, придется наступать на горло собственному величию и демонстрировать документы.

Старший группы молча вытащил закатанное в пластик удостоверение, солидно сверкающее голограммами, печатями и разлапистым орлом.

–?Все?! Открывай ворота!

Охранник покачал головой:

–?Это частное больничное учреждение. Согласно статье двадцать пятой Конституции РФ: «Жилище граждан неприкосновенно. Никто не вправе проникать в частные дома против воли проживающих в них лиц».

–?Грамотный, сука?! – возмущенно рванулся из кресла гигантский прапор.

–?Сядь, Филипенко! – Капитан сохранил самообладание, чему немало способствовали направленные на машину камеры наружного наблюдения.

Поиграв скулами, он напомнил охраннику:

–?Статья пятнадцать Закона «О полиции». Мы имеем право войти на частную территорию для задержания лица, подозреваемого в преступлении. Также мы вправе произвести взлом замков и конструкций, препятствующих проникновению. Еще вопросы будут, или я прикажу на хрен протаранить эти ворота?

Охранник прищурился и приподнял одну бровь:

–?И Бога не побоитесь? Это, между прочим, детский хоспис, сюда со всей России неизлечимо больных ребятишек умирать привозят…

Ноздри капитана яростно раздулись:

–?У меня на руках постановление об аресте вашего главврача. Даю тебе ровно пять секунд для открытия ворот, в противном случае ты будешь задержан за причинение помех и неподчинение законным требованиям органов правопорядка.

Ветеран удивленно покачал головой:

–?Да езжайте уже, органы… Кто ж вам мешает…

Он потянулся к поясу и нажал кнопку на брелке управления. Ворота вздрогнули, медленно поползли в сторону. Водила посмотрел на охранника тяжелым многообещающим взглядом и нажал кнопку стеклоподъемника, отделяя теплое нутро ментовоза от внешнего мира. С последним порывом весеннего ветра в салон влетела черно-белая тушка светошумовой гранаты.

Впервые улыбнувшийся охранник резко присел, прижимаясь спиной к водительской двери, приоткрыл рот и зажал уши ладонями. Оглушительно бахнуло, ветерана оросило крошевом каленого стекла. Вытянув из-под кителя гражданский шоковый пистолет, кустарно доработанный под стрельбу очередями и до скрипа пружины набитый неконвенционными зарядами, мужчина заглянул в салон.

М-да, звуковой хлопок в двести децибел и вспышка в тридцать миллионов свечей в салоне закрытого автомобиля – это очень весомый аргумент в любом споре. Шоковая граната сработала штатно, в отключке оказались все, кроме зловредного прапора, монотонно подвывавшего и слепо раскачивающегося на заднем сиденье.

Охранник поднял пистолет и короткими двойками обработал всех находившихся в салоне. Острые электроды одноразовых конденсаторов уверенно пробивали мышиного цвета форму и мгновенно разряжались в одном коротком импульсе силой в пятьдесят миллионов вольт. Вот теперь у Дока действительно будут обещанные десять минут форы.

Ветеран задумчиво поглядел на зарождающийся в салоне пожар – есть у «Зари-3» такой вот побочный эффект. Затем с явным сожалением дотянулся до огнетушителя в стандартном крепеже у двери и забил струей порошка набирающее силу пламя.

Поднес ко рту пластиковую коробочку рации, в очередной раз скривившись при виде бестолкового розового цвета. Да, это тебе не привычный армейский серо-зеленый…

–?Док, это Сергей, ответь… Пш-ш-ш… Время вышло, за тобой воронок приехал… Пш-ш-ш… Как и обещал, минут десять у тебя есть, вряд ли больше. Станция звукометрического городского контроля уже наверняка отработала хлопок, сигнатура «Зари» была приглушена салоном, но не думаю, что это обескуражит искин ЗГК… Пш-ш-ш… Извини, по-другому не мог, их все-таки шесть рыл, а я всего лишь старый инвалид… Пш-ш-ш… Да живы все, не бойся! В общем – действуй, я попробую выиграть тебе лишние пару минут после прибытия патрульных или спецназа, кого там Бог пошлет на наши головы… Правильный ты все же мужик, Док, удачи тебе и не поминай лихом!

Вернув рацию на пояс, он потянулся через выбитое окно к телу водителя и достал из оперативной кобуры полицейского пластиковый «Глок». Скривился – и тут Родину предали…

Ну что ж, ему уже давно не нравился этот поставленный с ног на голову мир. Видимо, пришла пора прощаться, вместе им явно не по пути. Зато появился шанс сдохнуть правильно, как и полагается старлею ВДВ – под грохот выстрелов и в сизом тумане порохового дыма. Мужчина горько усмехнулся и полез в коптящий салон шмонать очередное тело.

* * *

Док торопливо шагал по звенящим полупустым коридорам хосписа. Несмотря на всю серьезность ситуации счастливая улыбка нет-нет да пробивалась на озабоченно наморщенном лице.

Шарахались в стороны растерянные медсестры. Наверняка в их глазах он выглядел кровожадным маньяком – за считаные недели заведение опустело на две трети. Ячейки холодильника морга превратились в пугающие, плотно набитые коммуналки.

Сознание детей легко уходило в «срыв», жадно хватаясь за предоставленный шанс. А вот источенные болезнями тела, цеплявшиеся за жизнь одной лишь детской верой в собственное бессмертие, с облегчением делали последний вздох и замирали навсегда.

Из приоткрывшейся двери кабинета зама сверкнул злой глаз – вот он, пригретый Доком стукачок. Медицинская среда, она такая: подставился – отгребай и не жалуйся, кандидатов на твое место предостаточно. Плечо вряд ли кто-то подставит, а вот желающие подтолкнуть да ускорить падение найдутся почти наверняка. Впрочем, за текущую должность Док не держался. Будь его воля – ушел бы давно, спился или повесился. Останавливали лишь полные надежды детские глаза. Ну и нелепая мечта – не носить больше на руках каждые три дня очередное тело в морг, шагая, как Смерть, по мигом пустеющим коридорам, а стоять у ворот хосписа и махать вслед счастливым родителям, увозящим домой неожиданно выздоровевшего ребенка.