Рождение Темного 2 (СИ) - Горелкин Виталий - Страница 38

- Слух прошел, что Шурга привез с собой Вестника, - пролепетал орк и исчез из шатра.

Первым наступившую тишину нарушил Цагаан:

- Старик, иногда мне кажется, что твоими устами говорят духи. Как ты сказал? Храм перестанет вмешиваться в дела кланов, когда придут боги? Ха-ха! Если младший умудрился отыскать настоящего Вестника, то скоро у огадуров вновь появится хан! Собирайся, мы едем в северное стойбище.

И впервые за долгие годы Шоцу не нашел что ответить своему потомку.

В самый разгар празднества в клан Ашрах пришли два незнакомых шамана. Их волосы были перетянуты широкой лентой, а не были заплетены как обычно в косы. По этой примете орки сразу догадались, что к ним явились не простые говорящие с духами, а посланники Серого храма. Чужаки отказались принимать участие во всеобщем веселье и целый день не выходили из шатра Кучума. Видя такое странное поведение шаманов, простые орки насторожились. По стойбищу поползли зловещие слухи о том, что клан Ашрах чем-то прогневил Серый храм и теперь вождь пытается всячески задобрить представителей главного святилища огадуров. Но народная молва, как это часто бывает, была далека от истины: шаманы приехали в клан по приглашению самого Кучума.

На следующее утро посланники Серого храма покинули стойбище Ашрах и направились в сторону земель клана Орчибат. Дорогих гостей сопровождали три десятка воинов Кучума. С ними дорога обещала быть простой и спокойной.

- Наставник, зачем ты согласился выполнить его просьбу? - спросил статного седого орка низкорослый шаман. - Неужели тебя прельстили его подарки?

- Подарки лишними не будут, Бахчум. Они пригодятся нам на новом месте.

- На новом?

- Да, мы займем место Кархая. Он стар и теряет власть. Еще и упустил меч Могултая. Хорошо, что сообразил поддержать требования младшего сына вождя, решившего стать Искателем. Будет лучше, если меч Могултая совсем исчезнет, чем окажется в руках Цагаана. Подумать только, скрывать такую реликвию несколько поколений! - седой орк покачал головой и задумчиво провел пальцами по большому костяному кулону с изображением волка.

- Наставник Фырх, но десятки шаманов тоже не замечали в родовом мече Орчибат священную реликвию, - усомнился Бахчум.

- Не веришь? - ухмыльнулся Фырх. - И правильно делаешь. Орчибат рано или поздно заявят о себе как о потомках Могултая. Они и так каждый сезон становятся чуть сильнее. Вот покусились на земли Ашрах. Пастбища - только предлог, а подарок Цагаана - прекрасный повод, чтобы начать войну. Хитер, Цагаан, ой как хитер. Это надо же придумать - отправить в подарок стадо дряхлых кобылиц! Некоторые из них, не выдержав долгого перехода, стали падать замертво прямо у шатра Кучума. Прими тот такое - стал бы посмешищем для всех.

- Но Кучум их не принял.

- Да, не принял, - согласился Фырх с учеником. - И дал прекрасный повод для войны. Причем такой, что нам и придраться не к чему. Цагаан в своем праве решать, как ему разобраться с обидчиком.

- Значит война?

- Да, но Орчибат должен выйти из нее ослабленным.

Бахчум долго обдумывал слова наставника. Наконец он не выдержал и спросил:

- Я не пойму, зачем нам вмешиваться? Пусть воины сами решают свои проблемы. Не ты ли сам говорил, что нужно направлять их ярость на чужаков, чтобы вожди жили только войной и не лезли в наши дела?

- Да, я так говорил, - кивнул Фырх. - Но ты не видишь дальше гривы своего коня. Сначала Цагаан захватит земли Ашрах, потом пастбища другого клана, потом другого... А там, глядишь, и все Пустоши подчинятся его воле.

Перед тем как въехать на земли клана Орчибат орки остановились на ночевку. Утром воины Кучума собрались было повернуть назад, но седой шаман их остановил и приказал следовать дальше. Бахчум удивился, но спорить не стал.

- Перед отъездом я успел кое-что узнать про Кархая у наставника Чарша, - неожиданно сказал Фырх, отвечая на не высказанный вопрос ученика. - Тот поведал мне, что шаман Орчибат хорошо ладит с низшими духами. Высших духов призывает очень редко. То ли сил маловато, то ли боится. В общем - хороший шаман, которому повезло получить в кормление целый клан, а не какой-нибудь захудалый род. Одному мне с ним справиться будет тяжело, поэтому и послали нас двоих.

- К чему ты это сказал? - поинтересовался Бахчум.

- К тому, что я за весь день не видел ни одного мелкого духа. А высшие чем-то обеспокоены и не отвечают на мой зов. Интересно, что могло встревожить жителей тонкого мира?

Бахчум не знал ответ на вопрос обеспокоенного наставника, но на всякий случай следующей ночью начертил вокруг стоянки несколько охранных знаков.

Через несколько дней шаманы встретили орка из клана Орчибат. Узнав от него последние новости, посланники Серого храма остановились и начали совещаться.

- Смерть Кархая объясняет странное поведение духов, - облегченно произнес Фырх. - Я уж начал опасаться, что старик узнал про нас и начал проводить неизвестный ритуал.

- И это все что можешь сказать? - удивился Бахчум. - А как же возвращение меча Могултая и появление Вестника?

- Проблему с мечом мы решим, - уверенно ответил седой шаман. - А Вестник нам помехой не будет.

- Почему? - удивился Бахчум.

- Он самозванец.

- Но откуда тебе это знать? Вдруг там пришел настоящий посланник Огадура? Он разотрет нас в пыль!

- Не бойся, кроме самозванца мы никого там не встретим, - усмехнулся Фырх и добавил. - Пророчество о приходе Вестника придумали в Сером храме, чтобы у нашего народа после смерти Огадура не пропала воля к жизни. Самое худшее, что может быть - Вестник окажется человеческим магом. Придется, конечно, потрудится, но в наших землях он нам не соперник.

Прошло почти три недели с тех пор, как местные попробовали отобрать у Шурги его меч. Когда раненного орка внесли в мой шатер, я решил было опробовать на нем заклинание исцеления, но передумал. Раны были не смертельными, если не будет заражения, то заживут сами. Тем более что орчанки принесли мне пару маленьких горшочков с дурно пахнущей мазью. Они уверяли, что это лучшее средство для заживления ран. Последние сомнения, лечить Шургу магией или нет, развеяли собственные воспоминания о том, как я лежал в больнице. Ведь от чего страдает больной? От болячек и недостатка общения. Вот и пусть Шурга говорит только со мной. И чем больше времени он будет выздоравливать, тем больше смогу узнать подробностей про житье огадуров.

Первые дни я на всякий случай подпитывал источник Шурги своей энергией, чтобы он невзначай не окочурился. Но, увидев, как стремительно заживают его раны, прекратил всякую помощь и начал его расспрашивать. В отряде наемников орка игнорировали, так что клыкастик явно соскучился по общению.

Я давно понял, что одним из главных умений человека моей профессии является способность слушать. Нужно только не забывать время от времени поддакивать, удивляться и задавать наводящие вопросы. После этого тебя будут считать чуть ли не ближайшим другом и раскроют многие тайны. А если к этому еще прибавить немного алкоголя, то степень откровенности повысится раза в два.

Заставив Шургу выпить в лечебных целях пару глотков настойки с ядреным запахом браги, найденной мной в закромах шамана, я попросил орка рассказать о себе. Клыкастик начал отвечать скупыми осторожными фразами, однако постепенно увлекся и выложил передо мной всю историю своей жизни.

Многое из того, что мне поведал Шурга, было интересным. Правда иногда он впадал в бред и начинал нести откровенную чушь, про каких-то огромных демонов, кружащих над нами в небе. Трудно сказать что это было - индивидуальная непереносимость алкоголя или шаман успел добавить в бражку каких-нибудь галлюциногенов. Уменьшение дозы "лекарства" все равно приводило к видениям. Опасаясь за душевное здоровье Шурги, я скоро отказался от настойки. Тем более что к тому времени мне удалось с ним наладить доверительные отношения.