Колонисты - Кавано Джек - Страница 64

— Мне нравится быть матросом. И команда мне нравится — разумеется, за одним исключением. А еще мне хочется повидать мир. Что до нападений на другие корабли… посмотрим, что это такое. А ты? Что будешь делать ты?

Мэйджи нахмурился.

— Не знаю…

— Нет, знаешь! — воскликнул Джаред и вскочил на ноги. — Помнишь, о чем ты говорил мне в таверне, перед тем как мы попали в лапы вербовщиков?

Мэйджи отрицательно покачал головой.

— Ты говорил о своем знакомом, которого посылали на Барбадос. Ты очень хотел, чтобы по его рекомендации туда направили и тебя. Ну вот… — Джаред неопределенно махнул в сторону моря. — Ты получил, что хотел! Это где-то совсем близко… По-моему…

Джареду показалось смешным собственное незнание географии, и он рассмеялся. Мэйджи тоже захохотал.

— Отдаю тебе должное, — заметил он, — ты выбрал отличное место для того, чтобы показать товар лицом. Но зачем тебе и дальше терпеть Шоу?

— Поговорим об этом завтра, — сказал Джаред, — после того, как я пристрелю его.

Он произнес эту фразу почти небрежно, стараясь не обнаружить тревоги, с которой думал о предстоящем поединке.

— В таком случае, — промолвил Мэйджи, — я тоже готов стать морским волком.

Старший комендор Руди Шоу выглядел ужасно. Увидев его взлохмаченную, с проседью бороду, воспаленные веки и желтые зубы, ощутив его зловонное дыхание, Джаред решил, что тот болен, и поэтому предложил:

— Если не хочешь драться сегодня, можем перенести поединок на другой день.

— Что, щенок, струсил? — протянул Шоу, и его глаза злобно сверкнули. Он наклонился к Джареду, поводя носом так, словно надеялся учуять запах страха.

— Ты уверен, что хочешь драться? — спросил у Джареда Патрик Трэйси.

Молодой человек расправил плечи.

— А почему бы и нет?

— Почему бы и нет? — повторил возмущенно Трэйси. — Да потому, что тебя могут убить! Вот почему!

Слова первого помощника слегка отрезвили Джареда. Мысль о смерти как-то не приходила ему в голову. В нем жила непоколебимая уверенность: он не может погибнуть. Умирают старые или невезучие, а он не относил себя ни к тем, ни к другим. Джаред был проворен, как волчонок, и ему казалось, что те, кто вступает в бой, подобно волчатам, визжат, кусаются и катаются по земле. Поединок с Шоу представлялся ему не более серьезным занятием, чем воскресная возня с Чакерсом и Уиллом. Порой кому-то из них случалось вспылить, если товарищ причинял боль, но они знали, что тот сделал это не нарочно. Джареду казалось, что сегодняшний поединок — обычное воскресное развлечение, только в другой компании. По крайней мере так он считал, пока Трэйси не упомянул о смерти. Может, Шоу имел потрепанный вид потому, что боялся умереть?

— Я должен это сделать, — сказал Джаред, — если хочу остаться на «Голубке».

По-видимому, такой ответ удовлетворил первого помощника, и он занял свое место между противниками. Все трое стояли на песчаном берегу одной из бесчисленных лагун Кэт-Айленда. Вдали виднелась неуклюже завалившаяся на бок «Голубка». Она вошла в бухту во время прилива. После отлива корабль оказался на песчаной отмели. Шхуну положили на бок, чтобы очистить ее корпус от ила, рачков и ракушек и хорошенько проконопатить щели и залить их смолой. Корабельный плотник Томас Бардин и несколько матросов, которых он взял подручными, занялись очисткой. Остальные пираты слонялись по берегу, наблюдая за поединком между комендором и Джаредом.

Патрик Трэйси вручил противникам заряженные пистолеты и дал время осмотреть оружие. Затем он поставил Джареда и Шоу спиной друг к другу.

— Правила просты.

Он указал на две воткнутые в песок сабли, одна из которых оказалась перед Джаредом, а другая — перед комендором.

— До каждой сабли по десять шагов. По моей команде вы расходитесь, поворачиваетесь и стреляете. Если крови не будет, вы возьмете сабли и продолжите поединок. Победит тот, кто первым ранит противника так, чтобы появилась кровь. Возражений нет?

— Нет, — отозвался Шоу.

— Нет, — согласился Джаред.

Трэйси отошел на безопасное расстояние.

— По моей команде! — крикнул он. — Раз! Два! Три!

На каждый счет Джаред делал по шагу, чувствуя на себе взгляды нескольких матросов, которые наблюдали за ним со скалы, возвышавшейся справа от него. Рядом с ними он заметил Джеймса Мэйджи и подумал, что нужно рассказать ему о том, что капитан Деверо сожалеет о гибели Вира. Мэйджи будет приятно узнать об этом.

— Четыре! Пять! Шесть! Семь!

Смешно, что такая ерунда пришла ему в голову в момент поединка. Джареду всегда хотелось узнать, о чем думают перед смертью. Ему казалось, что в такие минуты вспоминают любимых, сожалеют о дурных поступках — короче, размышляют о чем-нибудь эдаком. Будь это правдой, его бы сейчас не покидали мысли об Энн. Однако, хотя он и любил думать о ней, теперь это показалось ему совершенно неуместным.

— Восемь! Девять!

«Может, я не могу думать о ней, потому что мне не суждено умереть?» — спросил себя молодой человек.

— Десять!

Джаред стремительно повернулся и сразу же прицелился. Однако комендор еще не обернулся. Пришлось ждать, пока он повернется и вскинет свой пистолет. Джаред знал: нужно нажать на спусковой крючок и спустить курок. Пистолет молодого человека был направлен прямо в сердце противника. Он не промахнется.

Прогремел выстрел. И в тот же миг Джаред почувствовал, как обожгло его левое плечо. Он страдальчески сморщился и опустил оружие. Ему показалось, что кто-то прикоснулся к плечу раскаленной кочергой.

— Ты ранен? — крикнул Джареду Трэйси.

— Кажется, да.

Трэйси велел Шоу оставаться на месте, а сам поспешил к Джареду.

— Пуля вошла здесь, — он просунул палец в отверстие, проделанное пулей в рубахе, а затем показал еще одно отверстие — там, где пуля вышла. Потом Трейси закатал рукав рубахи Джареда и осмотрел рану.

— Пуля всего лишь коснулась твоего плеча, — сообщил он. Обернувшись к Шоу и матросам, наблюдавшим за поединком, он крикнул:

— Царапина! Крови нет! — и обратился к Джареду: — Твой выстрел!

Джаред взглянул на человека, который понуро стоял в двадцати шагах от него, держа пистолет в безжизненно опущенной руке. Никогда еще он не видел этого задиру таким жалким. Молодой человек поднял пистолет и прицелился в нос Шоу. Нет, он не может стрелять ему в лицо! Он стал опускать ствол все ниже и ниже, пока тот не оказался на уровне груди комендора. Но и в грудь стрелять тоже не хотелось. Может, в руку или ногу? А вдруг пуля порвет ему мышцы или связки? У комендора должны быть сильные руки и ноги, иначе он никому не нужен.

И тут Руди Шоу разразился бранью:

— Стреляй же! Стреляй! Ну, за что ты меня мучаешь, злобная ты скотина?

Джаред опустил пистолет.

— Да не хочу я в тебя стрелять! — крикнул он.

— Ты должен! — возвысил голос Трэйси. — Таковы правила.

— А если я не хочу?

— Ты должен выстрелить!

— Хорошо! Стреляю!

С этими словами Джаред поднял пистолет и спустил курок. Прогремел оглушительный выстрел. Облако дыма медленно рассеялось в воздухе. Запахло порохом.

— Сабли! — скомандовал Трэйси.

«Это куда лучше пистолетов», — одобрительно подумал молодой человек и, выдернув из песка саблю, двинулся навстречу противнику.

Он занял исходную позицию, ожидая, пока комендор придет в себя. Шоу отбросил пистолет и дрожащей рукой выдернул саблю из песка. Он повертел ее в руке, все сильнее и сильнее сжимая рукоятку. Казалось, это движение ободрило его. Наконец он медленно повернулся к Джареду. Молодой человек увидел его лицо, покрытое испариной, судорожно стиснутые желтые зубы, недобрую усмешку. К Шоу вернулась его ярость.

— Старайся держать его на расстоянии, — говорил между тем Трэйси Джареду. — Шоу плохо владеет саблей и знает об этом. Дерется он нечестно. Но кто из нас, пиратов, вспоминает в бою о хороших манерах! Ты можешь справиться с ним. Хоть опыта у тебя и маловато, но саблей ты владеешь лучше.