Пленница Гора - Норман Джон - Страница 52

Посетитель окинул Ингу взглядом, каким обычно смотрит хозяин на достойную его внимания дорогостоящую невольницу.

— Ты из касты книжников? — спросил он.

— Да, хозяин, — зардевшись, ответила Инга.

— Правильность твоего произношения это подтверждает, — удовлетворенно заметил Сорон.

— Благодарю вас, хозяин, — пролепетала Инга, смущенно опуская голову.

— Великолепный товар, — обернулся Сорон к Тарго. — Умная, образованная да еще, очевидно, и прошедшая хорошую подготовку рабыня.

Инга стояла, не смея поднять на него глаза.

— Ее следовало бы предложить кому-нибудь из касты книжников.

На лице Тарго заиграла довольная улыбка.

— Я продам ее любому, кто предложит мне хорошую цену, — потирая руки, ответил он.

— Можешь вернуться на свое место, — сказал Инге Сорон.

Польщенная его словами, она отбежала в угол клетки и опустилась на соломенную подстилку, проделав это легко и грациозно, как кошка.

Я едва не задохнулась от досады.

— Пожалуйста, купите меня, хозяин, — в свою очередь произнесла ритуальную фразу Юта.

— Хороша, — одобрительно заметил Сорон из Ара. Юта польщенно склонила голову. На ее щеках заиграл румянец, добавив ей еще больше очарования. Я ее даже возненавидела в этот момент!

— Меня зовут Лана, — опускаясь на колени, сообщила наша первая красавица. — Пожалуйста, купите меня, хозяин!

— Я не спрашивал, как тебя зовут, рабыня, — отрезал Сорон.

Лана посмотрела на него с удивлением.

— Вернись на свое место, — приказал он. Лана послушно отошла в угол клети. На лице у нее промелькнула недовольная гримаса.

— Оставайся там, — распорядился Сорон. Проявляя все свое мастерство, Лана опустилась на колени и покорно склонила голову.

— Пожалуйста, купите меня, хозяин, — прошептала она.

— Нет, — бросил ей Сорон и повернулся к Тарго. Ища моральной поддержки, Лана окинула нас недоуменным взглядом. Мы с Ютой и Ингой старались не встретиться с ней глазами. Я едва удержалась, чтобы не расхохотаться.

Незнакомец и Тарго медленно двинулись по проходу к следующей клетке.

Я стояла в углу, держась рукой за железную решетку. Сделав пару шагов, Сорон обернулся и посмотрел на меня. Я вскинула голову и демонстративно отвернулась. Однако я не могла удержаться от соблазна и не узнать, продолжает ли он на меня смотреть. Он изучал меня внимательным взглядом. Сердце у меня тревожно забилось. Я была напугана. Не меняя выражения лица, Сорон шел дальше по коридору, и они с Тарго остановились у соседней клетки с невольницами. Через секунду до меня донесся голос одной из девушек, произносящей традиционную фразу, и я отвернулась. Я чувствовала себя совершенно беспомощной. С тоской я посмотрела на эти металлические решетки. Они были слишком прочны, чтобы отсюда убежать. Да и куда убежишь?

В тот вечер за ужином я ухитрилась стащить у Юты печенье. Она так и не узнала, что ей тоже выделили порцию поощрительных деликатесов.

Наши занятия в школе для невольниц подходили к концу.

Мы добились многого. Мы научились в совершенстве владеть своим телом и приобрели все навыки высококлассных, великолепных рабынь. Мы обладали полным арсеналом всех тех приемов, которые позволяют с первого взгляда определить невольницу высокой квалификации. Мы двигались легко и раскованно, с чарующей грацией, что так отличает горианскую рабыню от скованной и холодной свободной женщины.

И конечно, нас научили распознавать едва уловимые движения мужчин, читать, как в открытой книге, их истинные стремления и желания. Нет ничего удивительного в том, что прошедшая обучение горианская рабыня обладает способностью предугадывать настроение своего хозяина, и ему нет необходимости говорить о своих настроениях. За таких женщин мужчины выкладывают большие деньги.

Я усмехнулась. Большинство мужчин даже не отдают себе отчет о всем многообразии приемов обращения с сильным полом, изучаемых на курсах для невольниц. Они мыслят простыми категориями и зачастую считают, будто невольниц обучают исполнению танцев, искусству любви и кое-каким мелочам — шитью одежды, например, или приготовлению пищи. Они не предполагают о способности невольницы по едва уловимой мимике хозяина предвосхитить перемену в его настроении и распознать просыпающееся в нем или угасающее желание. Прошедшая обучение невольница по карману далеко не каждому. Вот почему я так настойчиво стремилась взять из занятий все, что можно. Я собиралась использовать полученные мной знания для порабощения своего хозяина. Я не сомневалась, что мне это удастся. Я сумею обеспечить себе легкую жизнь. Даже когда на меня наденут ошейник, распоряжаться будут не мной. Это я буду диктовать свою волю моему владельцу!

Иногда по ночам, лежа на соломенной подстилке, я размышляла о Вьерне и, предугадывая ее дальнейшую судьбу, мысленно смеялась, представляя ее в невольничьем ошейнике и с клеймом на теле. Я очень хотела, чтобы у меня когда-нибудь появилась возможность снова с ней встретиться и продемонстрировать полное отсутствие у меня страха перед этой бывшей разбойницей и свое глубочайшее к ней презрение.

В эти дни, когда наше обучение в коробанской школе для невольниц подходило к концу, я совершенно забыла о существовании Хаакона со Скинджера и Раска из Трева. О набеге Раска теперь вспоминали спокойнее. При этом некоторые тарнсмены даже хвастались своими не совершенными на самом деле подвигами в борьбе с этим разбойником; большинство же воинов, по словам наших охранников, предпочитало помалкивать. Как бы то ни было, раны, оставленные налетчиками Раска городу Башен Утренней Зари, быстро затянулись. Засеянные рожью поля снова заколосились, а по окружающим степям в город потянулись караваны торговцев. Небо было чистым и спокойным. Его торжественную тишину не нарушали боевые кличи грабителей из Трева. Раcк, по-видимому, разбойничал сейчас в других местах, удовлетворяя свою ненасытную потребность в золоте и женщинах.

Хаакон со Скинджера, вероятно, все еще оставался в Ко-ро-ба.

Скинджер, следует сказать, это большой остров, расположенный в бескрайних просторах Тассы далеко к западу от скалистого, неприступного Торвальдсленда и севернее границы лесов. Люди со Скинджера редкие гости в Ко-ро-ба — городе Башен Утренней Зари.

Хаакон со своими тарнсменами, очевидно, пришел сюда с мирными намерениями. Он заплатил за вход в город необходимую пошлину и заявил, что хочет приобрести здесь товары для перепродажи на севере. Оружие у всех воинов Хаакона по прибытии в Ко-ро-ба было отобрано и сложено в хранилище у городских ворот, с тем чтобы вернуть его тарнсменам при выходе из города. По приказу городских властей в Ко-ро-ба у воинов Хаакона были пустые ножны

Какие же опасения может внушать человек без оружия? Признаться, я не могла понять беспокойства Тарго и некоторых из его охранников. Хаакон уже вел с ним дела, и их отношения, очевидно, были обоюдовыгодны. К тому же ходили слухи, что он задержится в Ко-ро-ба еще на несколько дней после нашего отъезда и только потом покинет город и вместе со своими тарнсменами вернется в Лаурис. В Ко-ро-ба Тарго приобрел себе еще несколько десятков девушек и весьма дальновидно увеличил число своих охранников, так что его довольно многочисленному каравану, конечно, нечего было опасаться каких-то сорока — пятидесяти тарнсменов Хаакона. А уж то, чем занимался Хаакон в Ко-ро-ба, и вовсе не давало поводов для беспокойства: он, казалось, был всецело занят приобретением товаров, а его воины не вылезали из кабаков и пага-таверн города, проводя все свое время в пьянстве и азартных играх с такими же, как они сами, местными тарнсменами. Нет, не было никаких оснований опасаться ни Хаакона со Скинджера, ни его людей.

— Рабыни — на выход! — приказал открывающий запоры на наших клетях охранник.

Через несколько минут я уже стояла на знакомом мне деревянном помосте центрального зала общественных бараков для невольниц. На этот раз ноги у меня не были связаны и охранники не держали меня за руки.