Корабль дураков - Брант Себастиан - Страница 18

18

О бесполезности охоты

Что стоит денег и заботы,А много ль пользы от охоты,Имей хоть славу знатокаОхотницкого языка?* * *Охотой, правду говоря,Лишь время убивают зря.Сказать – забава нам нужна,Так слишком дорога она:Всех этих гончих и борзыхНе кормят из горшков пустых.Что станет пес вам или птица,Никак не может окупитьсяНи редкой куропаткой вашей,Ни тощим зайчиком в ягдташе.А сколько стоит сил, тревог —Скакать за дичью без дорог,Обрыскивать долины, горы,Овраги, степи, рощи, боры,Сидеть в засаде, не дохнуть,И вдруг чихнуть – и дичь спугнуть!Распуганной в охоте дичиНамного больше, чем добычи.Но часто в ход идет дичинка,Что нам стрелок приносит с рынка.Стяжать себе желая славу,Затеет кое-кто облавуНа кабана, медведя, льва,Однако тот стрелок едва,Козулю робкую убьет.А тут уж страху он хлебнет!Добычу добрую зимойКрестьянин принесет домойИ, живо распродав дичину,Подставит ножку дворянину.Отцом охоты был Нимрод, [78]Чей богом был отвергнут род.Охотником заядлым став,Слыл грубым грешником Исав,Не то что праведный Иаков.Но не найдешь теперь, однако,Таких, как Губерт и Евстахий, [79]Что отказались, в божьем страхе,От всех охотничьих забав,Путь службы господу избрав,

О хвастовстве

О, рыцарь старины ушедшей!Я сам, поверьте, сумасшедший.Хотите шпорами гордиться?Я надеру вам уши, рыцарь!* * *Позвольте вам глупцов представить,Привыкших сами себя славить.Бахвал, сколь ложь ни будь нелепа,Мнит, что все люди верят слепо,Когда он им бесстыдно врет,Как стар его дворянский род.А между тем отец егоТолько и знал скорей всего,Что колотушкой бух-бум-бом! —Бондарным занят ремеслом;Мог также быть из конокладов,А может, скупщик был закладовИль даже ростовщик-злодей,Пускавший по миру людей.А отпрыски такого предкаТеперь стараются нередкоДворянским званьем щеголять,Чтоб надлежало представлятьИх так отныне: «Ганс фон Менц,И сын их – кавалер Винценц!»Тех, кто себя так превозносят,Не любят люди, не выносят.Любой хвастун – надутый чванствомБолван, прославленный болванством,Как господин фон Бруннедрат, [80]Тот рыцарь, тот аристократ,Кто из-под Муртена позорноТак улепетывал проворно,Что выше пояса, со страху,Штаны загадил и рубаху,Но все ж – со шлемом и щитом —В дворяне выскочил потом:Был щит его чеканно-клетчат,В гербе – цаплеобразный кречет,Гнездо с пятком яиц на шлеме,Заносчивый петух в эмблеме,Что, видимо, был сам готовСвоих высиживать птенцов.Таких болванов много есть,Которым воздается честь,Которым выдают наградыЗа возглавленье ретирады,Когда на всем бегу назадВрагу седалищем грозят,Хваля впоследствии своюОтвагу в том лихом бою:«Стрелял, колол – всех наповал!»Но сам так далеко бахвалБежал от схватки, что едва лиИ пулей бы его достали!Но Гинцу или Кунцу [81] нуженДворянский герб – и чтоб к тому ж онБыл обязательно со львомНа светлом фоне золотом,И – в верхней, в нижней половинке ль —Корона, шлем и род: «Кревинкель». [82]Пергамент и печать добыл —Ты «голубую кровь» купил!Все нынче жаждут подтвержденьяДворянского происхожденья.Но только нравов благородствоЕсть грамота на превосходство.Тот благороден, на мой взгляд,Кто честь блюдет, трудиться рад,А кто сих доблестей лишен,Ленив, распущен, неучен, —Не благороден, прямо скажем,Хоть графским сыном будь, хоть княжьим…Так лезет в докторы иной,Хоть и страницы ни однойИз «Corpus juris» не прочел.Ученой степенью оселЕго пожаловал: пергамент —Прав его докторских фундамент!Вот почему – не ради блажи —Здесь доктор Цап всегда на страже:Чуть неуч сдуру глупость ляпнет,Цап его за уши и цапнет!О, этот доктор Цап – мудрец,Всем докторам он образец:Учился дома, на чужбине,Что знает он – не снится нынеВсем этим новоиспеченнымТак называемым «ученым»:Берёт и мантия – и вотНевежда доктором слывет!К примеру, некий Ганс Дерьмо —На лбу ничтожества клеймо.Края норвежцев, мол, и шведовОн изучал, не раз изведавИх стужу. Он и южный знойПретерпевал в стране одной,Из коей дальше нет дорог…А он от дома, видит бог,Не отходил на расстоянье,Когда не чует обоняньеТой колбасы чесночной духа,Что в доме жарит мать-старуха!Различны виды хвастовства —Не перечислишь большинства:Дурак вовек не может снесть,Что он таков, каков он есть!вернуться

78

Нимрод был внуком Хама, проклятого Ноем. В Библии о Нимроде говорится, что «он был сильный зверолов перед господом» («Книга Бытия», X, 9).

вернуться

79

Губерт и Евстахий. – Святой Губерт (ум. в 728 г.), епископ Льежский, считался покровителем охотников. По преданию, в молодости он сам был страстным охотником, пока однажды в лесу ему не было видения: олень с золотым крестом между рогами. Это заставило его покаяться и посвятить себя богу. Эта легенда первоначально рассказывалась о святом Евстахий (жил во II в.) и только в XV веке была отнесена к Губерту.

вернуться

80

Господин фон Бруннедрат. – Имя происходит от названия города Прунтрут, или франц. совр. Поррантрюп. Во времена Бранта это было одно из владений епископа Базельского. Брант намекает на то, что этот город во время так называемых бургундских войн выступил на стороне бургундского герцога Карла Смелого против французского короля Людовика XI. Этим он предал большинство швейцарских городов, которые были на стороне Людовика, так как бургундский герцог угрожал их независимости. В решающей битве под Муртеном (1476 г.) швейцарцы разбили бургундца и его союзников. После этой битвы в обоих лагерях много солдат было произведено в рыцари.

вернуться

81

Гинц и Кунц. – Сочетание этих двух распространенных в средние века немецких имен употреблялось в значении «всякий», «представитель простонародья» обычно с уничижительным оттенком.

вернуться

82

Кревинкелъ– название вымышленной деревни, символ захудалости и незнатности происхождения. Впоследствии слово «Кревинкель» стало в немецком языке условно обозначать место, в котором живут узколобые, ограниченные бюргеры, глубокие провинциалы.