Ложь и любовь - Норт Хейли - Страница 85

– Ах, Паркер, мне не следует этого делать.

– И почему же?

Но еще продолжая искать поводы, по которым ей наследует идти с ним, Мэг неуверенно шагнула к нему.

– День был длинный, у вас наверняка полно работы, и…

– И я слишком быстро зашел слишком далеко, поэтому теперь мне нужно притормозить, пока я не отпугнул вас совсем?

Они стали спускаться по лестнице, и Паркер обнял Мэг за плечи. Она немного напряглась, но не отодвинулась и даже ненадолго прислонила голову к его плечу.

– Мэг, милая, только скажите, и я сбавлю темп.

Прежде чем Мэг успела ответить, открылась боковая входная дверь, и в вестибюль вошла миссис Феннистон; за ней въехал на своем кресле Понтье-старший. Оба были нарядно одеты и оживленно беседовали, при этом дед Паркера временами прерывал свою речь музыкальными фрагментами, которые довольно мелодично мурлыкал. Паркер не помнил, когда в последний раз видел деда таким довольным. В это время миссис Феннистон, прервав разговор, повернулась в сторону лестницы.

– Мэг, Паркер, добрый вечер. А мы только что вернулись с великолепного концерта камерной музыки.

Старик помахал здоровой рукой, приветствуя внука.

– Хортон сказал, что вы провели день в Шугэ-Бридж. Полагаю, дети спят без задних ног.

– Гас поймал первую в своей жизни рыбу, – сообщил Паркер. – Может, пройдем в библиотеку? Я должен тебе кое-что сказать.

– Отличная мысль, – согласился дед, и на его лице появилась удовлетворенная улыбка. – У нас тоже есть для вас кое-какие новости, правда, Элизабет?

Миссис Феннистон улыбнулась и посмотрела на Мэг, как будто проверяя, как она отнесется к тому, что Понтье-старший назвал ее по имени.

В библиотеке кто-то навел порядок, детский «шатер» разобрали, и комната выглядела так же, как до вторжения в нее четырех юных фантазеров. Паркер заметил перемену, но почему-то не очень ей обрадовался. Нагромождение подушек и одеял, когда он к нему привык, стало ему даже нравиться, кроме того, оно напоминало ему о том, как они с Мэг впервые занимались любовью.

Взяв на себя роль хозяина, Паркер налил коньяк в четыре бокала. Понтье-старший подъехал на коляске к дивану, на который села миссис Феннистон. Паркер и Мэг сели на второй диван. В камине догорали остатки поленьев, последнее треснуло и рассыпалось на тлеющие обломки, и стало темнее, языки пламени угасли, оставив после себя только красноватые огоньки тлеющих угольков. Держа в руке бокал, Понтье-старший указал на миссис Феннистон.

– Я хочу, чтобы вы узнали новость первыми. Я попросил Элизабет оказать мне честь и стать моей женой. И… – старик торжествующе улыбнулся. – И она приняла мое предложение.

Паркер поперхнулся коньяком. Горло нещадно жгло, но он быстро пришел в себя. К счастью, Мэг восприняла это сообщение более спокойно.

– Я знаю, вы думаете, что все это несколько поспешно, – продолжал Понтье-старший. – Представляю, сколько всего мне придется выслушать от Матильды и еще Бог знает от кого, но мне больше нечего добавить. – Он глубоко вздохнул и с улыбкой посмотрел на миссис Феннистон. – Все знают, что жизнь коротка, но никто не знает, насколько именно. А я не из тех, кто упускает свое счастье. Женщина, которая может обыграть меня в шахматы и любит камерную музыку… да я был бы дураком, если бы упустил ее. Особенно в моем возрасте, – добавил старик.

Миссис Феннистон положила руку ему на правое плечо и слегка погладила.

– Я никогда не думала, что снова выйду замуж, но Оги помог мне передумать. Меня беспокоит только одно, Мэг, как вы обойдетесь без меня в Лас-Вегасе. Надеюсь, что управитесь.

Ее слова насторожили Паркера. Неужели Мэг собирается возвращаться и ничего ему не сказала? Видимо, так и есть, потому что Мэг ответила:

– За нас не беспокойтесь, я никогда не помешаю вашему счастью, а что вы действительно счастливы, видно сразу.

Она подошла к миссис Феннистон и обняла ее, затем обняла Понтье-старшего и снова села на диван.

– О, дорогая, спасибо. Я хочу, чтобы вы заняли весь дом, и даже не заикайтесь об арендной плате.

Мэг попыталась возразить:

– Как же так, я не могу…

– Я настаиваю.

Мэг кивнула, но по ее лицу было ясно, что она собирается еще вернуться к этому спору. И Паркер догадывался, что позже Мэг это сделает. Но он не мог всерьез задумываться о таких мелочах, когда его мысли занимало другое: Мэг собирается вернуться в Лас-Вегас. И, судя по всему, скоро.

– Ну а ваша новость? – спросил Понтье-старший, лукаво подмигивая. – Может, она вообще снимет с повестки дня все эти разговоры о Лас-Вегасе?

Мэг покраснела. Паркер покачал головой.

– Боюсь, моя новость не такая хорошая, как ваша. Дело касается Гаса. Вернулась Марианна – кстати, она помолвлена с Кливлендом Моризеттом – и увезла Гаса с собой.

Дед Паркера фыркнул.

– Так его растак! Да этот Моризетт раза в два старше ее, а то и больше. – Он грохнул пустым бокалом о подлокотник кресла. – У Жюля был отвратительный вкус по части жен… до того, как он женился на вас, Мэг.

Мэг рассеянно кивнула. Вид у нее был отстраненный и грустный.

– Пока Жюль был жив, я не вмешивался, но теперь, когда он умер и похоронен, дело предстает совсем в ином свете, – сказал старик. – Паркер, зайди ко мне утром, и мы решим, как быть с Гасом. Эта женщина на него плохо влияет, и будь я проклят, если позволю ей испортить мальчишку. – Он искоса взглянул на Мэг. – Особенно теперь, когда Гас стал исправляться.

Паркер кивнул. Старик поставил бокал на ближайший столик.

– Уже поздно, я устал, так что желаю всем спокойной ночи. Черт бы побрал эту никчемную бабенку! – пробормотал он напоследок, перед тем как вместе с миссис Феннистон покинуть комнату.

Паркер собрал пустые стаканы и отнес их в бар. Затем вернулся к Мэг, но сел не рядом с ней, а на другой диван, стоящий напротив. Мэг посмотрела на него все с тем же отсутствующим видом.

– Я очень рада за миссис Феннистон и вашего деда.

Паркер кивнул. Хотел бы он сказать то же самое о них двоих.

– Как я уже говорил, дед умеет добиваться того, чего хочет.

– И знает, чего именно он хочет, – прошептала Мэг. Паркер расслышал ее слова, но не знал, как к ним отнестись. Неужели для нее не очевидно, что он хочет ее?