Рассвет ночи - Кемп Пол - Страница 3

Увидев мага, Азриим встал и поклонился. Жест этот всегда давался горделивому слааду с трудом.

— Приветствую тебя, Странник, — произнес он.

Востим улыбнулся. Азриим никогда не называл его отцом или мастером. Только Странником. Впрочем, этого было достаточно. Маг уважал независимость сына.

На полу рядом с полудроу расположился Долган в своей истинной форме — здоровенного двуногого создания, похожего на жабу, с зеленой кожей и пастью, полной клыков. Плоть на мускулистой лапе сочилась черной кровью из царапин, нанесенных когтями самого же Долгана. Самый глупый из сыновей мага, он был одержим болью — и причинением ее другим, и нанесением увечий себе. Тот факт, что слаады быстро заживляли раны, только подстегивал страсть Долгана. Пока Востим смотрел на сына, царапины успели закрыться и превратиться в тонкие шрамы.

— Мастер, — проквакал здоровенный слаад и пал ниц.

Востим с нетерпением посмотрел на сына.

— Встань, Долган, — сказал он. — Ты мой сын, а не раб.

Чародей услышал смешок, слетевший с губ Азриима. Долган поднялся на ноги, проскрежетав по каменному полу длинными когтями.

— Да, отец.

Легко и быстро, дабы не унизить сыновей, Востим проник в сознание слаадов, смел мысли, витавшие на поверхности, и в глубине нашел одну лишь жажду действий.

Азриим заговорил первым:

— Странник, ты целыми днями изучаешь Росток Пряжи. И даже сейчас пробыл в святилище весь день.

Неужели так долго? Востим думал, что парил среди звезд от силы несколько часов. Странно. Впрочем, ему все равно не понравился тон Азриима. Сыновья обращались к нему с вольностью, которую очень немногие во всем множестве вселенных могли себе позволить.

— Ты говоришь очевидные вещи, Азриим. И тон твой граничит с дерзостью.

Чтобы подкрепить свои слова, маг проник в разум Азриима и коснулся болевых рецепторов в мозгу слаада. Полудроу замер, словно натянутая струна, и оскалил идеальные зубы.

Долган ухмыльнулся, наблюдая мучения брата.

Востим отпустил любимого сына.

Полудроу кинул яростный взгляд разноцветных глаз на здоровяка и, повернувшись к магу, заговорил более почтительным тоном:

— Я лишь хотел сказать, что мы готовы приступить к следующей части плана.

Долган сжал лапы так, что когти вонзились в ладони, и проревел:

— Но сначала отец должен сказать нам, в чем будет заключаться эта часть.

— Именно это хочет узнать и твой брат Долган, — промолвил Востим и взглянул на Азриима. — Ты так спешишь начать вторую фазу, потому что жаждешь трансформации? Желание затмевает все в тебе?

— Теперь ты говоришь очевидные вещи, — отозвался полудроу, возмущенно сузив разноцветные глаза.

Востим подумал было наказать строптивого сына еще более сильным приступом боли, но затем решил, что не стоит. Он лишь благосклонно улыбнулся:

— Так и есть, но в мои планы входит преподать урок.

— Урок? — переспросил Азриим, сделав полшага назад, видимо опасаясь нового наказания.

Долган тоже выглядел озадаченным, настолько, что даже перестал терзать израненную руку.

Востим произнес заклинание, взмахнул рукой, и в воздухе появился кубок с двухсотлетним халруанским вином.

— Присядьте, — сказал он таким тоном, что слаады не посмели ослушаться.

Оба упали на пол. Маг проплыл между ними и опустился на подушки дивана, слаады не отрывали взгляды от отца. Отпив глоток превосходного вина, Востим вздохнул полной грудью:

— Я доволен тем, что вы достали Росток Пряжи. Но иногда мы учимся большему, потерпев поражение, нежели добившись успеха.

Слаады вопросительно уставились на мага.

— Жрец Маска не смог помешать вам захватить Росток. Он потерпел неудачу. Не так ли?

Оба кивнули, соглашаясь. Но Азриим при этом поморщился и рукой потянулся к животу, куда ранил его жрец Повелителя Теней.

— Его неудача должна кое-чему нас научить, — продолжил Востим. — Опишите его.

Долган в замешательстве смотрел то на мага, то на Азриима. В растерянности он еще сильнее вонзил когти в лапу.

— Что ты имеешь в виду? Что значит «опишите»? — спросил полудроу.

Востим улыбнулся. Он наслаждался таким общением с сыновьями, дававшим ему возможность почувствовать себя мудрым и всезнающим отцом.

— Ты, Азриим, точен. Долган груб. Серрин безжалостен. Вот основные черты ваших характеров. Понимаете?

Полудроу кивнул.

— Отлично. А теперь опиши жреца, который убил вашу сестру, чуть не прикончил Долгана и умудрился ранить даже тебя.

Слова Востима явно уязвили гордость Азриима. Как и рассчитывал маг.

— Странное задание, — ядовито вымолвил полудроу. — Потому что жрец мертв.

— Утонул, — добавил Долган.

— Возможно, — согласился чародей. — И тем не менее опишите его.

Со своим обычным упрямством, Азриим отказался отвечать, скрестив руки на груди и отведя взгляд. Востим с трудом сдержал улыбку. Слаады, могучие и искусные убийцы, в его присутствии начинали вести себя как дети. Он подозревал, что данный феномен характерен для всех видов, наделенных чувствами.

— Ну, давай, Азриим, — поддразнил маг полудроу. — Охарактеризуй его.

— Непреклонный, — выпалил Долган.

Удивленный Востим одарил здоровяка ободряющей улыбкой, и слаад расцвел от радости. Быть может, он все же не был безнадежным тупицей.

— Прекрасно, Долган, — промолвил маг. — «Непреклонный» — очаровательная характеристика. Но это ему не помогло, не так ли? Как заметил Азриим, он, похоже, мертв.

— Он мертв, — отрезал полудроу.

Долган лишь молча смотрел на обоих.

— А теперь, — Востим продолжил урок, — опишите адепта Тени, которого вы использовали, чтобы проникнуть в Храм Шары.

Не успел Долган ответить, как Азриим, многозначительно глядя на мага, прошипел:

— Высокомерный.

Маг решил пропустить мимо ушей колкость полудроу.

— Очень хорошо. Посмотрите: непреклонность развивается в преданность. Высокомерие — в самоуверенность. Запомните же этот урок. Любое качество, развитое сверх меры, становится разрушающим и ведет к поражению. — Глядя на полудроу, он хмуро добавил: — Это же касается раздражительности и гордыни.

Азриим понял смысл урока, и взгляд разноцветных глаз уперся в пол. Что ж, Востим добился своего, теперь можно было дать сыновьям то, чего они так желали.

— Помните об этом, ибо начинается вторая часть нашего плана.

Оба слаада жадно уставились на отца.

— Так она начинается? — выдохнул Азриим. — Венец Пламени?

Маг мягко улыбнулся. Полудроу не понимал природы венца и знал лишь то, что отец очень долго разыскивал этот артефакт. Как только Востим им овладеет, сам Азриим будет превращен в серого слаада и получит свободу.

— Она уже началась, Азриим, — отпив глоток вина, сказал маг. — Давным-давно. Теперь грядет лишь ее финал.

Сегодня он в последний раз любовался вселенной при помощи заклинания. Теперь, с тайной Ростка Пряжи, он был готов приступить к последней части своего замысла.

— А что потом? — спросил Азриим.

Долган, широко раскрыв глаза, подался вперед. Когтями он все еще раздирал собственную плоть. Востим с одобрением посмотрел на сыновей:

— А потом, сыновья, я дам вам то, что обещал: трансформацию в серых и свободу жить собственной жизнью.

Здоровяк, не в силах сдержать возбуждения, поднялся и стал радостно пританцовывать. Его израненная рука оставляла кровавые брызги на коврах. Азриим вглядывался в глаза мага, словно пытаясь определить, не лжет ли он. Но разумеется, Востим сдержит свое слово.

— Ты так и не скажешь нам, что же такое Венец Пламени и как он выглядит? — спросил полудроу.

— Всему свое время, — ответил маг.

Он потянулся сознанием через все пещеры и комнаты Уровня, пока не отыскал Серрина. Слаад оттачивал свое мастерство обращения с оружием, убивая плененных демонов, которых Востим держал для исследований и в качестве компонентов для некоторых заклинаний.

— Серрин с бородатыми демонами. Отыщите его и перенесите в залу с Ростком Пряжи. Один из его плодов созрел. Я объясню, что вам нужно будет сделать затем.