Рассвет ночи - Кемп Пол - Страница 31

Что ж, так и надо сделать. Эревис был и шейдом, и человеком. А человек не мог всегда оставаться в тенях.

Собравшись с силами, он откинул капюшон и смирился с обжигающей болью, причиняемой его коже лучами солнца. Убийца приветствовал ее, как поклоняющиеся Илматеру приветствовали страдание: очищая душу через боль, причиняемую телу. Солнце будет инструментом агонии Кейла, инструментом его очищения.

— Кейл, мы дома! — воскликнул Джак. — У тебя получилось!

Хафлинг резвился в подлеске и вдруг остановился, только теперь заметив, что другу было неприятно находиться на солнце. Его улыбка увяла.

— С тобой все в порядке?

Убийца спрятал обрубок в рукаве плаща:

— Да, дружище. Все хорошо.

На лице Флита вновь расцвела улыбка.

— Отлично, — обрадовался он. Джак рухнул на спину в траву, разбросав руки и ноги и словно пропитываясь солнцем. Он глубоко вдохнул. — Чувствуете? Воздух здесь напоминает мне о ферме моей семьи в Мистдейле. Кейл, ты когда-нибудь был в Долинах? Я как-нибудь возьму тебя туда. Сможешь попробовать стряпню моей матушки.

Эревис кивнул, хотя мог себе представить реакцию матушки Джака, когда в двери ее дома войдет желтоглазое, обернутое тенями существо.

Магадон стоял в десятке шагов от них, закрыв глаза и прижав ладонь к стволу ели, а в другой руке держа лук. У проводника был такой вид, словно он черпал силу из дерева. Должно быть, псионик почувствовал взгляд Кейла, потому что открыл глаза, посмотрел на Эревиса и мягко улыбнулся:

— Этой ели больше девяноста зим, она много повидала на своем веку. — Он оглядел Кейла и склонил голову набок. — Твои глаза сейчас кажутся нормальными.

Эревиса слова проводника и удивили, и обрадовали. Впрочем, убийца знал, что, несмотря на глаза, он весьма далек от нормальности.

— Ничего не изменилось, — ответил он. — По крайней мере, на самом деле не изменилось.

Едва он ступит обратно в тень, вновь будет выглядеть как шейд.

— Ее нет? — спросил Магадон, гладя на рукав Кейла, на его запястье.

Джак сел и проследил за взглядом проводника. Ривен тоже с интересом воззрился на руку.

Кейл пару мгновений смотрел на Магадона, прежде чем выдохнуть. Проводник подмечал все. Словно открывая постыдный секрет, убийца поднял руку и задрал рукав, обнажая культю.

— Твоя рука! — воскликнул Джак, вскочив на ноги.

Эревис поспорил с самим собой, прежде чем ответить:

— Да, но смотри. — Он перевел обрубок в тень. В то же мгновение кисть материализовалась. Кожа на ней была чуть темнее, вокруг вились тени. — Она есть в тени, но пропадает на свету.

— Словно дурной сон, — прошептал Флит. И залился краской смущения, осознав, что сказал. — Прости.

С лица Ривена не исчезало жесткое выражение, которое Кейл не мог до конца понять. Прежде чем Эревис смог все осмыслить, Драйзек отвел взгляд, вытащил одолженную трубку и закурил.

— У меня есть идея, — промолвил Джак. Все еще глядя на запястье Кейла, он тоже вытащил трубку и сказал, обращаясь к Ривену: — Ты, зент, не сможешь отправиться с нами в Мистдейл. Потому что ты неблагодарный мерзавец, оскорбивший картофельный суп моей матушки.

— Я оскорблял твой картофельный суп, — возразил Ривен с улыбкой, не отрываясь от трубки.

Пока друзья были заняты, Кейл опустил рукав, выглянул из-под кроны дерева и посмотрел на солнце. Резкая боль пронзила глаза, по щекам покатились слезы.

— Магз, где мы? — отвернувшись, спросил он.

— Мы дома, Кейл, — ответил Джак, вытащил огниво и разжег трубку. Не выпуская ее изо рта, он продолжил: — И сожгите меня, если я когда-нибудь захочу вернуться в то место. Не обижайся, Кейл.

Эревис поймал на себе косой взгляд Ривена. «Это больше не дом, — читалось в нем, — и мы довольно скоро вернемся обратно на Уровень Тени».

— Никаких обид, дружище, — улыбнулся Кейл.

— Я смогу предложить больше необычного, чем Джак, — с ухмылкой промолвил Магадон.

Он погладил ближайшую к себе ель, словно та была любимым животным, и, пройдя мимо Кейла, вышел из тени деревьев на солнечный свет. Сняв шляпу, он приложил к глазам ладонь и оглядел равнины.

— Мы на южных равнинах между Гултмиром и Звездным Покровом, — сообщил он. — В двух днях пути от города.

— Как долго нас не было? — спросил Кейл.

Магадон пожал плечами:

— Этого никак не узнать.

Джаку и Ривену, дымившим, словно каминные трубы, Эревис сказал:

— Можете еще немного отдохнуть. Скоро нам нужно будет выдвигаться.

Он знал, что Азриим и другие слаады не будут сидеть сложа руки. Пока друзья доберутся до Звездного Покрова, Кейл успеет обдумать, как выследить врагов.

Через несколько часов пути они добрались до южной дороги, что вела в Звездный Покров. А еще через полтора дня прибыли и в сам город. К тому времени Кейл почти обессилел от постоянной боли, вызванной солнцем. Почти.

Ворота Звездного Покрова, как и всегда, оказались настежь распахнуты. Вооруженные копьями стражники едва заметили путников, когда те вошли, и лишь ухмыльнулись их чумазому виду. Взгляды Кейла и Ривена смели улыбки.

Широкие улицы города остались точь-в-точь такими же, какими Кейл и его спутники их оставили, — запруженными людьми, лошадьми, человекоподобными созданиями, телегами и зловонием. Звездный Покров ничем не напоминал темные заброшенные руины Элгрин Фау. Храмы все так же возвышались над городским ландшафтом, понимающе подмигивая, наблюдая за повсеместным грехом. Звездный Покров ничуть не изменился.

А вот путники изменились. Тень изменила всех. Кейл видел их одежды, ставшие теперь черно-серыми, и знал, что каждый из друзей оставил там, в темноте, нечто большее, чем цвет одеяний.

Ривен сбросил с себя покрытый коркой засохшей грязи плащ и засунул его под мышку.

— Когда и где встречаемся? — спросил он.

Джак уперся пальцем в грудь убийцы.

— Куда это ты надумал податься, зент? — полюбопытствовал хафлинг. — Мы должны держаться вместе.

Драйзек обнажил в улыбке испорченные зубы:

— Буду рад, если ты присоединишься ко мне. Я собираюсь отдохнуть, почиститься, поесть, а затем зайти к шлюхе. Еда и плоть, Флит. Что еще здесь можно найти?

Джак в легком потрясении воззрился на убийцу:

— Табак, философия, религия, дружба… много чего, Ривен.

— Ох, — выдохнул убийца, увидев, как бездомная собака пробиралась по улице, опустив нос к земле.

Эревис мог бы поклясться, что лицо Драйзека выражало в этот момент заботу и жалость. Но когда убийца поднял голову, оно было таким же жестким, как всегда.

— А как насчет тебя, Кейл? — спросил Драйзек. — И тебя, Магз? Как вам мой план?

Кейл и не думал прибегать к услугам проституток с тех самых пор, как написал о своих чувствах к Та-зиенне Ускеврен на листке бумаги там, в поместье Штормовой Предел, хотя и ощущал тягу к этому довольно часто. Он считал, что отказ от удовольствий был таким же способом очищения, как и боль. И решил не потакать своим нуждам.

— Нет, — ответил он, не вдаваясь в объяснения.

— Отлично, — кивнул Ривен. — А ты, Магз?

Проводник снял шляпу, отбросил со лба волосы и покачал головой:

— Думаю, нет. Я подготовлю нас к следующему… — Он остановился на середине фразы и посмотрел на Кейла. — Куда мы отправимся на этот раз?

У Эревиса еще не было ответа на этот вопрос, но он считал, что располагает средствами это выяснить.

— Я еще думаю, — ответил он. — Сегодня все узнаю.

— Дай мне знать, когда выяснишь, — сказал проводник. — Чтобы я все собрал. А пока достану самое необходимое.

Кейл кивнул. Пару мгновений он спорил с самим собой, а затем сказал проводнику:

— Магз, я чувствую, что должен сказать тебе кое-что… — Он набрал в грудь побольше воздуху. — Если ты хочешь… если всего этого слишком много для тебя, сейчас самое время выйти из игры. Я надеюсь, что ты этого не сделаешь, но ты должен знать — выход есть. Без стыда и обид.

Убийца пожалел о своих словах в ту же секунду, как произнес их.