Эльфийский лорд - Нортон Андрэ - Страница 103

Или у нее по возвращении будет разговор к лорду Киндрету.

Но пока что ей лучше не отвлекаться от дела. Если рабы не справятся с задачей, возможно, ей придется бросить их на произвол судьбы и направить все усилия на то, чтобы уцелеть самой.

Они остановились ровно на столько, чтобы достать походные пайки и поесть, не сходя с седла, прежде чем на них обрушился традиционный послеполуденный ливень.

К вечеру они должны были добраться к пещере, которую отыскал Кеман. Дождь барабанил по капюшону плаща.

Несколько холодных капель проскользнули за ворот и потекли по шее. Шана была рада, что едет на Кемане, а не на настоящей лошади. С него она не свалится, даже если захочет, на самых крутых тропах. И потому Шана могла полностью сосредоточиться на мысленной связи с Лоррином.

А усилие для этого требовалось немалое — все-таки их разделяло солидное расстояние. Но в Цитадели произошло неожиданное событие, и Шана, узнав о нем, тут же позабыла обо всех неудобствах пути.

Каэллах Гвайн пропал!

— "Так что, когда он не вышел и к завтраку, Хала заподозрила неладное, — сообщил Лоррин. — Каэллах и раньше иногда, надувшись, запирался у себя — особенно когда ему удавалось натаскать еды в комнату. Но чтобы он пропустил три трапезы подряд — такого никогда еще не бывало! Дверь была заперта изнутри. Открыть ее не представляло труда, особенно когда за нее взялось полдесятка волшебников, но Каэллаха в покоях не оказалось".

Каэллах Гвайн исчез! Шана испытывала сильнейшее искушение просто плюнуть и забыть о нем, но… Если Каэллах Гвайн исчезает из собственной запертой комнаты, эта загадка наверняка чревата новыми неприятностями.

Шана стерла с лица капли дождя и закрыла глаза, сосредотачиваясь.

— "Неужели ты думаешь, что он научился использовать заклинание перемещения?" — опасливо спросила она.

— "Боюсь, именно это и произошло", — мрачно отозвался Лоррин.

Ну что ж, в этом был определенный смысл. Не обязательно лично присутствовать на уроках, чтобы извлекать из них выгоду. Этот зловредный старый жук просто сидел у себя в комнате и при помощи зеркала и следящего заклинания учился всему тому, чему учились прочие старые нытики.

— "Очевидно, у тебя есть серьезные основания так считать, да?"

Шана просто-таки почувствовала, как Лоррин кивнул.

— "У него в комнате было полно вещей из старой Цитадели. И многие из них принадлежали прежде вовсе не ему, а другим старикам. Кстати, этим он доконал всех. Даже старые нытики, поддерживавшие Каэллаха до последнего, и те взбеленились, когда увидели свое имущество у него в комнате. А он никак не смог бы узнать, где именно эти вещи находятся, если бы не побывал в Цитадели лично. Просто там было много мелких, но ценных предметов, которые старики прятали в шкафах или ящиках, куда Каэллах никогда не заглядывал".

У Шаны упало сердце.

— "Так, значит, он может сейчас находиться где угодно".

Если Каэллах освоил заклинание перемещения, то он и вправду может попасть куда угодно, лишь бы он знал это место А возможно, достаточно воспользоваться обычным, простеньким заклинанием слежения.

— "Да. В старой Цитадели. В каком-нибудь новом, собственном укрытии. А может, следит за тобой, — отозвался Лоррин, и голос его был полон недобрых предчувствий. — Ты понимаешь, что может произойти, если народ узнает, где ты сейчас и чем — и в какой компании — занимаешься?"

Да, конечно, леди Мот явно была другом волшебников.

Да, мать и сестра Лоррина были чистокровными эльфийками. Но все-таки это было другое. Совсем другое. Она якшалась с эльфом, возглавляющим армию великих лордов.

Она может до посинения объяснять всем, в чем тут загвоздка, но если Каэллах невовремя раструбит об этом…

— "И этого я опасаюсь более всего, потому что кое-кому из младших показалось, что после вашего с Кеманом ухода вскоре снова раздался шум — как от заклинания перемещения".

Шана чувствовала, что Лоррин встревожен, и вполне разделяла его чувства.

— "Огонь и Дождь! — в гневе ругнулась она. — Ну только этого нам не хватало!"

Она постаралась взять себя в руки и припомнить, не замечала ли она за последнее время чего-нибудь подозрительного.

— "Может, он где-то здесь. А может, и нет. Если он держался достаточно далеко, я бы и не заметила его появления".

— "Слушай, я тут кое-что придумал. Первым делом я превращу комнату Каэллаха в железную клетку, — сказал Лоррин. — Когда он захочет переместиться обратно — ну, его будет поджидать сюрприз. Зед уже пытался проделать подобный фокус с камнем. В общем, тебя отбрасывает на исходную точку".

— "Надеюсь, с адской головной болью? — уныло поинтересовалась Шана. — Он же просто попытается перенестись в какое-нибудь другое место в Цитадели, только и всего…"

— "Возможно. А возможно, и нет. Потому что, кроме этого, я собираюсь понавбивать железных клиньев по всей Цитадели, кроме нескольких комнат, специально отведенных для занятий магией. И это будут новые комнаты — те, которые Отец-Дракон обещал для нас прорыть".

Судя по голосу, Лоррин гордился тем, что сумел так быстро придумать выход из затруднительной ситуации, — и Шана не могла его за это упрекать.

— "Зеду ведь нетрудно будет наделать для нас клиньев, верно?" — спросила она.

— "Да запросто. Он уже наладил литье. Дети разносят готовые клинья по местам, а Отец-Дракон заканчивает первую комнату. Я все равно собирался этим заняться, не сейчас — так чуть погодя. Это же дополнительная защита от эльфийских лордов. Правда, для нас это будет не очень-то удобно — заниматься магией только в специально отведенных помещениях… — Лоррин вздохнул. — Ну, все равно дело того стоит. К завтрашнему дню уже вся Цитадель будет защищена. Каэллаху Гвайну неоткуда будет узнать про новые комнаты. А потому ему придется возвращаться куда-нибудь в знакомое место".

Шана обдумала эту идею, и ее гнев утих.

— "С тех пор, как мы перебрались в новую Цитадель, он выходил из пещеры ну от силы раз десять. А значит, остается не так уж много мест, куда он может вернуться".

— "И я могу приставить надежных людей наблюдать за всеми этими местами. Так что ему останется лишь отправляться в старую Цитадель", — самодовольно произнес Лоррин — «Как по мне, так пусть бы он отправлялся туда и сгнил там, — со злостью заметила Шана. — Может, великие лорды решили бы, что эти наши выдуманные волшебники именно там и живут, и застукали его там, как жабу в норе. И по заслугам!»

— "В общем, любимая, будь поосторожнее — возможно, он где-то рядом с тобой, — предостерег ее Лоррин. — Каэллах Гвайн — увертливая зараза. Боюсь, я не сумею предвосхитить все, что он понапридумывает, чтобы насолить нам".

— "Ладно, я буду поосторожнее", — пообещала Шана и на прощание послала Лоррину безмолвную теплую волну, надеясь, что к ней не примешался ее гнев на Каэллаха Гвайна — Да, плохо дело, — пробормотал Кеман, стряхивая воду с гривы. Он, конечно же, слышал их разговор от начала до конца.

— Куда уж хуже! Как ты думаешь, нужно об этом рассказывать Киртиану?

С одной стороны, у Киртиана сейчас и своих проблем хватает. Но с другой — его люди могли бы изловить вредного старикашку, если тот и вправду за ними шпионит. Уж кого-кого, а Каэллаха Гвайна следопытом не назовешь.

Правда, с него станется всякий раз использовать заклинание перемещения и удирать, если они окажутся слишком близко.

Но она ни разу не слышала тут того своеобразного «шума», которым сопровождается это заклинание!

— Я бы не стал, — немного поразмыслив, сказал Кеман. — Его это не касается. Это дело волшебников. Пускай Лоррин примет меры в Цитадели. Ну, а мы с тобой теперь будем настороже.

— Надеюсь, его сожрет незримая тварь! — проворчала Шана.

Кеман покачал головой.

— Такой судьбы я не пожелал бы даже Каэллаху Гвайну. Да и тебе не стоило бы так говорить.

— Ну, пускай не незримая тварь, — уступила Шана. — Но если бы единорог загнал его на дерево, я бы с радостью на это полюбовалась.